Потомство (Стая)
Шрифт:
Впрочем, Эми серьезно сомневалась в том, что Стивен вообще был способен кого-либо полюбить.
Она часто задавалась вопросом: когда и почему Стивен решил, что ему нужна ее подруга. Клэр всегда была поразительно хорошенькой женщиной, и, возможно, именно это сыграло решающую роль, поскольку все прекрасно знали, что Стивен метил на работу в одной довольно солидной нью-йоркской юридической фирме, так что Клэр очень недурно смотрелась бы в качестве его спутницы, наверняка понравилась бы потенциальным партнерам и клиентам, а с учетом ее скромности
А ведь Эми предупреждала ее, причем не раз. Возможно, даже слишком часто. Клэр же оставалась глуха ко всем ее доводам - и когда она отговаривала ее от женитьбы, и потом, когда советовала не торопиться с детьми.
Люк. Бедный Люк.
Ребенок, у которого вместо отца оказался самый настоящий обманщик.
Когда Эми вспоминала обо всем этом, перебирала в памяти все то, что она в те дни думала о Клэр, ее буквально переполняли гнев и тоска, а кроме того она молила Господа, чтобы он дал ей сил как-нибудь напакостить этому ублюдку.
И вместе с тем втайне благодарила судьбу за то, что по крайней мере хотя бы ей самой повезло с личной жизнью.
Она слышала, как Дэвид плещется в ванной. Он вообще, когда брился, всегда оставлял после себя огромные лужи, хотя, если все твои проблемы в общении с мужем ограничиваются только этим - ну, возможно, еще тем, что он постоянно забывал поднимать после себя сиденье унитаза и то и дело стряхивал свой чертов пепел куда попало, вечно забывая, где лежит пепельница, - то можно сказать, что твоя жизнь лишена сколь-нибудь серьезных проблем.
Ее отец - царство ему небесное - постоянно твердил, что настанет такой день, когда она встретит именно такого человека, и все же Эми никак не хотела поверить в эти слова, возможно, потому, что отчасти считала таким человеком самого отца и ни разу не встречала мужчину, хотя бы отдаленно напоминавшего его. И вот действительно настал такой день, когда эта встреча состоялась. Сексуальный, серьезный, прекрасный спутник, а теперь, как выяснилось, ко всему прочему еще и умелый помощник. Дэвид полностью разделял с ней обязанности по дому, по уходу за Мелиссой, пеленал ее, кормил, вставал по ночам в те первые и такие трудные два месяца... и определенно видел в Эми равного себе человека - как в работе, так и в семейных делах.
При этом она не могла не заметить, что после того, как три года назад от рака умер его отец, Дэвид несколько изменился, возможно, даже чуточку отдалился от нее. А ведь он действительно любил этого милого, чуточку ленивого старика и очень переживал его смерть, иногда страдая от приступов дурного настроения. Когда она начинала расспрашивать его, он просто говорил, что тоскует по нему. Все это звучало вполне понятно, и все же Эми не раз задумывалась над тем, что, возможно, Дэвид - сам того не замечая - относился к отцу намного чувствительнее и проникновеннее, чем она о том догадывалась.
Работал он много - подолгу и очень старательно, словно спортсмен, бегущий на время отмеренную
Эми не раз задавалась вопросом, не начал ли он опасаться смерти - как если бы кончина отца каким-то образом заставила его по новому взглянуть на и без того запутанный и во многом двусмысленный вопрос о собственной смертности.
"На том свете высплюсь", - не раз говорил он ей.
Но если так, то он и сам, скорее всего, не догадывался об этом.
Вот и сейчас он, похоже, не утруждал себя ничем, даже отдаленно походящим на подобные мысли, когда вошел в кабинет в своем застиранном красном банном халате и потрепанных теннисных тапочках без шнурков, показавшись ей таким бодрым, здоровым и даже чуточку несуразным.
– А знаешь, прошлой ночью я уже приступил к третьей позиции, - сказал он, после чего склонился над Эми и чмокнул ее в макушку, одновременно вдыхая аромат ее длинных, кудрявых рыжих волос. От жены исходили запахи мыла и шампуня с примесью масла папайи.
Эми с явным одобрением относилась к тому, что он не пользовался никакими лосьонами после бритья.
– Я знаю. Первым делом сегодня утром просмотрела самое начало файла. А тебе немало удалось сделать, да и выглядит вроде бы неплохо.
– Спасибо.
– Всегда пожалуйста.
– Кофе?
– И погорячее.
– Заметано.
Спустя несколько минут с кухни донесся его голос:
– Клэр во сколько собиралась прийти?
– Где-то к двум.
– Хорошо. Значит, успею починить шнур у настольной лампы. А то вчера ночью, часа в два, вдруг взял и перегорел. Надо будет изоляцию сменить. Не помнишь, у нас в доме есть где-нибудь изоляционная лента?
– Кажется, в подвале была.
Он прошел в кабинет и поверх ее плеча глянул на экран монитора, после чего скользнул взглядом вниз, туда, где ткань халата чуть отошла от груди.
– Ну как, получается?
– В общем-то, я даже еще и не начинала. Все о Клэр думала.
Он кивнул и отхлебнул кофе. Им и раньше приходилось обсуждать эту проблему, так что Эми не пришлось вдаваться в подробности. Дэвид полностью разделял ее позицию, поскольку также считал себя другом Клэр.
– Послушай, - сказала она, - как ты отнесешься к тому, чтобы взяться за пылесос где-нибудь через часок, а? И Мелисса поспит, и я смогу немного поработать.
– Без проблем.
Он подошел к двойным стеклянным дверям, за которыми светило яркое солнце, раздвинул их и услышал, как ворвавшийся внутрь свежий ветер взметнул лежавшие рядом с ней бумаги.
– Бог ты мой!– проговорил Дэвид.– Совсем забыл. Я же сегодня утром сделал; поразительное открытие! Ты не слышала, в наших краях никогда не обитала колония каких-нибудь старообрядных хиппарей? Ну, что-то в этом роде?
Эми оторвала взгляд от монитора:
– Прости, что ты сказал?