Чтение онлайн

— Тогда давай сваливать, — говорит Истон.

— Истон Бейли что, испугался?

— Нет, — но его шаги к выходу становятся чуть быстрее.

Я хихикаю, когда Истон перекладывает Таннера в коляску, и мы опускаем козырек, чтобы максимально закрыть от солнца в надежде, что он не проснется.

Истон щекочет меня, и я подпрыгиваю.

— Господи Иисусе! — вскрикиваю я, одаривая его испепеляющим взглядом.

Истон лишь смеется, толкая коляску.

— Вообще не смешно.

— Было немножко смешно, —

он все никак не может перестать смеяться.

Наблюдая, как он шагает впереди, я вспоминаю, что это и есть «мы». Нам хорошо вместе как друзьям и напарникам.

— Я зверски проголодался. Что будешь? — спрашивает он.

Взяв крендель с сыром (мой выбор) и хот-дог с начос (его выбор), мы находим уединенное местечко на скамейке у Пруда Лилий.

— Я должен кое-что сказать, — из-за тона его голоса я замираю, так и не откусив крендель. — Я решил попробовать найти маму Таннера.

— Ох, — я кладу крендель обратно в пластиковый лоток. Укола в груди не должно быть. Это же здорово. Здорово для Истона и определенно здорово для Таннера. Я, конечно же, хочу, чтобы в его жизни была мама. — Я помогу.

Я мысленно повторяю собственные слова, задаваясь вопросом, откуда они вообще взялись. Наверняка ему не нужна помощь.

— Ты не обязана, — он макает чипсину начос в сыр и закидывает в рот.

— Но хочу, — я кладу руку ему на бедро. — Ради Таннера.

— Ну, я начал составлять список без имен – только места и туманные детали. Пытаюсь закинуть удочки через парней, с которыми тусил, когда был с этими женщинами.

Он выглядит пристыженным от того, что не может указать на конкретную женщину и даже не знает ее имени.

В груди что-то скручивается. Я никогда особо не задумывалась о том, что и с кем мог делать Истон, когда меня не было рядом, в те времена, когда мы просто спали. А теперь, представляя его с другими женщинами, я чувствую... в общем, предпочла бы об этом не думать.

— Ну, я рада сделать все, что в моих силах, — я натягиваю на лицо улыбку.

Он кивает.

— Возможно, ничего не выйдет, но я хочу попытаться.

Я беру крендель и макаю в сыр.

— Я тебя не виню. На твоем месте сделала бы то же самое.

Несколько минут мы едим в молчании. Истон проверяет спящего Таннера.

— Поделишься кренделем? — спрашивает он, словно кто-то щелкнул выключателем.

Я отрываю кусочек, макаю в сыр и протягиваю ему. Истон открывает рот, я подношу кусочек, но капля сыра падает на подбородок ровно в тот момент, когда кладу крендель ему в рот.

— Упс, — я стираю каплю сыра с его подбородка и слизываю с пальца.

Истон замирает, глядя на меня, и наши взгляды встречаются, как слишком часто случается в последнее время. Я не хочу отворачиваться. Хочу раствориться в его взгляде, потому что то, как Иногда иногда на меня смотрит, – приятно. Словно видит совсем

не ту Хедли, которую видит моя семья.

— Мне нужна салфетка, — я вскакиваю и начинаю рыться в сумке с детскими вещами, пытаясь отмахнуться от того, что бы это сейчас ни было.

Мы друзья, и я помогу найти маму Таннера.

Не сбивайся с курса, Хедли.

Глава 26Истон

С похода в зоопарк прошло больше недели. Мы отыграли шесть домашних матчей подряд, съездили на трехдневную выездную серию, и наконец у меня выдался выходной.

Так что мы свозили Таннера на плановый осмотр к педиатру, а заодно прошлись по делам.

Дела насущные. Вообще-то я не из тех, кто гряз в бытовых заботах, но, похоже, все изменилось. Мы накупили подгузников, затарились продуктами и даже прихватили для Таннера новые вещи, ведь из одежды, купленной пару недель назад, он уже вырос.

Сейчас малыш сладко спит в кроватке, Хедли дремлет на диване, а я сижу на кухне, пытаясь уложить в голове, какой крутой оборот приняла жизнь.

На столе вибрирует телефон, и я бросаю взгляд на экран. Все гадал, когда же сестра соизволит выйти на связь.

Сестра: Итак... ребенок... жена... кто дальше? Собака?

Я: Долго же до тебя доходило

Сестра:Давала время все переварить, к тому же надо доносить твою племянницу. Радуйся: это единственная причина, по которой мама до сих пор не нагрянула. Она ждет моих родов. Так что ты у меня в долгу

Я: Когда появится малышка?

Сестра: Такое чувство, что никогда. Я уже и гуляла до упаду, и острую еду ела, и трахалась. А она все равно не хочет вылезать

Я:Вполне обошелся бы без мысленных образов твоих утех с Финном

Сестра: Что еще за Хедли? Она красотка. Не припомню, чтобы тебе нравились брюнетки

А ведь она права. После Кензи я с брюнетками не встречался. Если копнуть поглубже, этому наверняка нашлось бы объяснение.

Я:Видимо, нет определенного типажа

Сестра:Как там мой племянник? Судя по маминым фоткам, он просто прелесть! Тебе надо написать в чат двоюродных братьев и сестер. Они в обиде

Я:В обиде? С чего бы?

Сестра: Ты же ни с кем не общаешься. Они стараются не давить, но сидят как на иголках

Семья у меня огромная. Двадцать четыре двоюродных братьев и сестер, не считая их супругов. Плюс шестнадцать тетушек и дядюшек. В Лейк-Старлайт Бейли – видные фигуры. И хотя в Чикаго я тоже не последний человек, пристальное внимание воспринимается совсем иначе: одно дело, когда в городе больше трех миллионов жителей, и совсем другое – когда население родного городка составляет лишь ничтожную долю от этой цифры.

Я: Напишу что-нибудь. Подержи еще немного оборону. Я пытаюсь со всем разобраться