Чтение онлайн

* * *

–  Барон Засс сегодня вечером приглашает меня навестить его в "Фарфоровой Башне". Я хотел бы произвести на него приятное впечатление, поэтому вам, ребята, придется сегодня поработать.

Лева не мог понять, что означает эта фраза, я же знал, что наступает день "Д" и час "Ч".

Мы заняли места в своей студии. На этот раз вместо сигнальной лампочки у нас был громкоговоритель, по которому мы могли слышать все, что происходило вокруг нашего босса. Наверное это радио было сразу обнаружено и едва ли оно долго продолжало

бы работать в "Фарфоровой Башне", как и "слуховой аппарат" Герберта. Но длительного обаяния и не требовалось, все должно было решиться в первые минуты.

Мы успели несколько раз сыграть свою партию, когда пока Иноэ добрался до парадной лестницы. Мы слышали, как он сказал сопровождавшим его охранникам и Марку Келнеру:

–  Подождите меня здесь, - и, затем, как бы про себя, - Неужели я наконец снова его увижу!

Мы слышали шум нескольких открывающихся и закрывающихся дверей. Наверное, за последней из них Герберт увидит затворника барона, эффектного блондина, несколько постаревшего, или совсем не изменившегося, а, может быть обрюзгшего и опустившегося, развращенного своей беспредельной властью и разочарованиями во всех мечтах. Мы услышали голос. Сначала я решил, что это охранник, и лишь потом понял, что происходит. Голос был хрипловатый, с одышкой. Он произнес:

–  Я говорю, ты слушаешь. Ты слушаешь и подчиняешься.

И голос Иноэ, вялый и лишенный выражения, ответил:

–  Я слушаю и подчиняюсь.

–  Я буду спрашивать, а ты отвечать честно и подробно. Зачем ты пришел ко мне? Отвечай.

–  Я пришел за смертью.

–  Что!? А, черт... Что ты собирался сделать, придя ко мне? Отвечай.

–  Я собирался сплясать один танец, который бы тебя вырубил. Потом я попытался бы найти твои ноты или заставить тебя их продиктовать.

–  Почему же ты сказал, что идешь за смертью? Отвечай.

–  Был шанс, что у меня ничего не выйдет. Тогда ты мня убьешь. Этого я и хотел на самом деле.

–  Герб, старая лиса Герб, - мы слышали, как барон Засс тяжело вздохнул, а затем заскрипели пружины кресла или дивана, - Садись.

–  Слушаюсь, - снова скрип.

–  Видишь, я приготовил твой любимый коньяк. Выпей, старая лиса, звякнуло стекло, - Вот ты и перехитрил сам себя. И зачем же тебе понадобилась смерть? Отвечай.

–  Я устал. Тяжело столько предвидеть. И вся эта борьба...

–  А я вот не боролся. Но тоже устал. Я так давно не видел ни одного свободного человека... И не хочу видеть. Помнишь, Герб, как мы с тобой тут зажигали? А?
– пауза, и затем, зло, - Отвечай!

–  Помню.

–  Еще бы! Мы любовались этим сбродом через мои мониторы, мы издевались над ними, как хотели. Трахали принцесс и герцогинь, а один граф ходил у нас в лакеях. Ты еще меня сдерживал. Тебе не нравилось, что ли?
– опять звякнуло стекло, булькнул напиток, - Отвечай.

–  Нет, мне не нравилось.

–  А почему? Отвечай.

–  Я тебе завидовал. И боялся.

–  Ты всегда мне врал. Я не хотел тебя подчинять, ты был единственным живым человеком. А ты меня

предал. Ты меня предавал с самого начала. Знаешь, после того, как я тебя выгнал, мне так быстро все надоело... Никогда я тебя не подчинял, а сейчас вот решил подстраховаться. И не зря. Знаешь, я сейчас всех входящих проверяю. На всякий случай. А большей частью сижу здесь один. С куклами. Что скажешь, стал я осторожнее? Отвечай.

–  Стал. Это естественно.

–  Ах, вот как! А почему ты приперся за смертью именно сюда? Отвечай!

–  Мне бы хотелось, чтобы меня убил именно ты.

–  Ну что ж...
– скрипнули пружины и опять забулькал коньяк, - для старого друга ничего не жалко. Когда я скажу "начали", ты выпьешь еще стопку, потом выйдешь отсюда, сразу пойдешь на балкон двенадцатого уровня, тот самый, наш любимый, залезешь на перила и с радостью спрыгнешь вниз, на землю. Если тебя начнут расспрашивать, придумай что-нибудь, чтобы всех успокоить. Если же тебе что-то помешает, ты покончишь с собой первым же доступным надежным способом. Все ясно? Что ты сейчас сделаешь? Расскажи своими словами.

–  Я выпью еще одну стопку, выйду отсюда, пойду на наш любимый балкон и спрыгну на землю. С радостью. Если меня начнут расспрашивать, я всех успокою. Если не удастся, я убью себя первым же доступным надежным способом.

–  Умница ты, все-таки, Герб. А то, знаешь, такие тупицы попадаются, барон смачно зевнул, - Я ведь не разрешаю самоубийств в моем доме. Это только для тебя исключение. Ладно, дружище. Я буду наблюдать за тобой на мониторе. Прощай. Начали!

И, после паузы, издалека:

–  Проводите герра Иноэ!

* * *

Я вскочил, кинулся было к двери, потом вернулся и начал укладывать лютню. Лева последовал моему примеру. Я сообразил, что секретничать уже не имеет смысла и быстро заговорил, почему-то шепотом:

–  Лева, главное не подходи с лютней к Герберту. Больше никаких. А то тебя убьют, понял?

–  Что? Почему не подходить? Нас же наняли...

–  А жить хочешь? Ай, дьявол!
– я прищемил палец замком.

–  Подожди, ты что... К какому Герберту, его же сейчас убьют...

–  Ах, да. Черт, ладно, надо бежать. Только вот как...

И, словно в ответ, динамик рявкнул голосом Марка Келнера:

–  Всем эвакуация! Ломщики, оставайтесь на месте. Я сейчас буду.

–  Вира-майна!
– я опять рванулся к двери, выскочил в кабинет Иноэ, бросил лютню на стол. Я не знал, что делать, тело действовало само. Бежать не имело смысла, в коридорах Дрейфа нас тут же скрутила бы охрана барона Засса. Хотя, может быть они нас бы и пропустили... С другой стороны, у Герберта должен же был быть какой-то план эвакуации!? Он же все считал заранее. Блин, я даже не знал, жив ли мой босс, и кого мне теперь надо бояться - его или барона. Взгляд мой упал на драгоценный набор оружия. Я подскочил к стеклянному шкафу и от души ударил локтем в стекло. От возбуждения я не сразу почувствовал боль, но не пытаться еще раз у меня ума хватило. Стекло было бронированным.