Чтение онлайн

– И не думаю, что этот город настолько снисходителен к людям, которые не могут удержаться на работе.

– Не очень.

– А управляющие портами не беспокоятся, что они потеряют слишком много своих рыбаков из-за этого пирога? Зачем раздавать его бесплатно?

Бзиа пожал плечами.
– Они теряют нескольких. Но им все равно. Адда, мы расходный материал. Обучение нового рыбака не займет много времени, и, с другой стороны, всегда есть много новобранцев. И они знают, что благодаря пирогу мы остаемся здесь, в барах, счастливыми, спокойными и доступными. Они выигрывают больше, чем теряют.
– Он откусил еще кусочек.
– И я тоже.

Адда

медленно опустошал миску, осторожно наблюдая за усиливающимся воздействием пирога на него. Время от времени он двигал пальцами рук и ног, проверяя координацию. Он пообещал себе, что остановится, если дойдет до того, что ему только покажется, будто можно потерять контроль.

Рыбак замолчал; его огромные пальцы играли с пирогом.

– Я слышал, у тебя двойная смена. Что бы это ни значило.

Бзиа снисходительно улыбнулся.
– Это значит, что меня назначают дежурить в колоколах в два раза чаще, чем обычно. Это потому, что они совершают в два раза больше погружений, чем обычно.

– Почему?

– Из-за сбоя в подаче топлива. В город не поступает древесина. В любом случае, ее недостаточно. Люди жалуются на нормирование продуктов питания, но в долгосрочной перспективе нехватка древесины не менее важна. И давай надеяться, что никогда не настанет день, когда им придется нормировать пивной пирог... В любом случае, им нужно больше металла сердцевины, чтобы использовать его в качестве строительного материала.

– Строить? Они расширяют город?

– Перестройка. Это происходит постоянно, Адда, в основном глубоко в недрах этого места. Мелкий ремонт, техническое обслуживание. Хотя, - сказал он, заговорщически наклоняясь вперед, - ходят слухи, что повышенный спрос вызван не только необходимостью продолжать текущий ремонт.

– А чем же?

– Они пытаются укрепить структуру города. Перестроить каркас, добавив больше материала сердцевины. Они не кричат об этом, опасаясь вызвать панику; но они пытаются сделать его более надежным перед лицом будущих проблем. Похожих на более близкий сбой.

Адда нахмурился.
– Они могут это сделать? Это сработает?

– Я не инженер. Не знаю.
– Бзиа рассеянно жевал пирог.
– Но сомневаюсь в этом, - сказал он без эмоций.
– Город такой огромный; вам пришлось бы вырвать большую часть его внутренностей, чтобы значительно укрепить его. И это ветхое строение. Я имею в виду, что оно выросло, как никогда не планировалось. Оно было построено для простора, а не для прочности.

Парц был одним из первых постоянных поселений, основанных после того, как человечество было рассеяно по мантии после войн сердцевины. Сначала Парц был случайным сооружением из веревок и дерева, не более значительным, чем дюжина других, свободно дрейфующих над полюсом. Но на самом полюсе тела мужчин и женщин были значительно крепче, и поэтому Парц быстро рос; а его положение в единственной географически уникальной точке южного полушария мантии придавало ему стратегическое и психологическое значение. Вскоре он стал торговым центром и накопил достаточно богатства, чтобы позволить себе правящий класс - первый в мантии со времен войн. Был основан комитет, и рост и объединение Парца шли быстрыми темпами.

Богатство Парца резко возросло, когда была основана гавань - Парц стал первым и единственным сообществом в мантии, способным добывать и эксплуатировать ценное вещество сердцевины. Вскоре все разрозненное сообщество на мысе мантии вокруг Парца, регионе, который со временем стал называться внутренними районами, подпало под экономическое

влияние Парца. В конечном счете внутренние районы и город стали работать как единая экономическая единица, сырье и налоги из внутренних районов перетекали в Парц, а в обратном направлении шли вещество сердцевины и, что более важно, стабильность и регулирование, обеспечиваемые законом Парца. В конце концов, отделенными от Парца остались только дальние восходящие потоки, мрачные и негостеприимные, где обитали несколько похожих на человеческих существ Адды племен охотников и банды изгнанников из Парца.

Адда откусил еще кусочек пирога.
– Я удивлен, что люди смирились с тем, что их вот так захватили. Никто не сопротивлялся?

Бзиа покачал головой.
– Это не рассматривалось как завоевание. Парц - это не империя, хотя тебе может так показаться. Адда, люди помнили времена до войн, когда они жили в безопасности по всей мантии. Мы не могли вернуться к тем временам; мы слишком многое потеряли. Но Парц был лучше, чем ничего: он предлагал стабильность, регулирование, рамки для жизни. Люди жалуются на свою десятину - и никто не собирается притворяться, что комитет всегда поступает правильно, - но большинство из нас предпочло бы налоги дикой жизни. При всем уважении к тебе, мой друг.
– Он откусил от своего пирога.
– И это по-прежнему верно сегодня; так же верно, как и всегда.

Две миски были уже пусты. Адда почувствовал соблазнительность этого места, он мог бы долго сидеть здесь в этой дружеской беседе с Бзиа.
– Ты действительно в это веришь? Посмотри на свое собственное положение, рыбак; посмотри на опасности, с которыми ты сталкиваешься ежедневно. Действительно ли это лучшая из всех возможных жизней для тебя?

Бзиа ухмыльнулся.
– Ну, я бы поменялся местами с Хорком в любой день, если бы думал, что смогу выполнять его работу. Конечно, я бы поменялся. И в гавани есть много знакомых мне людей, которых я бы с радостью придушил, если бы думал, что это сделает мир лучше. Если бы не думал, что они просто приведут кого-нибудь похуже. Признаю, что нахожусь в самом низу кучи, здесь, Адда. Или близко к этому. Но я верю, что таков порядок вещей. Я буду бороться с несправедливостью - но признаю необходимость существования самой кучи.
– Он внимательно посмотрел на Адду.
– В этом есть смысл?

Адда обдумал это.
– Нет, - сказал он наконец.
– Но, похоже, это не имеет большого значения.

Бзиа рассмеялся.
– Теперь ты понимаешь, почему нам дают это бесплатно. Держи.
– Он протянул третью миску.
– Твое здоровье, мой друг.

Адда потянулся за пирогом.

Пару дней спустя смены Бзиа должны были дать ему еще один перерыв. Адда поискал Фарра, но не смог его найти, поэтому спустился в бар один. Он вошел, неуклюжий и застенчивый в своей одежде, заглядывая в самые темные углы.

Он не смог найти Бзиа и не остался.

Внутри Звезды не было четких границ, просто постепенные изменения в доминирующей форме вещества по мере увеличения давления и плотности. Таким образом, не было ни драматического погружения, ни сильных ударов, когда "Летающая свинья" погружалась все глубже: просто медленное, удручающее уменьшение последних остатков воздушного света. И сияние, отбрасываемое деревянными лампами, прикрепленными к стенам, не могло заменить их; из-за дымчатой зелени и длинных мерцающих теней полумрак в кабине был довольно зловещим.