Проект 'АЦ'
Шрифт:
– Лена спит, - пояснил Олег, - а Махонин и Дмитриенко пожелали присутствовать дистанционно. Простим товарищам их маленькую слабость?
"Простим", - сказал я молча. Должно быть, это получилось у меня несколько более многословно, потому что Соня фыркнула, а Олег нахмурился.
– Ну, ну, полегче!
– услышал я голос Борьки Махонина.
– При дамах-то нехорошо.
– Впрочем, если товарищ настаивает, - ехидно зашептал мне на ухо Дмитриенко, - мы можем явиться, так сказать, "о натюрель".
– Без
Тут мне пришло в голову, что умение грамотно и логически мыслить вовсе не мешает человеку оставаться дураком, если он дурак от рождения. Глупость - это не отсутствие ума, это что-то другое. Но сейчас было не время развивать эту мысль, и я оставил ее про запас, запихнув подальше за блокировку. А блочок я себе выбрал ослепительный, просто райское яблочко, а не блочок: "Глупый пингвин робко прячет тело жирное в утесах". Я с наслаждением повторял в уме эту фразу, смакуя каждое слово.
– Да прекратите кобениться!
– сердито сказала Соня.
– Все вы гении, это общеизвестно.
– Иными словами, можно говорить вслух, - сказал Олег.
Я покосился на стену.
– Все в порядке, Андрей, никто нас не слушает.
– Каким же образом это можно установить?
– спросил я.
– Об этом потом, - ответил Олег.
– Долго объяснять. Не будем отвлекаться.
Наступила полная тишина.
– Ну что ж, - сказал Олег, - прежде чем начать, я хотел бы от своего имени и от всех нас еще раз перед тобой извиниться. Причины нашего недоверия ты теперь понимаешь.
Я понимал и раньше, но не сказал ничего.
– Принимаешь наши извинения?
– сухо спросил Олег.
– Да чего там...
– Я покраснел.
– Значит, с этим покончено. Андрей, ты свежий человек, расскажи нам, что тебя беспокоит. Может быть, есть какие-нибудь сомнения?
Как раз последнее время меня ничто не беспокоило, но Олег говорил серьезно, и все мои старые опасения опять зашевелились.
Соня и Олег выжидательно на меня смотрели.
– Ну что?
– начал я неуверенно.
– Возможно, я и глупости буду говорить, но кое-что мне до сих пор кажется здесь странным. Во-первых, почему только семь человек? Ради этого содержать...
– Я сделал неопределенный жест рукой. Нерентабельно.
– А мы пробная партия, - возразил Борькин голос.
– Получится - объявят массовый набор.
– Что получится-то?
– спросил я. Разговаривать заочно я еще не привык. Все время хотелось обернуться.
– Что получится-то, ты хоть знаешь?
Борька отмолчался.
– Теперь второе, - продолжал я.
– Меня не волнует, что нас по-особому учат: в конце концов, это даже интересно. Вопрос: почему нет учебников? Пусть вузовские, пусть для техникумов, но учебники быть должны.
– Возможно, учебники еще не написаны, - сказал Олег.
– По той же причине.
– Ну хорошо, -
– Допустим, можно и без учебников. А где язык? Без иностранного ни в один вуз не примут. А в каком институте требуют, чтобы поступающие гнули взглядом трамплины?
– Подумаешь!
– пробурчал из-за стены Борька.
– Нельзя уж и побаловаться!
– Не мешай!
– одернул его Олег.
– Человек грамотно рассуждает.
– Еще бы!
– сказал Славкин голос.
– Мы же сами ему ключ задали. Попробовал бы он, как мы, с нуля начинать.
– Ну, и какие же выводы?
– спросил Олег, пропустив эти слова мимо ушей.
– Выводы?
– спросил я, стараясь выгадать время и собраться с мыслями. Как раз насчет выводов у меня было слабовато.
– Ну, предварительно, вчерне... Система у них какая-то... не наша.
Соня заерзала, но ничего не сказала.
– Что значит "не наша"?
– строго спросил Олег.
– Выражайся точнее.
– В смысле - не советская, - брякнул я.
– А какая же?
– с любопытством спросила Соня.
– Не знаю.
– Доказательства, - потребовал Олег.
Но теперь я уже точно знал, что стою на верном пути.
– Ты комсомолец?
– спросил я его.
– Да.
– Где же твоя организация?
Стало тихо, как в погребе. Купол за окном, весь запорошенный снегом, матово мерцал, подсвеченный изнутри.
– Четкий подход, - похвалил меня Олег.
– Комсомолец здесь я один. Вот и руковожу... добровольно.
– Отчего же добровольно?
– спросил я.
– Тебя учителя о чем-нибудь спрашивали? Поручали тебе что-нибудь? Нет. Извини меня, но так не бывает.
– Правильно, - согласился Олег.
– Не бывает. Ну, а выводы где?
– Да знаем мы эти выводы, - засмеялась Соня.
– Еще один союзник у Борьки Махонина. Попался мальчик в лапы иностранной разведки.
– Попрошу не пятнать мое доброе имя!
– возмутился Махонин.
– Я давно уже отказался от этого заблуждения. Во-первых, не лапы, а руки. А во-вторых, не иностранной, а нашей. И в-третьих - не попался, а попал. Нас готовят к выполнению ответственного задания.
– Точно, - сказал я.
– Предстоит погнуть трамплины всех империалистических бассейнов. Чтоб не ныряли.
Я бы еще порассуждал на эту тему, тем более что даже Славка захихикал, но Олег меня остановил.
– Шутки в сторону, - сказал он недовольно.
– Здесь не детский сад. Значит, иностранная версия предпочтительнее?
– Тоже отпадает, - уверенно ответил я.
– Диаметр купола что-то около трехсот метров. С самолета такую штуку наши давно бы уже засекли.
– Это при условии, что мы находимся в Западной Сибири, - проговорил Олег.
Я опешил:
– А где же еще?
– Да где угодно. В Канаде, например...