Чтение онлайн

— Бегите! — взревел Адмирал, развернулся и помчался прочь. Новобранец номер Четыре, пошатываясь, поднялся на ноги и побежал следом.

Лютый скорпион попятился, визжа от боли; из изувеченного хвоста на песок хлестала синяя кровь. Клешни оглушительно лязгали, но он не отступил: учуяв раненую добычу, скорпион, как всякий хищник, сосредоточился на Кейне. Из разинутой пасти текла слюна.

— Зора? — ухнул Сквайр.

— Пока не смотри, — резко приказала я; ноги дрожали от желания броситься в безопасное место. Лучше уж лютый медведь, чем это чудище. По крайней мере,

умирая, я не смотрела бы в двенадцать жутких глаз.

Кейн скулил от боли, зажимая руку. Плоть медленно чернела. Он выживет, если руку ампутируют прежде, чем яд достигнет сердца.

Клац. Клац. Клац. Острые как бритва клешни угрожающе смыкались с леденящим кровь лязгом, а лютый скорпион отбрасывал ногами песок, словно готовился к броску.

Я шагнула назад.

Кейн не заслуживал моей доброты, ведь в его глазах я была всего лишь нищей неотёсанной крестьянкой. Я была хуже только потому, что на моём банковском счёте не лежали золотые монеты и я не получила престижного образования.

— Номер Шесть, уходите оттуда! — крикнул издалека Адмирал.

Хороший солдат подчиняется приказам. Ноги заскользили. Я стояла у самого края дюны.

Я приготовилась бежать.

Раскалённая пустыня исчезла, и я растерянно заморгала. Подняла ладонь. Крупные снежинки падали на тёплую кожу, жалили её и таяли.

Что, во имя проклятых?..

Всё было настоящим.

Вокруг высились знакомые ели, покрытые сверкающим льдом. Бесплодный лес великого Севера — мой дом — простирался во все стороны.

На морозе дыхание вырывалось белыми облачками. Снег тихо кружился и оседал на плечах и ладони.

Резкий запах грозовой магии обжёг нос изнутри, а на краю зрения засиял яркий изумрудный свет, но стоило попытаться к нему присмотреться, как он исчез.

Я завертелась на месте; снег громко хрустел под ботинками.

— Помоги! — взмолился Кейн, мучительно всхлипнув.

Волоски на затылке встали дыбом. Кейн стоял в лесу на коленях, плакал и смотрел на нависшую среди деревьев тень.

Сердце болезненно колотилось о рёбра, разгоняясь от предвкушения. Твёрдой рукой я направила меч на неясный силуэт зверя.

И бросилась в атаку.

В одно головокружительное мгновение вернулась пустыня.

Что ЭТО было?

Пальцы болезненно закололо, когда лютый холод сменился удушающим жаром. Ослепительный солнечный свет выбелил всё вокруг. В нём лютый скорпион казался лишь бирюзовым контуром.

Сосредоточься, Зора.

Пробегая мимо Кейна, я подхватила брошенное им оружие. Затаив дыхание, упала на колени и заскользила по песку, отклоняясь назад как можно сильнее. Пожалуйста, пусть получится. Я одновременно развела оба меча в стороны и повела их по выверенной дуге, метя в клешни. Распластавшись, я прижалась спиной к песку.

Лютый скорпион

издал пронзительный свистящий вой. Ярко-синяя кровь брызнула мне в лицо. Пасть распахнулась, разбрызгивая слюну, и тварь рухнула на песок в нескольких сантиметрах от моих согнутых ног. Истекающее кровью чудовище судорожно хватало воздух.

Отсечённые клешни дёргались на песке от последних электрических импульсов.

Зора: 1.

Лютый скорпион: 0.

— Мне уже смотреть? — прощебетал Сквайр.

— Я бы не…

Он завизжал от ужаса — прямо мне в ухо.

— Я предупреждала, — пробормотала я, с болезненной гримасой поднимаясь на ноги и вытирая глаза рукавом. Мы остались одни. Адмирал и остальные новобранцы исчезли.

Кейн вскрикнул, а я запрокинула лицо к солнцу.

Ты справишься, Зора.

Что тут может быть сложного?

Несколько минут спустя я бежала по бескрайнему песку с Кейном на плечах. Руки и ноги горели от напряжения, а я глубоко раскаивалась во всех решениях, которые привели меня к этому моменту.

Стерильно-белый ангар то появлялся перед глазами, то расплывался. От страшной тошноты, вызванной перенапряжением, я почти не могла соображать. Сплошная мука.

— Ты делаешь мне больно, крестьянка, — заныл Кейн; его голова безвольно болталась. Отлично. Мы были примерно одного роста, а лёгким он вовсе не был. К несчастью, если я не потороплюсь, яд доберётся до сердца, и тогда вся помощь потеряет смысл.

От боли я не могла говорить и с каждым мучительным вдохом всё сильнее жалела, что не бросила его умирать. Ещё один волдырь на пятке лопнул с резким уколом, а левую икру свело судорогой.

Я не остановилась.

— Молчи, трус! — ухнул Сквайр, балансируя на раненой руке Кейна (помогает как умеет).

Наконец я ворвалась в сумрачный ангар. Наклонилась вперёд и бесцеремонно сбросила Кейна на отполированный пол прямо перед рядом припаркованных, покрытых пылью реактивных самолётов. С лица стекали слюна и пот; согнувшись пополам, я тяжело дышала и пыталась не потерять сознание. Болело всё.

— Яд скорпиона, — прошептала я солдату, который позвал на помощь, пока меня выворачивало.

Когда пульс наконец успокоился настолько, что я смогла выпрямиться, тёмные пятна перед глазами начали отступать. Всё ещё дрожа, я изобразила безразличие и отошла от обмякшего Кейна. Мне нужно прилечь.

Лекарь Сара выбежала к нам и ахнула, увидев всхлипывающего мужчину на полу и меня, уходящую прочь.

— Как ты могла вот так бросить раненого солдата? — спросила она, осуждающе глядя на меня.

Потому что он бесит.

Она с отвращением покачала головой.