Чтение онлайн

Лена взяла пару аккордов.

— Отлично, Кулемина, ты у пас номер пер­

вый.

Виктор Михайлович, я лучше в баскетбол.

Ну, Лен, у тебя же психология победителя, Ты, если захочешь, все сможешь. А на басу всего-то четыре струны. Так что репетируй! Не убежит твой баскетбол... Или тебе домой пора, поздно уже. Родители хватятся.

Не хватятся. Они в Нигерии.

Негры, что ли? — спросил физрук.

Нет, врачи. Они там людей от

эпидемии спасают вот уже два года. А я с дедом живу. Он у меня писатель...

А, Кулемин! — Степнов хлопнул себя по лбу. — Это ж известный фантаст! Я его книжки в детстве по ночам читал. А сейчас он завязал, что ли?

Да дед-то пишет, — с горечью в голосе произ­несла Лена. — Издают его мало.

Ну, раз ты домой не торопишься, давай бросочек сверху проработаем. — И Степнов кинул Лене мяч.

Пока Наташа ужинала, ее мама обсуждала с коллегами предстоящую съемку.

По договору у тебя вагончик. Скажи им: я твой агент, все переговоры через меня. И пускай лапшу на уши не вешают, я в кино не первый год работаю. Имей в виду: если ты мне съемку опять сорвешь, я с тобой договор расторгаю! — Она с измученным видом положила трубку. — Мигунов, артист вшивый, всю кровь выпил. Так что у вас там в школе за группа?

Лерка считает, что можно начинать и со школьной самодеятельности.

Нет, милая, забудь про это. Ты должна поду­мать о профессии.

Мам, ты разве не поняла, я уже выбрала. — Наташа пристально посмотрела на мать.

Что выбрала? Пиликать на гитаре? Ведь мно­го же хороших и престижных профессий: матфак, химфак, физфак — выбирай что хочешь.

Говорю же, мне это неинтересно.

— А как насчет гуманитарных? Нет? Тогда пусть Леня пропихнет тебя в театральный на

продюсерский.

— Мам, я не хочу быть продюсером. Я хочу быть музыкантом.

— Наркотики, обдолбанные мужики, психи­ческие отклонения? — Мама схватилась за голо­ву. — Никакого рока, пока я жива.Если ты так ненавидишь рок, откуда у нас в доме электрогитара, до которой ты мне даже дотрагиваться не разрешаешь?

Она досталась мне от соседей по старой квартире. Вдруг бы они вернулись за ней? Вещь-то дорогая...

Мама лукавила — Наташа была почти уверена в этом.

А мой отец занимался музыкой? — поинте­ресовалась она.

Нет! Он был серьезным человеком — инже­нером-строителем.

Тогда я себя не понимаю... — разочарованно пробормотала девушка.

Но тут случилось ужасное. В дверь позвонили, Наташа открыла — и вошел Андрей Васильевич, папа Леры.

— Добрый вечер, — радушно улыбался он. — Скажи Лерке, пусть собирается!

Наташа стояла, не в силах ни шевельнуться, ни ответить. В коридор вышла мама и удивленно уставилась на гостя:

— А Лера к нам не приходила...

— Она сказала, что будет у вас. Дома никто трубку не берет, мобильный ее не отвечает... —

Андрей Васильевич начал нервничать. — Наташа, вы из школы вместе уходили?

Нет, не очень вместе.

Это как?

— Она пошла в одно место... — Наташа почувствовала, что скрываться дальше не имеет смыс­ла. — Она в клубе.

Через полчаса папа Леры ворвался в ночной клуб и увидел свою дочь вместе с Егором...

Валерия Андреевна, попрошу на выход! — грозно произнес он.

Я, наверное, пойду... — Лера растерянно по­смотрела на Егора.

Да, лучше иди, — испуганно согласился он. — Я тебе позвоню.

Дома Леру ждал неприятный разговор.

Ты несовершеннолетняя! А этот... хмырь... Он на сколько тебя старше? Лет на шесть?

На десять! И что с того? Я люблю его, и у нас все серьезно.

Я опытный человек, — отец старался гово­рить ровно, не повышая голоса, — и я знаю, чем заканчиваются такие романы.

Ты опытный?! — взорвалась Лера. — Да весь твой опыт — это твоя ментовка! Тебя целыми днями нет дома, ты живешь с трупами, ворами и убийцами. Папа, у тебя ненормальная жизнь и ненормальный опыт. Почему я должна полагать­ся на него?

Этот моральный урод сломает тебе жизнь. Я хочу, чтобы ты была счастливой-

— Мамуты тоже хотел сделать счастливой? — На глаза Леры навернулись слезы. — Она все сидела, ждала тебя.... А какой-то отморозок, которого ты посадил, убил ее!.. Ты никогда не думал, что она погибла из-за тебя? А я думала. И не надо говорить

про мое счастье.

— Значит, так, Валерия, — произнес Андрей Васильевич упавшим голосом. — Чтобы я этого крота с тобой рядом больше не видел!

Аня задула свечи на праздничном торте и, отрезав несколько кусочков, положила их на та­релки.

Анюта, в твой день рождения я желаю тебе быть послушной девочкой, — начала свое позд­равление мама, — слушать родителей, помогать им, радовать их, учиться только на четыре и пять и хорошо закончить школу.

И чтобы сбылись твои мечты, если не все, то самые-самые, — добавил папа.

— Спасибо, пап. — Аня попробовала торт и поняла, что день рождения не удался. Хуже торта она в своей жизни не ела.

Что, не нравится торт? А ведь я так старалась, выбирала, — расстроенно сказала мама.

Нет-нет, нравится, очень вкусно, — в один голос ответили Аня и папа.

После ужина Аня уединилась в своей комнате и сделала еще одну запись в дневнике: «Ну вот

и прошел очередной день рождения. Прошел не­удачно. Как и полагается закоренелой неудачнице. Нашла подругу и тут же потеряла. Надежды па взаимность со стороны Антона никакой. Не знаю... может, Антон и прав: нужно жить и делать то, что хочешь, не стесняясь. Вот в школе органи­зовывается группа, приглашают всех желающих. Я вот желаю, но подойти и сказать, что хочу, духу не хватает».