Шрамы
Шрифт:
С другой стороны, не только он был виноват в том, что ситуация вышла из-под контроля. Рядом со мной шла ещё одна виновница, которая до недавнего времени говорила: «Стивен не наркоман». Но у меня не хватило смелости прямо обвинить её в этом.
— Мы найдём его, но ты же знаешь, что мы не можем привлекать полицию, — сказала я, понизив голос и посмотрев на группу студентов, мимо которых мы проходили, чтобы убедиться, что нас никто не слышит. — Что, если он с друзьями-наркоманами? Или ещё хуже — с этими ублюдками из банды? Его посадят в тюрьму.
Мама
— Я понимаю. Нам нужно найти другой способ. Ты можешь спросить у его друзей. Некоторые из них, вероятно, знают, что он задумал.
Я поморщилась.
— Сомневаюсь, что они стали бы делиться со мной, если бы он решил избегать нас. Кодекс дружбы и всё такое.
Внезапно я заметила, как промелькнули ослепительно светлые волосы. Я остановилась, чувствуя отвращение к самой себе из-за идеи, которая только что пришла мне в голову.
— Кстати, о друзьях Стивена… — Я кивнула в сторону Барби, который был занят спором с кудрявой брюнеткой у своего шкафчика. — Я пойду спрошу его о Стивене, так что дай мне несколько минут.
Она приподняла бровь, заметив, как Барби открыто демонстрирует свое вечное возбуждение.
— Хорошо. Я подожду тебя в машине, — произнесла она.
Когда я приближалась к ним, мои шаги были неторопливыми, а губы кривились в усмешке. Что-то неприятное сжалось у меня в животе, и я была уверена, что это связано с тем, что мне было неприятно видеть, как эти двое почти трахаются так, будто завтрашний день не наступит.
Я не знала, что вызывало у меня большее отвращение — то, как он присасывался к ее губам, словно осьминог, или звуки наивысшего экстаза, которые они издавали. Они были рождены, чтобы сниматься в порно. Я не удивлюсь, если они уже это сделали.
Заметка для себя: проверь, не снимает ли Барби тайно порно. Тогда ты сможешь шантажировать его и править миром.
Я остановилась прямо за ними. Мне бы очень хотелось оказаться где угодно, только не здесь, но как бы я ни старалась игнорировать тот факт, что эта "крыса на стероидах" была хорошим другом Стивена, я не могла просто уйти. За последние несколько месяцев они стали очень близки и проводили много времени вместе. Если кто-то и мог знать о местонахождении Стивена, то это был Барби. Я должна была воспользоваться этим ценным источником информации, даже если это означало, что мне придётся поступиться своей гордостью и совершить то, что казалось преступлением против человечности
— Кхм, — я прочистила горло, но влюблённые продолжали обмениваться своими заражёнными жидкостями. Я изобразила руками воображаемый рог. — Мэйдэй! Мэйдэй! Двое возбуждённых подростков собираются зачать зомби-младенцев прямо в коридоре! Повторяю, двое озабоченных
Я с удовлетворением отметила, что привлекла внимание всех в коридоре, включая Барби. Он застонал, с трудом оторвавшись от ее губ, и посмотрел на меня через плечо. Его свирепый взгляд и насмешка были не для слабонервных, но, к сожалению для него, я привыкла к подобным взглядам и насмешкам.
— Я бы узнал этот раздражающий голос где угодно, — проворчал он. Мой взгляд невольно упал на его губы. Они были припухшими, как будто он только что целовался с пчелой. Дважды «фу».
— Я рада, что меня узнают. Должна сказать, это признак по-настоящему замечательных людей, — сказала я с усмешкой, которая, как я надеялась, отпугнет всех, кто мог бы принести мне несчастье.
Он повернулся ко мне со скучающим выражением лица и смерил меня взглядом.
— Нет, это признак того, что ты раздражаешь людей, и тебе нечем гордиться. Иди и изводи своего брата, раз у тебя так хорошо получается в последнее время.
Его последние слова оставили во мне глубокое сожаление, но я бы никогда, ни за что на свете, не показала ему, как сильно они меня ранят. Мне хотелось ответить ему тем же, но я понимала, что ради общего блага должна подавить свою гордость и держать язык за зубами. Я искренне надеялась, что жизнь вознаградит меня за это беспрецедентное терпение. Например, неограниченным количеством книг в твёрдом переплете и «Доктором Мартенсом».
— Забавно, что ты упомянул моего брата, потому что именно из-за него я удостоила тебя своим присутствием, — брюнетка фыркнула, и я встретилась с ней взглядом. — Можешь сказать что-нибудь умное, куколка Братц?
Она сморщила нос и скрестила руки на своей маленькой груди, её взгляд скользнул вниз по моему телу.
— Да, в отличие от тебя, я могу сказать много умных вещей, рыбка-капля.
— О-о-о, это просто невероятно! Я не могу этого вынести! Нам следует обратиться в комитет по наградам и попросить присудить тебе первую премию, потому что, честно говоря, у тебя настоящий талант, девочка!
— Ты уже уходишь? — Спросил Барби, прежде чем брюнетка успела ответить. Он скрестил руки на груди. — Ты убиваешь мои мозговые клетки.
Я склонила голову набок.
— Какие клетки, мозговые? Насколько мне известно, у тебя их нет.
— Серьезно, уходи, — Сказала брюнетка. — Ты мешаешь нам.
— О-о-о. Приношу свои извинения твоей вагине, но я не уйду, пока не получу то, за чем пришла.
— Если ты пришла за моим членом, можешь забыть об этом, — сказал Барби. — Я не трахаюсь с уродливыми психопатками.
Я съежилась.
— Зачем мне твой микроскопический член? — Я взглянула на его ширинку. — Я должна предупредить тебя, куколка Братц. Тебе следует держаться подальше от Барби, если ты не хочешь пережить худший секс в своей жизни.