Ретроспектива
Шрифт:
– Я ведь пообещала уже, что возьмусь помочь.
– Ты была не обязана продолжать работу.
– Знаю. Но не люблю бросать дело на полпути.
Не совсем так. Иногда Мира без зазрения совести оставляла позади вещи, события, людей. В этот раз закончить работу было всё равно, что поставить логичную точку. Она хотела показать Теодору, что не держит зла. Во всяком случае, постарается.
– Спасибо, что посчитала важным сдержать обещание. И что потратила на меня время.
– Ты хоть посмотрел правки,
– За этим и звоню. Мира, я бы хотел обсудить твои комментарии с глазу на глаз. Давай встретимся?
– В примечаниях всё подробно расписано. Мне нечего больше добавить.
Секундная заминка. Теодор заранее не придумал ответ на случай, если Мира откажется от встречи.
– Я предпочитаю живую редакцию, – прозвучало с ледяным убеждением.
Мира прислонилась спиной к дверце жестяного шкафчика. Она пыталась понять, в ссоре ли они вообще. Или им в самом деле не за что друг на друга обижаться.
Тишина накалялась.
– Хорошо, – наконец, спокойно ответила Мира.
– Поужинаем?
– Я не голодна.
– Быть может, ты проголодаешься завтра?
Какой же он сложный. Зачем столько словесных наслоений? Мира выучила назубок его приёмы. Она уже добралась до сердцевины сути всех его намерений.
– Я не стану с тобой ужинать, Теодор.
Ты не можешь говорить мне теперь такое фуфло.
Мира не собиралась реваншироваться и наказывать его. Жестокого сценария она не придумала. Её поведение с этим человеком всегда непредсказуемо.
– Это просто работа, – продолжила она. – Мы подойдём к ней в более кадровой обстановке.
Как? Нравится тебе?
– Встретимся у тебя дома. Не будем менять привычный распорядок.
– Хорошо, Мира. Когда тебе удобно приехать?
– Через пару часов?
Нет причин оттягивать. Сладкое ожидание встречи не входило в планы Миры. Лучше покончить со всем поскорее.
– Я тебя жду.
Мира убрала телефон в шкафчик и громко захлопнула дверцу. Надев силиконовую шапочку для купания, она дошла до бассейна и нырнула головой вниз.
Плавала Мира агрессивно, словно на соревновании. Только когда лёгкие начали гореть от кислородной нехватки, она успокоилась. Раскинув конечности, Мира легла морской звездой на спину и закрыла глаза. Вода окружала со всех сторон, покачивала, утешала. Когда Мира занималась художественной гимнастикой, она ходила в бассейн поработать с координацией, сделать упражнения на осанку и дыхание. Но ещё аквааэробика – отличное восстановление после тренировки. В воде сосредоточены умиротворение и энергия. Ещё будучи маленькой девочкой, Мира чувствовала это. Она отдавалась воде, позволяя ей окружить себя так, что иногда невозможно было дышать. Это пугало и захватывало одновременно. Мира любила всё, что дарило ей такие ощущения.
Спустя
– Что я пропустила?
– Один неудачный подкат, а затем бурную реакцию на отказ, – пояснила Грейс.
– Кто?
– Уже свалил.
– Я же просто пришла поплавать, – прошипела Ева. – Но нет, давайте отпускать сальные комментарии в сторону моего купальника. Я ведь оставила паранджу в раздевалке специально, чтобы цеплять парней. Женщина всегда на охоте.
– Люди полны дерьма, – сказала Грейс. – Вот бы разрешение на пушку получить. Я бы всем мудилам яйца отстреливала.
Мира фыркнула.
– Разрешение на ношение оружия не равно свободе от последствий.
– Я бы взяла девятимиллиметровую. Ею и полицейские пользуются, – скромно заметила Ева, проигнорировав замечание Миры.
Грейс не согласилась:
– Неа, компетентный наёмник выберет простой пистолет двадцать второго калибра. Боеприпасы дешёвые. Его сложно отследить, но им легко продырявить голову. А можно просто показать кобуру за поясом, и окружающие сразу поймут, что к чему.
Мира хихикнула и оттолкнулась ногой от бортика.
– Надеюсь, после бассейна вы идёте на конференцию киллеров.
***
Она прошла мимо открывшего входную дверь Теодора. Согласный с немыми правилами, он внимательно осмотрел Миру.
– У тебя волосы влажные.
– Принимала душ после бассейна, – она невозмутимо положила свой ноутбук на стол.
Привлекая к себе внимание, Теодор с грустной нежностью дотронулся до руки Миры. Словно его силы были на исходе, и ему необходимо зарядиться от прикосновения. Сердце Миры лихорадочно забилось.
– Займёмся тем, ради чего я здесь, – без запинки заявила она.
***
Сотрудничество заставило враждебность в воздухе постепенно испариться.
– Ладно, последнее, – Мира отбросила за спину волосы. Жарко. Отчего так жарко. – Почему твой герой такой одинокий?
Сосредоточенное лицо Теодора словно ссохлось. Его сердце наверняка пропустило удар.
– Это плохо?
– Нет, он не оставляет липкого впечатления и всё такое. Не нафталиновый. Но он до глубины одинокий. Это так грустно.
– Комедия – слишком сложный для меня жанр.
– Рассмешить всегда труднее, чем заставить плакать. Плачут люди по более-менее одинаковым причинам, а смеяться их заставляют совершенно разные вещи.
Мира сомневалась, стоило ли говорить, но всё же решилась:
– У меня сложилось впечатление, что тебя немного штормит. Мысли путанные.
Теодор неожиданно улыбнулся уголками губ.
– Я знал, что ты так скажешь. Что у меня каша в голове.
Мы точно говорим о правках к главе?