Против силы ветра
Шрифт:
— Неплохая идея, — заметил профессор, — но на этот раз я пойду с тобой. Не хочу, чтобы ты во что-нибудь впуталась по нашей вине, Вероника. То, что ты сделала может настроить Арчера против нас и тогда всех пятерых вышвырнут из отеля.
— Ой, да ладно, — выпалила девушка. — Не переоценивай этого типа. Более того, завтра ему будет чем заняться и без нас. Например, попытаться убедить сященника и Сильверстоунов в том, что он действительно чувствует что-то к леди Лилиан, когда им обоим будут надевать кандалы.
— И все равно я не понимаю как ты это сделала, — Оливер
— Ну, раз уж вы настаиваете… Закрыв дверь, Арчер положил ключ в карман брюк.
— Как это в карман брюк? То есть теперь ты еще и карманница?
— Оливер, честное слово, я тебя обожаю, но иногда ты кажешься невиннее ребенка. Ты действительно не понимаешь как я получила доступ к его штанам?
Лайнел хохотнул, а Оливер, поняв куда клонит Вероника, так покраснел, что девушка поцокала языком.
— Я думала, что ты стал посообразительнее в этом плане, судя по шуму, который вы с Эйлиш производите по ночам прямо под моей мансардой, но, похоже, тебе для этого понадобится еще не один год супружеской жизни…
— Поверить не могу, что ты осмелилась сделать нечто подобное, — воскликнул профессор. уставившись на племянницу. — Ты что, отдалась этому мужчине ради ключа?
— Дядюшка, ты слишком старомоден, — ответила Вероника. — Но нет, не отдалась, если это тебя так волнует. Я слишком хорошо отношусь к леди Лилиан, чтобы повести себя так. Более того, — дерзко добавила она, — существует множество вещей, которые можно проделать с мужчиной со спущенными штанами, чтобы отвлечь его на пару минут…
— Даже слышать об этом не хочу, — пробормотал профессор, устало проводя рукой по лбу. — Если ты продолжишь в том же духе, мне придется ему врезать.
— Не бери в голову, мне самой противно об этом вспоминать.
Где-то в коридоре часы пробили десять. Вероника убрала в аптечку йод и ножницы, которыми разрезала бинты, и сказала Лайнелу, чтобы тот не вздумал снимать повязку. Александр направился к двери.
— Что ж, думаю, нам всем не мешало бы отдохнуть. Я попрошу, чтобы нам всем принесли еды и мы могли поужинать перед сном.
— А я пойду переоденусь, — добавил Оливер. — Я продрог до костей.
Теперь, когда его отпустило волнение по поводу странного нападения на пирсе, он вновь вспомнил о разговоре с леди Сильверстоун. Он вышел из номера вслед за Александром не говоря ни слова. Мисс Стирлинг собиралась последовать их примеру, но заколебалась на мгновение. Она обернулась и посмотрела на кровать, с которой только что поднялась Вероника, и Лайнела поразило то, как столь уверенная в себе женщина может выглядеть такой уязвимой.
— Ты точно в порядке? — вполголоса спросила она. На этот раз не только Лайнел воззрился на нее с удивлением, но и Вероника тоже. — Не надо ли позвать врача?
— Это не более, чем царапина, — ответил слегка обескураженный молодой человек. — Не о чем волноваться. Скорее всего, уже завтра даже повязка не понадобится.
— Но мы не знаем, чем они тебя поранили. Мы даже не
Вероника обменялась с Лайнелом недоверчивым взглядом и направилась к двери.
— Честное слово, Стирлинг, я отделался лишь испугом, — повторил Лайнел, оставшись наедине с девушкой. — У меня есть в чем тебя винить, но уж точно не в том, что я подвергся опасности, пытаясь тебя спасти. Думаешь, я могу позволить тебе утонуть в Миссисипи прежде, чем сам расквитаюсь с тобой за все, что между нами произошло?
Мисс Стирлинг не удержалась и еле заметно улыбнулась, но тут же взяла себя в руки. Она сделала несколько шагов к постели, но вдруг наступила на что-то маленькое и твердое. Вероника сбросила жилет и рубашку Лайнела на ковер и из одного из карманов выпал небольшой металлический предмет. Мисс Стирлинг наклонилась его подобрать и застыла, увидев, что это пуля.
— Это… это пуля от моей Кармиллы… — она недоверчиво взглянула Лайнелу прямо в глаза. — Ты носил ее с собой все это время после происшедшего в Долине цариц?
Лайнел открыл было рот, чтобы изречь что-нибудь остроумное, но в голову ничего не приходило. Пальцы мисс Стирлинг медленно обвели контур пули.
— Мне жаль, — прерывающимся голосом произнесла она. — Правда. За все. Мне действительно очень жаль.
Она взяла Лайнела за руку, положила пулю на ладонь и сжала его пальцы в кулак. Затем резко развернулась и вышла из комнаты, волоча за собой по ковру остатки платья. Как только она ушла, вернулась Вероника, удивленно изогнув бровь. Она снова присела на кровать рядом с ошарашенным Лайнелом.
— Какая муха укусила Даму-с-родинками? С чего это у нее такое настроение?
Лайнел не ответил. Он спрятал меж простынями пулю, прежде чем ее заметила Вероника. Он так никому и не рассказал, что именно мисс Стирлинг имеет отношение к ранению плеча, а сейчас тем более не собирался этого делать.
К сожалению, Вероника слишком хорошо его знала. Она тряхнула головой и заявила:
— Вижу, вижу. Все-таки это случилось. Я надеялась, что произойдет оно не так скоро, но не учла ее привлекательности и твоей страсти к невыполнимым миссиям.
— О чем ты, черт возьми, говоришь? — спросил Лайнел, понимая, впрочем, куда она клонит.
— Да ты и сам прекрасно это знаешь. Можешь отрицать это перед моим дядей и Оливером, если хочешь, можешь отрицать перед самим собой, если тебе от этого легче, — Вероника наклонилась и посмотрела ему прямо в глаза. — Но даже не пытайся убедить меня в том, что ты в нее не влюблен.
Второй раз за минуту Лайнел открыл рот, чтобы возразить, но… не смог вымолвить ни слова. Ему пришлось молча наблюдать как Вероника, сочувственно вздыхая, поцеловала его в лоб и покинула, наконец, комнату. Оставшись один, он, наконец, вспомнил, что должен был сказать мисс Стирлинг, когда та отдала ему пулю. Должен был, несмотря на то, что эта правда могла причинить ему боль: