Чтение онлайн

– Дурачина ты! – ласково сказала дама. – Романтик! Подвиги ему нужны, изобретения. Ты разве не знаешь, что «нормальные», как ты говоришь, изобретения запрещены законом?

– Да я не против закона! – шёпотом крикнул я. – Я против глупых опций и дурацких свистулек, которые я придумываю каждый божий день! Для чего нужно совершенствовать автомобиль, если двигатель внутреннего сгорания устарел уже много лет назад?! Для чего нужно на стиральную машину навешивать дополнительные функции, если у неё должна быть одна-единственная функция – стирать бельё?!

– Потребителям это нужно, я тебе полвечера об этом талдычу.

У нас всё делается для людей. Народ жаждет свистулек – ты их придумываешь. Что тут непонятного? Спрос рождает предложение.

– Нельзя до бесконечности навешивать опции на вещь, - возмутился я, несколько раз нетрезво всхлипнув. – Вещи имеют свойство устаревать. Все эти опции - это всё равно, что пластиковые окна и евроремонт в бревенчатой избе.

Маринелла ласково посмотрела на меня.

– Философ! Накипело у тебя!

Она по-матерински прижала меня к своему вырезу, поглаживая по голове бокалом.

– Вредные вещи ты говоришь, мальчик! Хорошо, что нас с тобой никто не слышит.

– Ну и пусть услышат! – упрямо возразил я вырезу.

– Зачем тебе это, - нежно сказала дама. – Раскипятился из-за каких-то опций… Всё нормально, прогресс не стоит на месте. Техника развивается. Просто ты видишь один путь развития – радикальные перемены. А есть и другой, эволюционный.

Я оторвал лицо от соблазнительного декольте и посмотрел на Маринеллу.

– Ну, изобрети ты сейчас новое средство передвижения, кому это надо? – мягко сказала она, как будто общалась с сумасшедшим.
– Нужно будет строить новые заводы, оборудование, придумывать новые правила движения, кучу законов менять. Знаешь, сколько это денег стоит? Не знаешь! А я знаю, я в администрации губернатора работаю и представляю, что такое бюджет области.

– В прогрессе неизбежны скачки, - вяло отпарировал я.

– А наша с тобой задача – не допустить этих скачков. Они нам не нужны: ни тебе, ни мне, ни другим людям. Ты, вероятно, изучал в вузе инженерное творчество? Когда ещё оно не было запрещено.

– Не довелось, я гуманитарий, - ответил я.

– Так вот, раньше учили, что глобальные изобретения необходимы. Что любое устройство, оборудование, вещь должны стремиться к тому, чтобы стать дешевле, проще и надёжнее. Это полная ерунда, милый! Для предприятий всё равно, сколько платить за оборудование. И совершенно безразлично, надёжное оно или нет.

Маринелла оглянулась и прошептала:

– Когда всё решают знакомства и откаты, то никому никакого дела нет до простоты и надёжности.

– Это понятно. А опции для чего наворачивать тогда? – удивился я. – Покупали бы за откаты без всяких свистелок.

Дама рассмеялась:

– Ну и профан же ты! Кто из нас в бизнесе вертится, ты или я? Опции нужны, чтобы сделать технику сложнее.

– Зачем?

– Во даёт! Кому сейчас нужны простые, надёжные и лёгкие в управлении устройства? Никому. Чем устройство сложнее, тем оно чаще ломается, а значит, заказчик будет раскошеливаться на ремонт и обслуживание.

Я был просто ошарашен такой логикой.

– Сложность устройства нужна ещё для того, чтобы затруднить работу персонала, - продолжила она, снисходительно улыбаясь.
– Поэтому можно организовывать курсы обучения, разрабатывать инструкции за деньги. Много лет назад разработчик продавал ту же стиральную машину и благополучно забывал про покупателя.

А сейчас он плюсом к продаже предлагает обучение, сопровождение, апгрейды, обновления версий, пакет дополнительных опций…

В этом она была абсолютно права. Даже бытовая техника с каждым годом всё усложнялась и усложнялась. Появлялись новые функции, навешивались новые опции. В городе недавно появились даже специальные курсы обучения микроволновкам, сотовым телефонам и стиральным машинкам. Поскольку опций на бытовую технику навешивалось невероятное количество, на каждый утюг или пылесос ставился процессор и выводилась панель с кнопками управления. Действительно, права Маринелла, с курсов обучения разработчики берут дополнительные деньги. К этому следует добавить обновления и версии. Получается, покупая вещь, я надолго попадал в силки к производителю.

– Я вообще считаю, что время изобретения вещей прошло, - задумчиво сказала Маринелла. – Не зря это запрещено государством. Наступило время функциональных изобретений. Мы должны изобретать не вещи, а опции. А вещей ждёт другая судьба – они будут стремиться быть похожими друг на друга. Сотовые телефоны, например, уже мало неотличимы от компьютеров.

Я представил, как через десяток-другой лет приду в магазин и скажу, что мне нужна вещь, которая фотографирует, засекает время и даёт выход в Интернет. Продавец возьмёт какой-нибудь стандартный корпус и тут же на него накрутит функции, которые я заказал.

Мы ещё долго общались в этот вечер с Маринеллой. Когда мы поехали назад, был уже поздний вечер. Утомлённая работой в кулуарах Аня дремала на заднем сиденье. Нетрезвый Сухов мрачно глядел в окно.

– Блин, завидую я тебе, Андрюха! – сказал он, перед тем, как мы сели в машину. – Такую бабу склеил! Телефончик хоть свой оставила?

Несчастный Коля! Я опять в его глазах предстал каким-то донжуаном и профессиональным ловеласом. Не рассказывать же ему, что мы с Маринеллой обсуждали философскую сторону технического прогресса!

Алексеев полпути домой молчал, угрюмо глядя на тёмную дорогу. Потом он всё-таки повернулся ко мне:

– Я удивляюсь, ты же вроде взрослый человек, Андрей! А такое себе позволяешь!

– А что я позволяю? – притворно удивился я.

При моей комплекции я быстро пьянею, но быстро трезвею. Я был пьян там, на банкете, зато сейчас я был трезв, как стёклышко. Поэтому я опять надел маску старательного и глуповатого сотрудника.

– Не притворяйся, прекрасно ведь знаешь, о чём я. Почему ты не работал с людьми, а вцепился в эту… советницу губернатора? Я специально подошёл к тебе, намекнул, что не мешало бы с другими людьми пообщаться. А ты сделал вид что не понял. И потом: коньяк, шампанское… Я вас за этим на форум привёз?

– Так, это… Знакомство я завёл полезное. Пусть лучше одно, но какое! Советник губернатора – это не шутка, - вяло оправдывался.

У меня почему-то пропало настроение изворачиваться и изображать из себя старательного сотрудника. Виной этому был, конечно, разговор с Маринеллой. Завтра мне нужно будет опять выходить на работу и заниматься придумыванием ненужных никому дурацких финтифлюшек. Впервые в жизни я почувствовал, что меня это угнетает.

– Разочаровал ты меня, Андрей. А я ведь не сегодня-завтра хотел тебя сделать начальником отдела. Видимо, придётся отложить этот вопрос.