Чтение онлайн

Ребекка с заметным усилием сдерживала себя.

— Ты мне об этом никогда не рассказывал.

— У меня было много друзей, про которых я тебе никогда не рассказывал. Ведь я намного старше тебя, дорогая. Моя дружба с Гизелой была неприметной.

Глаза ее вспыхнули:

— Что ты имеешь в виду?

— Ты очень настойчива.

— Настойчива — это слово из репертуара Калвина Кулиджа.

— Я знал Калвина в последние годы его жизни...

— Дед, Гизела, по ее словам, стала жертвой похитителя драгоценностей

по прозвищу Кот.

Томас осторожно снял с сандвича колечко лука и принялся разжевывать его передними зубами.

— Почему так всегда бывает, — задал он риторический вопрос, — что молодым неоперившимся птенцам кажется, будто то, что они только что узнали, неизвестно другим? Да, Гизела заявила в полицию, что Кот украл у нее какие-то драгоценные камни из семейного собрания...

— Камни Юпитера.

Ребекка была до утомительности точна.

— Правильно.

— Но ей никто не поверил, тогда она бросилась в море.

— Несколько огрубленно, но, в общем, тоже правильно.

— В общем?

— Я сам при этом не присутствовал.

Ребекка обдумала услышанное и спросила:

— Ты не хочешь рассказать мне про Кота?

— А почему я должен это делать? — раздраженно заметил Томас. Очевидно, что нам известно одно и то же.

Ребекка в таком взвинченном состоянии, подумал Томас. В любую минуту может взорваться.

— Полиция собиралась арестовать некоего француза, популярного автогонщика, обладателя Гран-При по имени Жан-Поль Жерар. Полагали, что он и есть Кот. Однако он исчез, не дожидаясь, пока его арестуют.

— И ты предполагаешь, что он объявился во Вьетнаме в 1963 и потом в 1975 году?

— Я знаю, что это он, — сказала Ребекка, по-прежнему прилагая немало усилий, чтобы держать себя в руках. — Мне удалось отыскать фотографию Жерара в журнале «Лайф» от 1958 года. На ней — наш белоголовый француз, разве что нет шрамов на лице и седины в волосах.

Чтобы не встречаться с тревожным взглядом внучки, Томас уставился на матовое стекло, отделявшее стеллажи от читального зала. Хитрить он не любил, поэтому годами боялся такого вот откровенного разговора с внучкой.

Наконец он произнес:

— Ребекка, тебе удалось раскопать уже немало. Остановись. Брось это дело, пока не стало хуже тебе или кому-то еще. Да, Жан-Поль Жерар — тот самый француз, который участвовал в покушении на Там в 1975 году. Да, это он сидел за рулем джипа, когда погиб твой отец, Бенджамин и Куанг Тай. Это его взяли в плен. Он провел в джунглях пять лет, в 1968 году ему удалось бежать из лагеря для военнопленных.

— И он обвинял тебя во всем, что случилось с ним?

— Несомненно.

Ребекка шумно втянула воздух — несомненный акт самоконтроля.

— Он приходил к тебе?

— Еще нет. Я не видел Жана-Поля Жерара вот уже двадцать шесть лет.

Взгляд ее стал холодным.

—

Тебе повезло.

Томас пожал плечами. А что он мог сказать? Они с Ребеккой никогда не говорили о 1963 годе. Будь его воля, и этот разговор не состоялся бы. Некоторое время они провели в напряженном молчании. Кофе и два сандвича остались нетронутыми.

Наконец Ребекка спросила:

— Ты знал, о ком я говорю, когда вчера я описала тебе Жана-Поля Жерара, но ты сделал вид, что не узнал, о ком идет речь.

— Верно.

В ее несравненных глазах стало еще больше льда.

— Но почему?

— А почему я должен был узнавать?

— Ради истины, справедливости...

— Оставь, пожалуйста, — досадливо оборвал ее Томас. — Твои требования к близким всегда были непомерно высоки. И, — добавил он, как будто это только что пришло ему в голову, — я не понимаю, по какой такой причине я должен оправдываться перед собственной внучкой.

Ребекка обиженно скривила губы:

— Что ты рассказал Джеду Слоану такого, чего не рассказал мне?

— Ничего.

— Врешь.

— Ребекка, Жан-Поль Жерар еще до того, как попал в плен, был весьма опасным, отчаянным человеком. Каков он теперь — даже представить трудно. Ты должна во что бы то ни стало стараться избегать его. Это все, что тебе нужно знать.

— Ты меня оберегаешь, — спросила она сердито, — или себя?

Томас поднялся, не выказав ни обиды, ни гнева, просто дал понять, что у него имеются другие дела, кроме как защищаться перед неистовой внучкой.

— Я поступаю так, как мне подсказывает совесть. Если тебе этого недостаточно, можешь сама решить, что тебе делать. Я дал тебе совет. А теперь прошу простить, если мне что-то не хочется.

И Ребекке не хотелось. Отложив сандвич, она смотрела, как дед возвращается в читальный зал. Ну и черт с ним!С детства она старалась разобраться в том, что же на самом деле случилось с ее отцом, а теперь вот поняла, что не знает и половины правды.

Француз — Жан-Поль Жерар — был похитителем драгоценностей на Ривьере в 1959 году и одновременно автогонщиком.

В 1963 году он сидел за рулем джипа в тот день, когда устроили засаду, в результате чего погибли Бенджамин Рид, Куанг Тай и Стивен Блэкберн.

Через двенадцать лет Жерар стрелял в Джеда Слоана в Сайгоне.

Еще через четырнадцать лет он объявился в Сан-Франциско и в Бостоне.

Почему?

Есть ли связь между 1959, 1963 и 1975 годами?

Да, черт возьми: есть Жан-Поль Жерар.

И семья Блэкбернов. Томас Блэкберн присутствовал на похоронах одной из жертв Жана-Поля. Он организовал поездку в дельту Меконга. Его сын — еще один Блэкберн — был убит. И в 1975 году Ребекка Блэкберн спасла Май Слоан и помогла ей и Джеду бежать из Сайгона.