Чтение онлайн

– Да неужто это маленькая Бесси? Подумать только! После стольких лет! Маленькая Бесси!

– Никто, кроме тебя, не звал меня Бесси. Отвратительное имя! Что ты делал все эти годы?

– Так, то да се, - уклончиво отозвался Микки.
– Газеты обо мне не писали. Это о тебе они пишут. Приходилось время от времени читать о твоих приключениях.

Бесс Седжвик засмеялась:

– Во всяком случае, я сохранилась лучше, чем ты. Пьешь много. Ты всегда много пил.

– Сохранилась ты хорошо, потому что у тебя деньги.

– Тебе и деньги не помогли

бы. Стал бы пить еще больше и давно отправился бы к чертовой бабушке. Да, да, поверь мне! Как тебя угораздило попасть сюда - вот что я хочу знать! Как тебя вообще взяли на это место?

– Мне нужна была работа. А у меня есть это...
– Он показал на медали, украшавшие его грудь.

– Понимаю, - задумчиво протянула она, - и все настоящие?

– Ясно, настоящие! Почему бы им не быть настоящими?

– Ладно, я тебе верю. Ты всегда был храбрым. Всегда умел драться. По-моему, армия - самое подходящее для тебя место.

– Подходящее во время войны, ну а куда прикажешь деваться в мирное время?

– Стало быть, ты поступил сюда. Понятия не имела...

– О чем ты не имела понятия, Бесси?

– Не важно. Странно снова увидеть тебя через столько лет!

– Я-то не забыл, - сказал мужчина.
– Я никогда не забывал тебя, маленькая Бесси. Какой же прелестной девочкой ты была! Какой стройненькой девочкой!

– Глупой девчонкой, дурой - вот кем я была!
– отрезала леди Седжвик.

– Это верно. Ума у тебя было маловато. Будь ты поумнее - разве бы связалась со мной? А как ты умела обращаться с лошадьми! Помнишь эту кобылку.., как ее звали? Ах да! Молли О'Флин. Ну и злобная была чертовка!

– Только ты и мог на ней усидеть!
– улыбнулась леди Седжвик.

– Она и меня бы сбросила, если б смогла. Но как поняла, что со мной не выйдет, - сдалась. Не лошадь, а красота, загляденье! Если уж мы заговорили о верховой езде, ни у одной женщины в тех местах не было такой посадки, как у тебя. И бесстрашная к тому же! Это, впрочем, при тебе осталось. Самолеты, гоночные автомобили...

Микки приблизился к окну.

– А я ведь не забыл Баллигауан, - сказал он со значением.
– Иногда даже думал тебе написать...

– Что ты имеешь в виду, Мик Горман?
– Голос Бесс Седжвик прозвучал жестко.

– Просто говорю, что ничего не забыл. Просто тебе напоминаю.

Бесс Седжвик заговорила все так же жестко:

– Если я правильно поняла то, что ты имеешь в виду, то выслушай мой совет. Посмей только мне в чем-нибудь помешать, и я застрелю тебя, как крысу. Мне ведь приходилось убивать.

– Небось за границей?

– За границей или здесь - для меня разницы нет.

– Ах, Господи Боже мой, верю, что ты на все способна!
– восхищенно воскликнул Микки.
– В Баллигауане...

– В Баллигауане, - перебила она, - тебе заплатили, чтобы ты молчал, и хорошо заплатили. И ты взял деньги. От меня ты ничего больше не получишь, не надейся.

– Недурная могла бы получиться интрижка для воскресных газет...

– Ты меня слышал?

–

Да ну, - засмеялся он, - я же шучу. В жизни не причиню вреда моей маленькой Бесси. Буду молчать.

– И молчи!

Она захлопнула окно. Затем взглянула на письменный стол, где на бюваре <Бювар - папка или портфель для хранения письменных принадлежностей.> лежало ее неоконченное письмо. Она схватила его, скомкала и бросила в корзину для бумаг. Потом порывисто встала с кресла и вышла из комнаты. Выходя, она даже не оглянулась.

Маленькие читальни в отеле "Бертрам" казались пустыми, даже когда пустыми они не были. По два письменных стола стояли у окон, справа стол, на котором лежали журналы, слева кресла с высокими спинками, повернутые к камину. Тут в послеполуденные часы любили посидеть старые джентльмены-отставники и, укрывшись от посторонних глаз, уютно подремать вплоть до чая. Тот, кто приходил сюда писать письма, обычно дремлющих не замечал. В утренние часы кресла спросом не пользовались.

Но случилось так, что именно этим утром оба кресла были заняты. В одном сидела старая дама, в другом - юная девушка. Вдруг девушка вскочила на ноги. Секунду она стояла на месте, неуверенно глядя на дверь, через которую только что вышла леди Седжвик, затем двинулась к выходу. Лицо Эльвиры Блейк было смертельно бледно.

Прошло еще минут пять, и с другого кресла поднялась старая дама. Мисс Марпл решила, что отдых, который она себе обычно позволяла после утреннего туалета и прогулки вниз по лестнице, затянулся. Сегодня можно, скажем, дойти до Пикадилли и оттуда поехать на девятом автобусе до Хай-стрит в Кенсингтоне, а можно пройтись до Бонд-стрит и там сесть на двадцать пятый автобус и доехать до Маршалла, или на том же двадцать пятом, только в другую сторону, так вроде бы можно добраться до Офицерского универмага. Проходя сквозь пресловутые двери, она мысленно перебирала все варианты. Но у ирландца-швейцара был и свой.

– Вам нужно такси, мэм, - твердо заявил он.

– Не думаю, - сказала мисс Марпл.
– По-моему, тут ходит двадцать пятый автобус.., а от Парк-лейн - второй.

– Зачем вам автобус?
– стоял на своем швейцар.
– Входить в автобусы и выходить оттуда - в наше время просто опасно! Резко трогаются с места, неожиданно останавливаются - до пассажиров им и дела нет! Сейчас свистну такси, и вы поедете, куда вам надо, как королева.

Мисс Марпл подумала и сдалась:

– Ну что ж, будь по-вашему. В самом деле, лучше взять такси.

Швейцару и свистеть не пришлось. Он просто щелкнул пальцами, и как по волшебству возникло такси. Мисс Марпл была услужливо посажена в автомобиль, и тут она внезапно решила, что поедет в магазин "Робинсон и Кливер", где большой выбор настоящих полотняных изделий. Она и впрямь чувствовала себя королевой, как посулил ей швейцар, заранее предвкушая полотняные простыни, наволочки и настоящие кухонные полотенца - без всяких там бананов, винных ягод, прыгающих сквозь обручи собак и прочих художеств, которые только раздражают, когда вытираешь посуду...