Чтение онлайн

которого Юн-цзя Сюань-цзюэ, по-японски — Йока Дженкаку. Но японцы зовут его

“Йока”, по названию местности, а не по имени! В общем Судзуки пользуется чаще

родовыми именами, а Фун Ю-лань — монашескими. Судзуки приводит то японские

формы, то китайские, но пользуется иным способом их латинизации, чем Фун

(точнее, его

переводчик Бодд). Так что Линь-чжи Й-сюань (японское — Ринзай

Гиген) у Судзуки иногда звучит как “Ринзай”, иногда — Линь-чжи, а у Фуна — как

Джи-сюань! Дюмулен и Судзуки последовательно стараются употреблять лишь

японские формы, но тогда с первого взгляда не отличишь китайцев от японцев.

Так что все, кто изучают Дзэн не по первоисточникам, сталкиваются с картиной, крайне затрудняющей историческую ясность. Судзуки так широко распространен, что я боюсь еще более запутать читателей, если буду называть Хуэй-нена его

родовым именем — Да-чжань. Единственное, что я решаюсь сделать, — это

приложить именной указатель. Положение еще более ухудшается тем, что

существует путаница и в датах. Так, годы жизни Шень-хуэя у Фуна даются как

686-760 [35], у Жерне [39] — 668-760, а у Дюмулена и Сасаки [30] — 668-770.

*Этот период подробно описан в [30]. Демьевиль[27] перевел рукопись

Тинь-Хуана [60, 4646], повествующую о диспуте в Лхассе в 792-4 гг. между

учителем школы Внезапного Чаня и группой буддийских монахов из Индии.

Дзэн-буддийский учитель носит имя “Махаяна”, и нет оснований связывать его с

традицией, идущей от Хузй-нена. Его учение является более умеренным, чем

доктрины Шестого Патриарха. То обстоятельство, что индийские ученые в этом

рассказе поражены и возмущены доктриной этой школы, указывает на чисто

китайское происхождение этой истории.

150

Последователи Хуэй-нена в своих сочинениях и деятельности продолжают развивать

идею естественности. Исходя из принципа, что “истинный ум — не-ум” и что “наша

истинная природа — это отсутствие специальной природы”, они делают вывод, что

истинная практика Дзэн есть “непрактика”. Таким образом развивается кажущийся

парадокс: быть Буддой без намерения стать Буддой.

Шень-хуэй, например, пишет:

Если у вас есть это знание, то это концентрация (самадхи) — без

концентрирования, мудрость (праджня) — без мудрствования, практика — без

упражнения. (4:1 93)

Всякое культивирование концентрации ложно

в самом корне. Ибо как же можно

достичь концентрации, если ты ее культивируешь? (1:1 17) Если говорить о работе ума, то в чем она: в активности или неактииности ума?

Если в неактивности, то мы ничем не лучше пошлых дураков. Но сказать “к

активности” — значит признать, что ум относится к сфере обладания и что мы

связаны страстями [клеша]. Какой же пугь выбрать нам для освобождения? Шраваки

культивируют пустоту, пребывают в пустоте и связаны ею. Они культивируют

концентрацию, пребывают в концентрации и связаны ею. Они культивируют покой, пребывают в покое, и связаны им. Если бы работа с умом заключалась в

дисциплинированно своего ума, то какое же это освобождение? (1:1 18)*

151

В этом же духе Сюань-цзюэ начинает свое знаменитое стихотворение Песнь

реализации Дао (Чжен-дао-Ге):

Видите вы этого беспечного человека Дао.

Что расстался со знанием и ничего не добивается (у-вей)?

Он не бежит ложных мыслей и не стремится к истинным, Ибо неведение и есть природа Будды, А это призрачное, неверное, пустое тело

— и есть тело Дхармы**.

Следующая история — о Хуай-джане. Рассказывают, как он обратил в Дзэн своего

будущего преемника Ма-цзы (ум. 783 г.), когда тот упражнялся в сидячей

медитации в монастыре Чжуань-Фа:

— Ваше преподобие,— сказал Хуай-джан,— какую цель преследуете вы, сидя в

медитации?

— Цель,— отвечал Ма-цзы,— в том, чтобы стать Буддой.

Тогда Хуай-джан подобрал плитку от пола и стал шлифовать ее о камень.

— Что вы делаете, учитель?— спросил Ма-цзы.

— Я полирую плитку, чтобы она стала зеркалом.

— Как можно, полируя плитку, сделать ее

_______________

Шень Хуэй Хо-чанг И-чи. Китайский текст приведен в редакции Ху Ши, Шанхай, 1930.

*Т. е. Дхармакайя (см. выше). Полный перевод Чен-Тао-Ке (яп. Шодока) можно

найти в работе [79] и [65].

152

зеркалом?

— Как можно, сидя в медитации, стать Буддой? [2:5].

Ма-цзы был первым из учителей Дзэн, который прославился своими “странными

словами и необычайным поведением”. Он ступал как бык и смотрел тигром. Когда

один монах спросил его:

“Как вы достигаете гармонии с Дао?”, он возразил: “Я уже вне гармонии с Дао!” В ответ на вопросы о буддизме он первым стал наносить удары вопрошающему или

отвечать возгласом “Хо!”. Случалось, однако, что он выражался и более

членораздельно. Одна из его лекций посвящена вопросу дисциплины. Он говорит: Дао не имеет ничего общего с дисциплиной. Если признать, что оно достигается