Чтение онлайн

Я буквально застыл. Дышал поверхностно. В голове крутил одну-единственную мысль, самую уместную, какую смог найти: «Только бы не в карцер, только бы не в карцер, только бы не в карцер…»

Если вдруг люди в чёрном умеют читать мысли через свои сраные блокаторы или приборы, они увидят то, что надо.

«Не умеют, — коротко вставил свои пять копеек Мозгоед. — Он ищет отголосок Дара по внешним признакам. Это первичный осмотр»

Инквизитор чуть прищурился. Его ноздри едва заметно

дрогнули.

Затем он отвернулся и сделал шаг в сторону. Прошёл мимо. Да ладно!

Я с трудом подавил желание шумно выдохнуть. Рано расслабляться. Младший инквизитор с цилиндром уже закончил с Сохатым и переместился к Шкету, поднес цилиндр к его виску. Цвет диодов ожидаемо не изменился.

Инквизитор шагнул к Гнусу, убедился, что прибор не реагирует и подошел ко мне. Рука с цилиндром оказалась прямо рядом с моей головой. Я видел эту чертову хреновину очень хорошо.

Диоды моргнули несколько раз, а потом звук начал меняться. Тихий писк превратился в сухое потрескивание. Лампочки моргнули снова и начали менять цвет, по очереди. Сначала первая, потом вторая. Из синих они превращались в мутно-желтые. Потрескивание стало громче.

Глаза Младшего инквизитора расширились. Он крепче перехватил прибор, наклонился ближе ко мне. Я успел разглядеть, что диодов всего около двенадцати, может чуть больше.

«Твою мать! — заорал Мозгоед. — Эта дрянь реагирует на тебя! Грёбаный остаточный фон сильнее, чем мне казалось! Загорится красным — все!».

«Что мне делать?!» — мысленно рявкнул я, понимая, что это конец.

«Сбрось! Убери след! Перекинь остатки внешнего проявления Дара на кого-то с нестабильной аурой! На того, кто испытывает сильные эмоции, желательно негативные. Вон, сзади. Твой дружок Бурый, быстрее! Назад! Живо!»

Я вдруг понял, что мне даже не надо оглядываться. Психоз Бурого ощущал буквально спинным мозгом.

Ким кипел. Вокруг него кружился настоящий водоворот из тёмно-багровой ярости, спровоцированной моей близостью, липкого жёлто-серого страха перед инквизиторами и мутно-розового стыда. Его эмоции были такими сильными, такими плотными, что почти искрили. Я реально почувствовал их шкурой.

«Как?! Как это сделать?!»

«Представь, что ты весь испачкан грязью! Стряхни ее прямо придурку в рожу! Бей по эмоциям! Раздуй его ярость!»

Я не стал раздумывать. Уже пятый диод начал наливаться желтым. Скоро они все сменят цвет, а потом вспыхнут красным. И тогда мандец. Витя Рубин станет первым в истории придурком, который ухитрился побыть одаренным два дня.

В общем, не знаю, как у меня это получилось, отвечаю. Действовал на каком-то безумном адреналине. Сделал ровно то, что и сказал Голос. Представил грязь, а потом резко смахнул ее прямо на Бурого.

Этот чертов остаточный фон влетел в ауру Бурого, как горящая спичка в канистру с бензином.

Багровое

марево вокруг Кима мгновенно вспыхнуло, раздуваясь в огромный чёрно-красный шар. Его психика, и без того раскачанная событиями прошедших дней, не выдержала. Придурок резко дёрнулся в кресле. Рожа исказилось от внезапного, неконтролируемого приступа бешенства.

— Я убью тебя, сука! — вдруг истошно заорал Бурый на весь зал.

Он вскочил с места, а потом в состоянии аффекта, с затуманенными мозгами, бросился прямо… на Седого. Почему предводитель мудаков именно его выбрал в качестве цели — затрудняюсь ответить. Сам охренел.

В эту же долю секунды прибор в руке Младшего, всё ещё направленный на меня, уловил мощнейший всплеск энергии, который я только что перебросил на Бурого. Системы сканера не смогли дифференцировать источник. Для прибора остаточный фон просто резко ушел в сторону.

Цилиндр взвизгнул, как резаная свинья, затрясся так сильно, что инквизитор не смог его удержать. Какая-то невидимая сила швырнула сканер в Бурого. Диоды вспыхнул ослепительно-красным.

— Всплеск! Цель обнаружена! — рявкнул Младший.

То, что произошло дальше, заняло от силы три секунды.

Бурый перепрыгнул через кресла и кинулся на Седого. Инквизитор даже не шелохнулся. Он просто неуловимо быстрым, смазанным движением шагнул в сторону, перехватил руку Кима, крутанул её так, что хрустнули суставы, и ударил пацана под колено.

Бурый рухнул на пол в проход между рядами и завопил от боли.

Младший уже был рядом. Он навалился на пацана сверху, прижимая его к паркету.

Старший инквизитор сунул руку во внутренний карман пиджака. В его пальцах блеснул тонкий, гладкий металлический браслет. Он был тёмно-серого цвета, но в свете тусклых ламп актового зала отливал глубокой, мертвенной синевой. Очень похоже на тот металл, что я видел в бункере. Из него была сделана дверь.

— Отпустите! Отпустите, суки! — орал Бурый, вырываясь, брызжа слюной. — Я вас всех урою!

Седой наклонился и одним резким движением защёлкнул браслет на запястье Кима. Младший тут же выхватил из кармана одноразовый шприц-тюбик, похожий на те, что носят церберы, и вогнал Бурому в шею иглу.

Ким замер. Его глаза буквально полезли на лоб, а затем глазные яблоки закатились так далеко, что остались только жуткие, налитые кровью белки. Придурка затрясло в чудовищном припадке. Он бился головой о паркет и выл. Пару секунд продолжался этот звездец, потом парня вырубило.

Воспитанники сидели, не смея даже дышать. Никто не проронил ни звука. Зуб, находившийся ближе всех к своему бывшему вожаку, вжался в спинку кресла, пытаясь отодвинуться подальше. Его колотило. Гнус рядом со мной стал белым, как мел.

Старший инквизитор выпрямился, брезгливо отряхнул рукав пиджака.

— Объект выявлен, — сухо произнёс он, глядя на бьющегося в конвульсиях Бурого. Затем перевёл взгляд на директора, который замер, вытянувшись по стойке смирно. — Мы забираем его. Оформляйте документы по форме «ноль-семь». Изоляция источника.