Отель Бертрам
Шрифт:
– А вы - опекун?
– Один из опекунов. Всего нас трое.
– Что случится с деньгами, если я умру?
– Ну-ну, Эльвира, перестаньте! С чего это вам умирать? Вздор!
– Надеюсь, но ведь человеку ничего не известно! Вот, на той неделе разбился авиалайнер, все пассажиры погибли.
– С вами этого не случится, - твердо сказал полковник.
– Откуда вам знать!– возразила Эльвира.– Мне просто любопытно, что будет с деньгами, если я умру.
– Понятия не имею!– уже раздраженно ответил полковник.– Почему вас это волнует?
– Мне просто хочется знать,
– Ну знаете, Эльвира! Что за нелепица! Не понимаю, почему у вас в голове такие мысли!
– Да так... Хочется знать все как есть.
– Может, вы думаете, будто мафия.., или что-нибудь подобное? Нет, это глупо.
– А если я выйду замуж, кому достанутся деньги?
– Надо полагать, вашему мужу... Но послушайте...
– Вы уверены?
– Нет, не уверен. Это зависит от того, как именно составлен документ, какие в нем имеются пункты. Но вы ведь не замужем, чего же беспокоиться?
Эльвира не ответила. Казалось, она погрузилась в раздумье. Потом, словно очнувшись, спросила:
– Вы встречаетесь с моей матерью?
– Иногда. Не часто...
– Где она сейчас?
– Ну.., за границей...
– Где именно?
– Франция, Португалия. Право, не знаю!
– Она когда-нибудь хотела меня видеть?
Ее ясный взгляд встретился с глазами полковника. Он не знал, как быть. Настало ли время сказать правду? Или ответить уклончиво? Солгать? Ответить девочке на столь простой вопрос было чрезвычайно сложно. Он мрачно сказал:
– Не знаю.
Ее глаза серьезно глядели на него. Ласком чувствовал себя неловко. Он еще больше запутался. Девочка хочет знать - это естественно. Всякая на ее месте... Он сказал:
– Вы не должны так думать... Правда, это трудно объяснить. Ваша мать не такая, как другие, она... Эльвира энергично закивала:
– Знаю. Я часто читаю о ней в газетах. Она совсем особенная, - правда? Это удивительная женщина!
– Да, - согласился полковник.– Точное слово. Она удивительная женщина. Но...– Он замолчал, затем добавил:
– Когда удивительная женщина твоя мать - это не такое уж счастье. Можете мне поверить, ибо это правда.
– Вы не слишком-то любите говорить правду, да? Однако сейчас вы, по-моему, ее сказали.
Они замолчали, устремив взгляд на отделанную медью вращающуюся входную дверь.
Вдруг дверь толкнули снаружи с доселе не виданной в отеле "Бертрам" силой. Вошедший молодой человек шагнул прямо к администратору. По контрасту с бурной энергией, исходящей от пришельца, отель "Бертрам" словно окаменел, притих, затаился, стал похож на музей, а его обитатели - на запыленные экспонаты минувших времен. Пришедший наклонился к мисс Гориндж и спросил:
– Леди Седжвик у вас остановилась? Гостеприимная улыбка не тронула уст мисс Гориндж. Глаза ее посуровели:
– Да.– И она с явной неохотой потянулась к телефону.– Вы бы хотели...
– Нет, - отрезал молодой человек.– Я просто оставлю ей записку.
Он вытащил записку из кармана черной куртки и протянул через стойку красного дерева.
– Я просто хотел убедиться, что это тот самый отель, - произнес он с ноткой сомнения в голосе, оглядываясь по сторонам, а затем направился к выходу. Взгляд его равнодушно скользнул
– Ваш телефон одиннадцать - двадцать девять, верно?
– Нет, - сказала мисс Гориндж, - тридцать девять - двадцать пять.
– Риджент?
– Нет. Мэйфэр.
Он кивнул. Затем снова повернулся к входной двери и вышел, столь же яростно оттолкнув дверь назад.
Казалось, все присутствующие наконец перевели дух. Трудно было возобновить прерванные разговоры.
– Да уж, - только и сказал полковник Ласком, не будучи в состоянии найти подходящее слово.– В самом деле! Эта современная молодежь...
Эльвира улыбнулась.
– Вы узнали его, да? Знаете, кто это?– Голос ее даже дрогнул от благоговейного трепета.– Это же Ладислав Малиновский!
– Ах, этот...– Имя кое-что говорило полковнику.
– Да-да. Два года подряд он был чемпионом мира. А в прошлом году попал в жуткую аварию. Разбился вдребезги. Но, говорят, теперь снова за рулем. Она прислушалась.– Слышите, это его гоночный автомобиль!
Рев мотора проникал с улицы в холл отеля "Бертрам". Полковник Ласком решил, что Малиновский - один из героев Эльвиры. "Что ж, - подумал он, все же лучше, чем эти эстрадники, эти длинноволосые "битлы" или как они там себя величают..." Ласком был старомоден в своих воззрениях на молодых людей.
Дверь распахнулась вновь. Эльвира и полковник выжидательно взглянули в том направлении, но на сей раз ничто не возмутило покой отеля: вошедший оказался седовласым священником. Он остановился, огляделся вокруг с видом человека, который не очень-то понимает, где он и каким образом сюда попал. Таково было обычное состояние каноника Пеннифазера. Так бывало с ним в поездах, когда он никак не мог вспомнить, откуда едет, куда и зачем! Так бывало с ним, когда он шел по улице или заседал в очередном комитете. Так случалось с ним и в церкви, когда он не мог вспомнить, произнес он уже проповедь или только собирается к ней приступить.
– По-моему, я знаю этого старика, - задумчиво произнес полковник Ласком, присматриваясь к вошедшему.– Но кто же он, собственно? Эберкромби? Архидьякон Эберкромби? Нет, пожалуй, нет, хотя похож на Эберкромби!
Эльвира равнодушно взглянула на каноника Пеннифазера. Разве сравнишь его с автогонщиком? Да и вообще, Эльвира не слишком интересовалась священниками, правда, в Италии она восхищалась кардиналами, те, по крайней мере, хоть выглядели живописно.
Лицо каноника Пеннифазера прояснилось, и он удовлетворенно кивнул. Слава Богу, он вспомнил, где находится. Ну конечно же, это отель "Бертрам", где он собирается провести ночь по пути.., по пути куда? В Чедминстер? Нет, он только что приехал из Чедминстера. Он едет, ну ясно же, едет на конгресс в Люцерн. Тут каноник окончательно просиял, направился к администратору, и мисс Гориндж тепло встретила гостя: