Чтение онлайн

Доктор приехал в шесть и одобрительно кивнул приятной новости о госте. Ко времени приезда Ласкара я, как и все без исключения вечера до этого, сидела на полу и искала бреши. Вокруг мелькали катастрофы и аварии, инфаркты и инсульты, грабители и насильники; все, что может падать сверху; все, куда можно провалиться и десятки самых диких вариантов намеренных и случайных смертей. В львиной доле изначального списка можно было поблагодарить богатый Интернет. Услышав звук подъехавшей машины, я посмотрела на часы. Спустилась вниз. Доктор Малиновск и Ласкар пожимали друг другу руки. Я, по привычке,

так же протянула ладонь.

— Замечательно выглядишь. — Отвесил он стандартный комплимент в ответ на мою улыбку.

За столом речь шла только о моем здоровье. Долгие паузы не вызывали дискомфорта. Когда я собиралась сделать глоток сока и выронила стакан, Ласкар засмеялся в голос. В недоумении от его поведения я пошла за тряпкой.

— Ты прописала яды. — Сказал он, успокоившись. — У меня было то же самое, только с виски.

Я открыла рот.

— Очень грубо, Лида. Я по телефонным разговорам еще понял, насколько грубо ты набрасываешь вероятности. Но это не плохо. Каркас есть, нужно обрастить мясом.

— Как?

— Конкретизировать. Максимально конкретизировать подобные вещи, а так же исходить не из своего видения, а из заложенного в действие или вещество посыла. Ты думала о яде, ориентируясь на собственную установку: пищевая химия — яд. А нужно закладывать внешний, сторонний определитель, общий в данном случае для всего. Пища и питье, в которое добавлено вещество, направленное на… Поняла?

Я кивнула.

— Поправь, и мы выпьем за твое здоровье чего-нибудь ядовитого. Если доктор разрешает. — Закончил он на английском и поднял свой стакан.

Промокнув пролитый сок на столе и полу, я задержалась на кухне. Все это — аналог обычного одношагового прямого влияния. Просто, растянутый во времени и пространстве, имеющий четко очерченную схему события, состоящую из множества пунктов. Только у меня, как всегда — наоборот. Для большинства из них прямое влияние практически недоступно, а планирование — вполне. Для меня возможности планирования открываются только теперь. И это так же вполне логично отвечает моей натуре. На планирование энергия уходит постепенно, с каждой мыслью, деталью и моментом выстраиваемого события. Для мгновенного действия энергия берется сразу, отнимается пучком, выгрызается комком… Вот что старушка имела в виду, говоря о накопленных силах. Без накопленных сил, более того, без возможности накопления — мгновенность невозможна.

Опомнившись, я оттолкнулась от кухонной стойки и вернулась к мужчинам.

— Когда ты занималась отравлением?

— Сегодня, когда ужин готовила. — Я села на свое место. Нужно было попробовать, корректно ли я поправила кусок программы об отравлении. — Нальете мне виски? Если доктор не против.

Я улыбнулась Давиду и он засмеялся, качая головой.

Собираясь услышать повторение тоста за мое здоровье от Ласкара, я остановила на нем ожидающий взгляд. То, как озабоченно он смотрел на меня или, даже, куда-то чуть в сторону — мимо, смутило.

— В чем дело, Ласкар?

— Я собирал свой предохранитель всю жизнь. И сейчас продолжаю. — Он усмехнулся. — И причина этого не только новые идеи. Вознамерься я собрать подобную программу одним махом, как делаешь сейчас ты,

у меня бы просто не хватило сил для реализации.

— Я — светская дива. — Засмеялась я в ответ. — Я отрабатываю свою сольную программу… инвертора, в развлекательных программах, в рекламе, в журналах, на обложках книг, вышедших под моим именем. У меня огромная аудитория еще со времени корреспондентки новостного канала. Ласкар, я изначально ориентировалась на максимальное потребление и… консервацию.

Он молчал какое-то время. Доктор откинулся на спинку стула и отпил вина.

— Ты слышала о Радхе Пракаш?

— Нет. — Качнула я головой.

— Это девочка, у которой была, пожалуй, приблизительно такая же аудитория. Актриса в Боливуде. Она тоже накапливала немыслимые объемы… Я только что понял истинные причины ее смерти.

— Она бредила луной. — Вспомнила я рассказ старушки на первом собрании Верховного Суккубата.

— Да-да. Именно о ней я и говорю. — Ласкар задумчиво кивал. — Ты тоже чем-то бредила? Для чего ты сформировалась накопителем? То есть… Я не встречал людей, которым бы пришло в голову именно целенаправленное накопление про запас без идеи конечной разрядки.

— Да, я тоже чем-то бредила. — Кивнула я уклончиво. — Насколько я поняла, ту девушку остановил предохранитель, когда она подумала о реализации своей идеи.

— Это официальная версия.

— Это имеет для вас значение?

— Огромное. — Твердо кивнул Ласкар и поднял свой стакан. — За твое здоровье, Лида.

Отпив, он снова задумался. Я попробовала виски. Кажется, получилось поправить: тот, кто варил и разливал этот напиток — не желал потребителю ни отравления, ни смерти.

— Именно это и имеет для меня значение. — Продолжил Ласкар мысль, и я удивленно подняла к нему взгляд. — Я предпочитаю сберечь жизнь хотя бы одному человеку, чьего имени нет на текущей странице книги смерти. Сберечь любой ценой. А они… Они предпочитают отложить гибель обреченных. Если речь идет о людях.

— Как вы можете знать наверняка, кому пора, а кому нет? Для чего нам даны возможности, если не для того, чтобы помогать, исправлять, корректировать?

— Лида, с момента начала охоты на меня, до меня на Радху, а сейчас и на тебя так же, у меня выработался единственный критерий. Тот, кто становится целью администраций Инкубата и Суккубата автоматически превращается в объект моей заботы. И наоборот: тех, кого спасает эта объединенная организация, должны последовать своей судьбе. Но Радху я упустил. Эта история про луну абсолютно сбила с толку. Я поверил. Глупо и наивно поверил…

Я не знала что сказать. Ласкар отпил еще. Доктор поднялся и вежливо откланялся.

— Я не могу предположить, зачем тебе даны эти силы. — Продолжил он, и в голосе появилась ирония. — Но могу с уверенность сказать, подобное просто так не дается. Для себя я определил цели. — Он сделал паузу. — Ты просто не понимаешь с высоты своих возможностей, чего это стоит всем нам… всем им. Ты просто не можешь этого понять. Твой дар — один на миллиард. Ты просто не понимаешь.

Я смотрела на Ласкара исподлобья, оценивая совместимость градуса алкоголя в его крови с перспективой вести автомобиль.