Чтение онлайн

– Что с вами?
– спросил я, выходя из кабины.

– По ночам... гуляешь...
– глухим голосом проговорил Дроздов.
– А спать когда?..

– Съездить наверх захотелось, - соврал я.
– Подышать свежим воздухом.

Блокировка в моей голове сработала автоматически.

– Погулять...
– повторил Дроздов, упираясь рукой в стену.

– А что, разве нельзя?

– Отчего же... можно...

Дроздов нелепо повернулся и прислонился спиной к колонне.

Случись это днем раньше, я бы решил, что директор выпил лишнего.

– Аркадий Сергеевич, вам помочь?
– спросил я.

Дроздов не отвечал. Глаза его были открыты, но дыхания не было слышно.

Я беспомощно оглянулся. Вокруг было пусто и темно. Что же делать?

– Сейчас, сейчас, - пробормотал я, схватившись за его повисшую руку.

Дроздов всей тяжестью навалился на меня. Теперь-то я точно знал, что это не живой человек: мне приходилось тащить до постели отца, Дроздов был тяжелее в два раза.

Я положил его руку себе на плечи, напрягся. Ноги Дроздова сдвинулись с места и поволочились по земле.

Так, шаг за шагом, поминутно останавливаясь, я дотащил его до голубого домика, благо было не так уж и далеко.

Но тут - новая незадача: серая пластиковая дверь была наглухо закрыта, без малейшего признака замка либо дверной ручки. Я прислонил Дроздова к стене и стал искать на земле какой-нибудь инструмент, чтобы отодвинуть дверь или, если это невозможно, взломать.

Тут за спиной у меня послышался голос:

– Ты что здесь делаешь?

Я обернулся - рядом стоял Олег. Я так обрадовался, увидев его!

– Да вот, понимаешь, - заговорил я, - разбрелись по всей территории.

– Все трое?
– деловито спросил Олег.

– Нет, только один. Посмотри вокруг, может, еще другие валяются.

Олег посветил фонариком (он оказался предусмотрительнее, чем я).

– Да вроде никого.

– Слушай, - сказал я, - не можем же мы тут его бросить.

– Не можем, - согласился Олег.
– Ему нужно срочное питание.

Он подошел к двери, потом поднял вялую руку Дроздова, провел его ладонью по пластику - дверь отползла.

– Ты гений, - сказал я ему.

И в это время в темном дверном проеме показалась плотная фигура Воробьева.

Воробьев молча взглянул на нас и, схватив директора за плечо, с необыкновенной быстротой втащил его внутрь домика. Дверь закрылась.

А мы с Олегом, не сговариваясь, бросились бежать. Взлетели во весь дух на второй этаж общежития. Я хотел было с ходу юркнуть в свою комнату, но тут Олег преградил мне дорогу. Вид его не предвещал ничего хорошего.

– Ну?
– сказал он грозно.

– В чем дело, приятель?
– Я сделал попытку его обойти.

– Ты понимаешь, что ты натворил?

–

А что такое?
– Я все еще изображал оскорбленную невинность.

– Соня все слышала, - сказал Олег.
– Но она не думала, что ты решишься.

Ах, черт! Действительно, когда я писал письмо ЭТИМ, я от волнения забыл о блокировке.

– Эх ты, торопыга!
– презрительно проговорил Олег и отступил, давая мне дорогу.
– Иди ложись. Но не думай, что проведешь спокойную ночку.

22

Проснулся я от холода.

Напрасно я натягивал одеяло до подбородка: холод безжалостно заползал вовнутрь. Я открыл глаза - в комнате было темно. И тут меня полоснуло чем-то острым по лицу и рукам. Закутавшись в одеяло, я подбежал к выключателю, зажег свет. Лампочка горела вполнакала. За окном была кромешная тьма, купол совсем не светился, хотя на часах было уже около семи утра.

В дверь забарабанили.

Я открыл - на пороге стояли Олег и Соня.

Она взглянула на мое лицо и ахнула:

– И ты тоже?..

– А что случилось?
– спросил я.

– Славик порезался стеклом, - сквозь зубы проговорил Олег.
– Ух, дал бы я тебе, если бы от этого была хоть какая-нибудь польза! Кустарь-одиночка!

– Оставь его, - сказала Соня.
– Видишь, человеку больно.

Лампочка под потолком мигнула и померкла. В коридоре было тоже темно, шлепали чьи-то шаги, слышались приглушенные голоса.

– Иди за мной, - скомандовал Олег.
– У меня в комнате фонарь, батареек хватит часа на четыре.

– Дай хоть одеться!
– взмолился я.
– Холодно!

– Некогда, - коротко ответил Олег.

Мы побежали по коридору. На бегу я чувствовал, как горят Славкины порезы на моем лице. Как же ему было больно в первые минуты, когда я еще спал, как сурок!

– Сломалось что-нибудь?
– спросил я, задыхаясь.

– Все сломалось, - не оборачиваясь, ответил Олег.
– Твоими молитвами. "Птичий базар" отключен, и вся система вышла из строя.

– Да что ж они, психи, что ли?

Олег резко остановился, и я налетел на него в темноте.

– Имей в виду, - сказал он вполголоса, дыша мне в лицо, - никто не знает, что это ты... Кроме нас с Соней. Понял? Будем держаться как люди.

Я благодарно закивал, хотя Олег этого, естественно, не видел.

Он втолкнул меня в комнату.

– Еще одного привели!
– послышался в темноте жалобный Славкин голос.
– И без того воздух кончается!

– Прекратить панику!
– сказал Олег и зажег фонарь.

Луч света выхватывал из темноты лица ребят. Девчонки стояли, закутанные, как и я, в одеяла. Тут же была и Черепашка.