Против силы ветра
Шрифт:
— Поверить не могу, — сказал Оливер, глядя на Александра. — Получается, что Хэдли и Джей Джексон правы и Миссисипи атакует любого, кто смеет обворовать «Персефону»?
— Чисто технически, мы ничего не воровали, — уточнил Лайнел, все еще неподвижно лежавший в постели. — Вы и сами знаете как говорят — кто у вора сворует, тот на сто лет прощен будет.
— Так мы и правда не украли, — согласился профессор. — Мы купили эти часы у Джея Джексона на мои деньги. Мальчик действительно завладел тем, что принадлежало «Персефоне», но ему удалось спасти свою шкуру, уехав отсюда, в отличии от Джона Ривза. В
— Мы уже обсуждали это в ризнице, и, как мне показалось, пришли к выводу, что ни одна эктоплазма не может обладать достаточной плотностью для того, чтобы осуществлять физические атаки, — напомнил молодой человек. — И уж тем более, нанести раны или задушить кого-нибудь.
— Ну и что тогда это такое? — спросила Вероника, обращаясь к своему дяде. — В реке обитают призраки? Восставшие из мертвых? Болотные монстры?
— Не знаю, — признал профессор. — Все это выглядит довольно странно.
— Рада, что ты это заметил, а то я уже начинаю чувствовать себя атеисткой в окружении верующих. По сравнению с тем, чем вы занимались в Новом Орлеане, мои изыскания гораздо более прозаичнее, но, возможно, кое-какие факты о Ванделёрах вас заинтересуют.
Вероника встала с кровати и приоткрыла окна. От проникшего в комнату легкого бриза затрепетали сделанные в форме слезы подвески на хрустальной люстре. Девушка рассказала как убедила Арчера сопроводить ее на верхний этаж и об обнаружении коллекции портретов за диваном. Как она и предполагала, новость о том, что у Виолы Ванделёр была сестра Мюриэль и брат Филипп ошарашила Александра и Оливера. Лайнел и мисс Стирлинг, в свою очередь, подтвердили ее слова: именно эти имена значились на надгробных плитах усыпальницы. Когда Вероника закончила свой рассказ, воцарилась тишина. Затем, Александр задумчиво проговорил:
— Боюсь, эти новые факты заставляют совершенно по-другому взглянуть на дело. Получается, что все это время мы ошибались? Женщину, стоящую рядом с капитаном на фотографии и послужившую моделью для ростры, на самом деле звали… Мюриэль Ванделёр?
— У нас нет четких оснований это утверждать, — возразил Лайнел, приподнявшись немного на подушках. — Согласно той информации, которой мы обладаем на данный момент, мы лишь можем делать предположения. Что именно писали газеты, которые ты просматривал на «Океанике», Твист? Ты не помнишь, было ли там указано конкретное имя?
— Думаю, что нет, — не очень уверенно ответил Оливер. — В последний день плавания я вернулся в библиотеку, чтобы скопировать те статьи, так что я могу проверить свои записи, но, кажется, все, что там писали, это то, что девичья фамилия миссис Вестерлей была Ванделёр. А в статье, посвященной пожару на плантации в ночь гибели «Персефоны», говорилось, что в течение долгого времени плантацию преследовали неудачи, пока новая наследница, Виола, не взяла все в свои руки.
— Да, но все это вовсе не означает, что речь шла об одной и той же женщине, — вставила слово Вероника. — Это мы сами пришли к такому выводу.
— А раз женщины были очень похожи между собой, то это еще больше все усложняет. Думаешь, они были близнецами?
— Нет, дядюшка, Виола была
— А про Филиппа мы вообще ничего не знаем, — добавил Лайнел. — Никто о нем не упоминал.
— Видимо, он умер совсем молодым, раз газеты пишут, что Виола была единственной наследницей династии, иначе все владения перешли бы к единственному сыну Ванделёров.
— Сегодня мне удалось разглядеть даты на надгробиях, — вдруг произнесла мисс Стирлинг. — Их родители умерли в 1853 году, Филипп тремя годами позже, в 1856, а Мюриэль за год до гибели сестры, 1861 году.
— Что ж, это развеивает наши сомнения, — заключил профессор. — Если Мюриэль умерла за год до кораблекрушения и пожара на плантации, то замуж за капитана вышла Виола.
— А кто сказал, что супруга капитана не умерла раньше него?
— Арчер, — вдруг сказала Вероника. — Когда мы вошли в кладовку, он рассказал, что погибшую в огне Виолу Ванделёр нашли в старой библиотеке. Она обнимала живот, словно пыталась защитить ребенка в своем чреве. Хотя, если вспомнить насколько мало этого человека волнуют вещи, не имеющие отношения к его бизнесу, я не стала бы слишком доверять его информации.
— Фотография капитана Вестерлея с супругой, которую я вам показывала в Кодуэлл Касл, была датирована 1861 годом, — вспомнила мисс Стирлинг. — Возможно, это все-таки Мюриэль, которая умерла несколько месяцев после того, как был сделан снимок, если судить по дате на могиле. В этом случае, погибшая год спустя в огне Виола по отношению к капитану могла быть лишь свояченицей, сестрой его почившей супруги.
— Да, но от кого же она тогда ждала ребенка? — поинтересовался Оливер.
Дискуссию пришлось прервать, так как в номе вошел портье с тазиком для умывания и маленькой аптечкой в руках. Вероника принялась за дело: она вновь села в изголовье у Лайнела и стала обмывать рану водой и мылом, чтобы затем пройтись по ней тампоном с йодом.
— Что ж, раз мы теперь все здесь, — продолжил Александр после ухода служащего отеля, — у нас будет больше возможностей для выяснения, что же на самом деле произошло с капитаном Вестерлеем и Ванделёрами. Жаль только, что Арчер хранит все воспоминания о семье под замком. Было бы неплохо взглянуть на их вещи.
Вероника вдруг закашлялась и профессор удивленно взглянул на племянницу.
— Тебе каким-то образом удалось убедить его дать нам ключ?
— Не совсем. Просто…. — она сунула руку в один из карманов синей юбки, — не имеет особого значения, что дверь заперта на ключ. Я чрезвычайно предусмотрительная девушка.
Когда Вероника показала, что припрятано у нее в кармане, все застыли в изумлении.
— Поверить не могу, — удивился Оливер. — Арчер все же дал тебе этот ключ?
— Разумеется, нет. Я сняла его со связки ключей у стойки регистрации после того, как мы вернулись из складских помещений. Я подумала, что он может нам очень пригодиться. Сегодня ночью, когда все уснут, можно будет пойти и осмотреться там. По словам Арчера, на верхнем этаже жилых помещений нет.