Чтение онлайн

Но почему?! Почему он вообще захотел найти меня? Потому что единственный раз в жизни я причинила ему боль? Потому что воткнула нож в его кишки и провернула?

«Мне нужно убраться отсюда к черту».

Быстро ступаю по тротуару - достаточно быстро, чтобы скрыться, но недостаточно быстро, чтобы казалось, что я бегу, на случай если его внимательный взгляд следит за мной. С каждым шагом в моей голове проносятся мысли.

Сколько времени ему понадобится, чтобы понять, что это была я? Двадцать секунд? Две минуты? Два дня?

Я не могу вернуться домой. Если он знает,

в каком городе я нахожусь, есть большая вероятность, что он знает, и где я живу. Мне нужно найти выход из этой передряги, нужно выжить. Я не могу снова стать его жертвой.

Поворачиваю за угол и оглядываюсь на вход, из которого только что вышла. Мельком бросаю на Нэйта взгляд теми же глазами, которые плакали и кровоточили из-за него.

Он идет по тротуару, следуя за зловонием моего страха. В желудке продолжает расти снежный ком. Как только я исчезаю из его поля зрения, то пускаюсь в бега. Бегу, как голубь, спасающийся от пронзительного крика ястреба. Бегу и бегу, как последняя трусиха, которая не хочет умирать.

Я чувствую себя слишком беспомощной и лишенной надежды, когда мои легкие начинают гореть в груди. Пот покрывает тело, а сердце готово разорваться. Я благодарю Бога, что Энди уговорил меня бегать с ним.

Слышу только топот своих ног по тротуару, а легкие стараются не отставать от моего темпа. Солнце приближается к горизонту с запада и притягивает меня к себе, как магнит.

Мне нужно найти место, где можно спрятаться. Скоро стемнеет.

На озере много плавучих домиков. Пробираюсь к ним через задворки, пока не нахожу тот, в который можно забраться. Дверь оказывается тяжелее, чем я ожидала, и мне требуется дополнительное усилие, чтобы открыть ее. Быстро осмотрев комнату, я забегаю за штабель старых деревянных ящиков, сложенных под длинным ржавым металлическим верстаком. Рухнув на пол, позволяю огню в легких остыть.

«Как же, бл*ть, он нашел меня?»

Я лихорадочно ищу хоть какое-нибудь оружие, пока не угасла последняя крупица света, и я не осталась полностью ослепленной. Ищу все, что может остановить его или хотя бы замедлить. На полу валяется несколько метров металлической цепи. Я хватаю ее в охапку и перетаскиваю к себе. В помещении царит тишина, за исключением мягкого плеска волн, разбивающихся о сваи, и стука моего колотящегося сердца.

«Боже, если ты хоть чуточку заботишься обо мне, пожалуйста, не дай ему обнаружить меня».

Если он найдет меня, я поплачусь за все. Я знаю Нэйта достаточно хорошо, чтобы понять, что его не устроит что-либо иное, кроме моей головы на блюдечке. В данный момент моя смерть кажется вполне реальной перспективой.

Луч света мечется по комнате, затем направляется к ящикам, за которыми я притаилась. Тонкие волоски на моих руках начинают шевелиться, заставляя покрыться мурашками кожу. Его тень движется вдоль строения, а тяжелые шаги ступают по полу, заставляя старое обветренное дерево скрипеть под его ногами.

Он не спеша обследует каждый уголок, трещинку и щель, словно не сомневаясь в том, что я где-то здесь. Запах моего страха наполняет эллинг (прим.: по сути своей гараж для лодок, но в настоящее время часто оборудуемый как дом и использующийся для проживания в городах,

расположенных у водных объектов) и притягивает его все ближе. Он непременно найдет меня.

Обернув один конец цепи вокруг своей руки, крепко сжимаю ее в кулаке, пока костяшки пальцев не становятся белыми от страха. Он начинает насвистывать «Круг вокруг розочки» (прим.: старинная жуткая детская считалочка «Круг вокруг розочки, карманы полны трав, прах к праху… мы все падаем вниз»: розы - это ни что иное, как кожный симптом чумы, травы в карманах носили, чтобы перебить смрадный запах, царивший в городах, прах - последствия сжигания тел, мы все падаем вниз - значит упасть замертво), подобно проигрывателю, который крутит пластинку недостаточно быстро - или это мой мозг недостаточно быстро реагирует на происходящее вокруг. Каждое его движение происходит словно в замедленной съемке.

– Карманы полны трав, - продолжает он насвистывать снова и снова.

Подсматриваю сквозь щель в ящиках, но единственное, что освещается лучом света - это его оксфорды цвета оксблад (прим.: цвета бычьей крови), блестящие от полировки и собирающие на себя все больше пыли с каждым его решительным шагом. Он подходит все ближе и ближе, сокращая расстояние между нами - расстояние между моей жизнью и смертью.

Мое тело начинает неистово дрожать, предавая меня, подобно большой неоновой вывеске, висящей над моей головой. Пот струйками стекает по спине, сильно прижатой к стене. Он отодвигает ящики, один за другим.

Сейчас или никогда.

Я вытягиваю цепь перед собой, готовая к замаху.

Его свист превращается в гул, и он становится все громче в моих ушах.

– Прах к праху… мы все падаем вниз.

В помещении нет света, кроме луча от фонарика Нэйта, которым он раскачивает из стороны в сторону. Адреналин бурлит в моих венах.

Бей или беги. Давайте посмотрим правде в глаза, это действительно два моих единственных варианта, не считая смерти. Я сомневаюсь, что смогу убежать от него, но и одолеть его я также не в силах. Не имея настоящего оружия.

Может быть, мне стоит отползти вдоль стены, подальше от света его фонарика, в зону, которую он уже обыскал. Возможно, он не заметит меня.

Падаю на колени и пытаюсь выползти из-за кучи ящиков, но звук волочащейся за мной цепи отдается по полу, как противотуманный горн (прим.: устройство, которое использует звук для предупреждения транспортных средств о навигационных опасностях, таких как скалистые береговые линии, или лодок о присутствии других судов в условиях тумана).

Луч его фонарика пробегает по моим ярко-синим глазам. Свет на мгновение ослепляет, заставляя мышцы напрячься. Я хочу броситься прочь, чтобы избавиться от жжения в глазах, но окружающее меня пространство для начала должно вернуться в фокус.

– Мэдоу… Мэдоу… Мэдоу, ты же понимаешь, что не сможешь убежать от меня, детка. Я же говорил тебе, что всегда найду тебя.

Я слышу эти слова за мгновение до того, как оказываюсь на ногах и бегу к двери.

Когда мое тело сгибается, чтобы дотянуться до ручки, шею резко тянет назад. Толчок боли пронзает позвоночник. Я использую все запасы кислорода, чтобы издать пронзительный крик.