Чтение онлайн

Я смотрел на него. Желтых всполохов в ауре не наблюдалось. Неужели он действительно так переживает от наташкиного ухода? Еремеич почувствовал моё безразличие к этой теме (ну, реально, перестало сердечко трепетать по Наташке, осталось только некоторое сожаление, что не воспользовался я тогда моментом), угрюмо замолк, только буркнул:

— Завтра её на автобус отвези, только дорогу прямо к Кутятино открывай. Будем гостей встречать!

Глава 39.

Лесные

встречи

Часа не прошло, как к месту их дислокации прибыл командирский «уазик». Барков захватил с собой прикомандированного врача. Особист и замполит остались в лагере несмотря на то, что оба изъявили желание ехать вместе с командиром роты.

Сначала Барков выслушал рассказ Самарина. Тем временем врач, старший лейтенант медслужбы Тетерин, работающий терапевтом в медсанчасти госпиталя дивизии, первым делом направился к раненым, точнее, пострадавшим, солдатам. С одобрением кивнул, осмотрев наложенные шины из подручных материалов.

— Кто занимался? — спросил он.

— Внештатный санинструктор ефрейтор Томин, — встал один из солдат и добавил. — Перед призывом закончил первый курс лечфака мединститута.

— Отлично, — похвалил Тетерин. — Грамотно сделал. Пойдем, поможешь с Яковлевым.

По приказу врача с Яковлева сняли куртку комбинезона. Тетерин вытащил из сумки контейнер со шприцами, коробочку с ампулами, вату, пузырек со спиртом.

— Подержите его! — попросил он, перехватывая Яшке бицепс резиновым жгутом. Два солдата подхватили мехвода, хотя он и не думал сопротивляться, зафиксировали. Тетерин ловко воткнул иглу шприца ему в вену. Через пару минут восторженное выражение на лице Яшки сменилось на сонно-умиротворенное. Он откинулся на спину, закрыл глаза и даже всхрапнул.

Тетерин перешел к другим пострадавшим: сержанту Малькову и ефрейтору Ромкину. Заставил их раздеться догола, осмотрел спину, ягодицы, ноги. Барков тоже не оставил их без внимания.

— Как будто прутьями отхлестали, — заметил Тетерин, смазывая кровоподтеки йодом. — Прямо-таки от души поработали!

— Розгами, — невесело хмыкнул Барков. Наконец Тетерин закончил обработку поврежденных участков, вздохнул, пожаловался:

— У меня кроме йода и зеленки ничего нет. Если хотите, могу вколоть обезболивающее.

— Не, — отозвался Мальков, одеваясь и ёжась. — Нормально. Терпимо.

— Терпимо! — передразнил Барков. — Автомат прошлёпал, будет тебе терпимо!

— Этих троих надо в лагерь, — доложил Тетерин Баркову. — С переломами потом в госпиталь. Всё равно я здесь без рентгена ничего не увижу. Механик-водитель проспится и будет, как огурчик.

— Что у него? — равнодушно спросил Барков. — Крыша не потекла?

— Истерика, — покачал головой врач. — Нервный срыв.

— Ладно, —

решил ротный. — Отправляй машину с ними в лагерь. Сопровождающим поедет Томин. Ты остаешься с нами.

Он мрачно взглянул на лес и буркнул:

— У нас еще 13 человек в лесу застряли. Ох, не к добру это.

Солдат загрузили в «уазик». Майор подошел к машине.

— Отвезешь и возвращаешься, — проинструктировал он водителя. — Только один возвращаешься. Без замполита и без этого «молчи-молчи». Понял?

Водитель кивнул:

— Так точно, понял.

— В крайнем случае, уедешь потихоньку, чтоб никто не видел. Если не получится, лучше в лагере останься! А вы, солдаты!

Майор обратился к пострадавшим и санинструктору:

— Чтоб никому, что здесь произошло. Понятно? Иначе на «губе» у меня до нового года просидите! Чтоб ни одной живой душе. Не дай бог до особиста дойдет…

Машина уехала. Ротный дал бойцам немного отдохнуть, перевести дух, перекурить. Минут через сорок Барков повернулся к Самарину:

— Хорош отдыхать, старлей! Пошли оружие искать, которое ты со своими архаровцами прошлёпал! Поднимаемся, поднимаемся! Строй подразделение.

Он приподнял мушкет, который притащил Яшка:

— И это что за хрень? Откуда он её раскопал?

Майор с усилием поднял её, приложил к плечу, попытался прицелиться, опустил, иронично хмыкнул:

— И с этим наши предки воевали? Героические люди!

Он отнес ружье-мушкет к бронемашине, вручил мехводу:

— Охранять как зеницу ока, рядовой! Понял?

— Так точно, товарищ майор, — ответил Бугров.

— Строиться, взвод! — подал команду Самарин.

Остатки взвода, 12 солдат, включая экипаж БМП, встали в одну линию.

— Равняйсь, смирно!

— Вольно, — сказал Барков.

— Вольно, — повторил Самарин.

— Товарищи, в лесу остались 13 наших сослуживцев, — сказал Барков. — Очевидно, заблудились. Мы с вами сейчас выстраиваемся цепью и с интервалом не больше трех метров идём на поиск. Оружие держать наготове. У машины остаются рядовые Бугров, Маркони, то есть, Конев и старший лейтенант Тетерин.

Бугров и Конев были экипажем второй БМП.

— Сержант Мальков! — продолжил майор.

— Я!

— Помните место, где автоматы оставили?

— Примерно, товарищ майор, — ответил сержант.

— Вот давайте сначала ориентироваться в ту сторону. Ведите! И не надо ёжиться! Сами отказались от обезболивающего.

Идти снова в непонятный лес никому не хотелось. Здесь светило солнышко, по ярко-голубому небу плыли редкие беленькие облака. А там, впереди, царил сумрак и неизвестность, а еще неуловимый страх.

— Володь, — вполголоса сказал Барков. — Я на левый фланг, ты на правый. По центру, по дороге Лысуков пойдет. Он пограмотней остальных будет.

— Ага, — кивнул Самарин. — Согласен!