Чтение онлайн

Ну, кажется, отошёл. Вот и ладушки. Ксар сделал свечку и пропал из вида. Как он умудряется вот так исчезать, я до сих пор не понял. Прямо сверхспособность какая-то.

— Так, я к Розенкранцу. Сдам трупы и снарягу и за ружья поговорю. Шайя со мной. Не нравится мне что-то вся эта движуха с карантином. Шор, организуй нам ночлег здесь. И заодно закинь удочку Зигмунту насчёт тягловой силы. Думаю, бедняга уже пешком готов обратно на Ярмарку бежать.

— Конечно, Илья. Только боюсь, Зигги не потянет наши услуги. Ну или без последних штанов останется. Впрочем,

поговорить — поговорю.

— Вот и славно. Трам-пам-пам. Пойдём, мелкая.

— Пойдём, амбал, — Шайя обнажила зубы и издала нежную горловую руладу.

Обе наши скотинки — Шера и Маша — подскочили к ней с двух сторон и тут же оскалились друг на друга. Дружбой между ними не пахло.

Мы, сопровождаемые летающей телегой, двинулись по радиальной улице, отходящей от рынка к центру Рубежного.

Лютый обернулся. Увидел меня, выдал лыбу. Даже ручкой помахал. С чего он такой довольный, тварь? Разберёмся. Непременно. Вот завтра и посмотрим, кто посмеётся последним.

Пока мы шли, местные уличные собаки разбегались в ужасе, забиваясь под заборы. Прохожие шарахались, правда, разглядев ликану, большинство успокаивалось. Но на Машу всё равно косились и старались стороной обходить. Видимо, многие знали, что за хищник с нами.

ШЕРОЧКА С МАШЕРОЧКОЙ

Оставив платформу у входа и миновав зевающего охранника, я вновь упёрся в двух стражей у подножия лестницы. На этот раз меня долго ждать не заставили. Розенкранц спустился лично, в сопровождении ещё двух вооружённых сородичей.

— Сколько охраны, — заметил я. — В прошлые разы было как-то попроще.

— Когда пропали мои люди, я вызвал братьев на помощь. Теперь они будут охранять следующих исследователей, когда те прибудут. С проблемой, к счастью, справился ты, Муромец. Ведь ты справился?

— Тела снаружи. Вещи тоже. Бодак уничтожен, череп я привёз. Готовьте деньги, господин Розенкранц.

— Сперва посмотрю на результат, с твоего разрешения.

— Да я всё понимаю. Утром стулья, вечером деньги. Хотя, конечно, хотелось бы деньги вперёд.

— Мне бы хотелось в наложницы главу клана альвов. Но это невозможно. Предоплата — слово, которого нет в словаре цвергов. Даже аванс звучит отвратительно. Хотя здесь уже приходится идти на компромисс. Показывай, что привёз, Муромец.

Розенкранц осмотрел тела, выговорив мне за не самое лучшее состояние. Ну извините. Их вообще-то в зомби превратили! Затем, гораздо тщательнее, проверил всё, что мы забрали в лагере и смогли уместить на телегу. Родичи родичами, но имущество-то учёт-контроль любит. Наконец он повернулся ко мне, задрал голову, заложив большие пальцы за широкий пояс.

— Ружей было больше одного. Где они?

— Я мог

бы тебе соврать, что не нашли. Но у нас же доверительные отношения? — карлик криво усмехнулся. — Я хочу оставить две штуки себе. Что для этого нужно? На всякий случай напоминаю: они и так уже мои по праву трофея. Но из уважения к тебе я готов выслушать условия.

Цверг раздул ноздри и выдал длинную фразу на своём языке. Охранники заржали. Затем он вздохнул, огладил бороду и сказал:

— Не собираюсь себе искривление шеи заработать. Нависаешь тут надо мной… Пойдём ко мне, обсудим наши дела. Заодно, — он снова скривился, как будто я рвал ему зуб, — о деньгах поговорим.

Ну, не резкое категорическое «нет» в самом начале разговора уже настраивает на позитивный лад. Может, и договоримся.

Розенкранц прошёл мимо уже привычного кабинета и шагнул в соседнюю дверь, поманив меня за собой. Типичная комната отдыха. Аскетично, но при этом полноценно обставленная. Несколько кресел, невысокий столик, при этом очень основательный. На таком мясные туши можно рубить. Камин, в котором зола уже слежалась до каменного состояния. Ковры на стенах. Запах пива и еды. В углу короткий и широкий диван — как раз в размер цверга. Массивный закрытый шкаф у стены.

Кажется, наши отношения только что перешли на новый уровень. Со мной собираются договариваться, а не давать заказ или отдавать распоряжения.

— Говорят, с тобой пришёл солнечный жрец, Муромец, — начало неожиданное!

— Хрена себе у тебя система информирования настроена, господин Розенкранц. Мы не успели в Рубежное войти, а тебе уже доложили. Может, и трофеи наши пересчитали?

— Хороший банкир узнаёт новости первым. Гарантия выживания. Так это правда?

— Ну правда. Он неопытный, конечно. Но зато получил посвящение напрямую, так сказать, от солнышка. С чего это тебя волнует-то вообще?

— Хм. Солнечные жрецы — штучный товар. Думаешь, любой может войти в храм, вознести мольбу Владыке и надеть мантию жреца? Ага, сталагмит пососи. Ты собираешь вокруг себя уникальных существ. Дракс, которые вообще в нашем регионе практически не встречаются. Сильная ликана-шаман. Альва-полукровка, некромант. Разумный ксар, да ещё и знаменитый мастер потока, в придачу. Он вообще такой один, насколько я знаю.

— Да, цверга явно не хватает. Но может, прибьётся ещё по дороге. К чему все эти разговоры?

Он словно не услышал меня.

— И вот — солнечный жрец. Знаешь, сколько человек из сотни получают посвящение, когда просят о нём?

— Ну, удиви меня.

— Нисколько. Один из тысячи, может быть. Вокруг тебя собирается уникальная команда. А это значит только одно, — я ожидал опять услышать все эти истории про владык-легенды, но цверг сказал совершенно другое. — Там, где ты появился, жди неприятностей. Прольётся кровь. Случатся убытки.

«Убытки» он произнёс с тем же выражением, с которым матёрый либерал выговаривает слово «геноцид» или фамилию «Сталин».