В крови
Шрифт:
На экране была фотография Энни, глаза закрыты, рот залеплен клейкой лентой. В венах Данте вспыхнула злость.
— Он хочет поговорить с тобой, — сказала Хэзер напряженным голосом.
Данте взял телефон из ее пальцев. Он знал, о чем она думает, потому что тоже об этом думал.
— Откуда нам знать, что она жива? — спросил он в трубку.
— Вы можете только поверить мне на слово, — сказал Лайонс. — Она жива, но, если хочешь, чтоб она такой и оставалась, тебе нужно со мной встретиться.
— Где?
— В доме Хэзер. Если не будешь здесь
Данте захлопнул телефон и кинул его обратно в сумочку Хэзер.
— В твоем доме через десять минут, — сказал он.
Хэзер кивнула, сжав челюсти. Выключив аварийные огни и заведя Trans Am, она помчалась по дороге, сжигая резину. Данте слушал стремительный яростный ритм ее сердца. Адреналин грел ее запах, обрамляя сладость сирени-во-время-дождя резким привкусом стали.
— Держись, p’tite, — прошептал Данте еле слышно, яростно этого желая, от всего сердца. Воспоминания крутились в нем, обрамляя зрение белым светом.
Джей в смирительной рубашке, умирающий на холодном полу скотобойни, кровь из его разрезанного горла растекается вокруг, окрашивая блондинистые волосы в красный…
Джею он тоже говорил держаться. Руки Данте сжались в кулаки. Он отказывался добавлять имя Энни в молитву потерь, в длинный список всех, кого не спас.
— Ему нужен я, — сказал Данте. — И он может получить меня. Как только отдаст тебе Энни, ты двинешь к чертовой матери из Сиэтла и направишься в Новый Орлеан.
— Я не позволю тебе жертвовать собой, — натянуто ответила Хэзер. — Нам нужно придумать что-нибудь еще.
— Он хочет, чтобы я вылечил его сестру. Он не ранит меня.
— Я не позволю Лайонсу уехать с тобой.
Данте пожал плечами.
— Я просто убью его при первой же возможности.
— Нет, не убьешь.
— Да? Почему нет?
— Потому что ты приготовишь два шприца с достаточным количеством морфина, чтобы усыпить смертного на несколько часов. Поэтому. Кто из нас подберется к нему первым, тот всадит в него шприц. Ты сможешь проникнуть к нему в разум? Найти, где Энни?
— Да, могу.
Белый свет танцевал по краям зрения Данте, острая боль пронзила его виски, ударила за левым глазом. Он усилием оттолкнул боль подальше. Он мог только надеяться, что она там и останется. А если нет? Он задрожал, холод прошелся по шее сзади.
Я должен использовать ее прежде, чем она завладеет мной.
— Обещай мне, что оба шприца будут иметь не смертельную дозу.
Данте долго смотрел на Хэзер, читая язык ее тела, доверие в глазах. Она знала, что он никогда не лжет. Он потянулся к заднему сиденью, взял черную сумку, расстегнул ее. Вытащил шприц и снял с него колпачок.
— Не обещаю.
В глубине загудели осы.
Он сделает что угодно, чтобы обезопасить Хэзер и Энни. И не важно, какова цена.
Глава 34
Бездонные глубины
Сиэтл,
24 марта
Шеридан посмотрел на мини-монитор, когда Trans Am въехал на подъездную дорожку к дому Уоллес. Фары погасли. Открылась пассажирская дверь, и из машины вышел Данте Прейжон. В свет уличного фонаря его кожаные брюки и латексная рубашка блестели, волосы отливали синим.
Прейжон спустился по дорожке, и Шеридан не мог не восхититься его плавными и хищными движениями. Не мог не заметить напряжение и возбуждении в его теле. Голод.
Прейжон обернулся, посмотрел по сторонам, затем скользнул рукой по волосам и размеренным шагом пошел дальше.
Интересно. Ждет кого-то, но без особого энтузиазма.
Посмотрим, кто же это.
***
Обойдя машину, Данте подошел к Хэзер, гравий хрустел под его ботинками. Снова начало моросить, было больше тумана, чем самого дождя, капельки воды блестели на черном плаще и украшали волосы Уоллес, словно бриллианты.
— Если все пойдет прахом, и Лайонс увезет тебя, — хрипло сказала она с болью в голосе, — я найду тебя. Я не сдамся. Ты слышишь меня, Батист?
Данте обхватил холодное от дождя лицо Хэзер.
— Я слышу тебя, ch'erie. И я тоже. — Он наклонился. — На удачу, — и поцеловал ее.
Она грубо поцеловала его в ответ, под натиском раскрывая губы и обхватывая руками его бедра.
Боль в голове Данте ослабла, и гудящих ос смыло прочь волной белой тишины.
Сильный рев мощного двигателя заставил Данте поднять голову. Он отпустил Хэзер.
— Пикап приближается.
— Откуда? — Она потянулась к плащу за пистолетом. — Лайонс водит Dodge Ram.
— С востока.
Яркий бело-голубой свет фар ударил Данте по глазам. Боль пронзила голову. Прищурившись, он поднял руку, заслоняясь.
Рев прекратился. Фары погасли. Блестящие точки испещрили зрение Данте. Он сдернул очки с рубашки и надел их.
Хэзер изучала красный пикап, припаркованный на обочине, у которого горели желтые аварийные огни.
— Энни с ним?
Данте видел только одного пассажира в затемненном салоне — Лайонса. Отодвинув на задний план устойчивый пульс Хэзер, он вслушался. В пикапе было только одно сердцебиение, быстрый ровный стук смертного. Данте сжал кулаки.
— Нет. Она не с ним. — Он не произнес вслух свои мысли: она была с ним, но ее сердце больше не бьется.
— Дерьмо, — прошептала Хэзер.
Стекло опустилось с тихим шумом. Тонкая струйка сигаретного дыма взвилась вверх, исчезая в дожде.
— Опусти оружие, Хэзер, — крикнул Лайонс.
— Где Энни? — спросил Данте, когда Хэзер наклонилась, чтобы положить пистолет на гравий у края дорожки.
— Где-то, — веселье звучало в голосе Лайонса, веселье, в котором Данте хотел наделать кучу дыр.