Чтение онлайн

Думаю, я уже догадалась, о чем он говорит.

Сквозь ветки ивы я смотрела на огни в доме сто четыре по Лонсдейл-гарденс, резиденцию Каспариана. Золотой свет лился под причудливыми углами. На балконе были видны силуэты двух людей. Один из них курил сигарету.

Другим была стройная молодая женщина с зализанными темными волосами и в чопорном пальто. Они наблюдали за происходящим. Взорвался фейерверк, который по причинам, затерянным в веках, назывался «летящий голубь». Когда раздавался очередной залп, он заливал светом лица счастливой пары и все вокруг.

Мне показалось, что из-под ног

уходит земля. Я оперлась об иву и закрыла глаза, борясь с новым приступом ужаса.

Сай властно приобнял Анушку за узкие плечи. Он отгонял дым от ее лица, несмотря на то что воздух был наполнен дымом от костра, фейерверка и жарившихся сосисок.

В уголках моих глаз защипали слезы. Я не хотела, чтобы Ральф слышал, как мой голос дрожит.

— Давай, добивай, — сказала я мужу. — Если честно, хуже уже быть не может.

— Может, — сказал Ральф. — Твой любовничек обманывал тебя с учительницей Пози.

Я не ответила.

— Которая только недавно оправилась после того, как ее выгнали из уютной квартирки на Ледброук-гроув, где она предавалась утехам с Патриком Молтоном.

Я продолжала соблюдать гордое, как я надеялась, молчание.

— И они женятся на его яхте на Рождество, — продолжил Ральф. — Твой любовник и учительница Пози, она же бывшая любовница Патрика. Разве это не мило?

— На палубе им не будет холодно? — услышала я свой голос.

Я не могла придумать, что еще сказать. Мне и вправду казалось, что утро в доке, где «Саломея» находилась в последнее время, будет несколько мрачным на Рождество.

— Не на Британских Виргинских островах, как я думаю, — ответил Ральф. — Им придется успеть до Рождества, потому что глупая маленькая шлюшка умудрилась залететь, по словам Клэр. Она рожает в марте.

Я попыталась припомнить, не поправилась ли Анушка в последнее время. Некоторые женщины умудряются проходить весь срок и совсем не выглядят беременными. Очевидно, Анушка — одна из них.

— Все вы, женщины, одинаковы. Все, что вам нужно, — это найти мужчину и потом… — Он замолчал, пытаясь подобрать слова. — А потом, как только вам удастся затащить его в постель, вы используете его.

Интересно, почему Ральфа это так трогает?

— Кажется, ты знаешь очень много о счастливой паре, — холодно сказала я. — Можно спросить, откуда?

— Новый владелец дома шестьдесят семь по Колвилль-крессент поделился этой информацией, — ответил Ральф.

— И кто он? — требовательно спросила я.

— На самом деле она, — ответил Ральф.

— Хорошо, Ральф, так кто она? — повторила я, сбиваясь на крик, но быстро снижая тон.

Фейерверк закончился. Толпа быстро расходилась от огороженной площадки, от маленькой палатки, где валялся пустой кувшин из-под моего глинтвейна вместе с остатками пиршества из лучших лидгейтских сосисок и красной капусты.

— Я продал дом Клэр, — почти мрачно ответил он. — Больше чем за два миллиона.

Я обернулась в поисках Клэр, но она ушла в дом, и, конечно же, сегодня она тщательно закроет за собой дверь.

На улице осталось только несколько подростков, которые разбивали палками остывающие угольки. Фейерверк на улице закончен, но, без сомнения, в семье Флемингов он только начинается.

И до следующей весны в Лонсдейл-гарденс не случится

ничего интересного.

Зима — мертвый сезон. Ничего не происходит, кроме как в рождественский обед, после которого объевшиеся члены семейств должны обойти весь сад перед тем, как прослушать сообщение правительства.

На следующие несколько месяцев пять акров травы, деревьев и клумб, а также новая куча компоста и живые изгороди будут ждать, под покровом снега, кусаемые морозами. Им раз в неделю будет уделять внимание Стивен, и иногда Клэр, и собаки. Они будут ждать весны, когда появятся первые признаки новой жизни, вылезут из-под земли крокусы и примулы, влажная зеленая трава и мягкий воздух снова заманят детей, любовников и непосед в сад, и для него начнется новый год. Только в следующем году все здесь будет по-другому.

И не будет меня.

Я отправила сообщение Гидеону в Нью-Йорк, чтобы он позвонил мне сразу, как проснется. Потом я написала Донне: «Отличные новости. Приду, чтобы отметить. Ставь чайник. Клэр С».

У Донны новая квартира в Шепердс-Буш. Знаю наверняка, потому что у меня не было наличных во время прошлой встречи, так что она дала мне адрес, куда прислать чек. Я там никогда не была. Что неудивительно, так как в последнее время она уделяет меньше внимания фэн-шую и больше иглоукалыванию, лечению травами и холистической практике. Донна чаще всего наносит визиты своим пациентам, и это чудесно, потому что ее присутствие успокаивает. Она мне не ответила, но я должна была лично рассказать ей новости.

Я беременна! Наконец-то! Конечно, еще маленький срок, но я знаю наверняка. Я была так расстроена, что у меня случился выкидыш в ночь Гая Фокса. Но на этот раз я все сделала правильно и уже к Новому году была снова беременна. Подозреваю, что помог тот же метод (невозможно сказать точно, без теста на ДНК, чего я, разумеется, всеми силами постараюсь избежать).

Я переключилась на здоровую злаковую диету и пила восемь стаканов воды в день. Я ела столько жирной рыбы, что у меня чуть не выросли жабры.

Какое облегчение, что я взяла в свои руки ситуацию с домом. Я уверена, что поступила правильно. Я никогда не забуду, как весной прошлого года Донна прямо сказала мне:

— Ты загонишь себя в гроб в собственном доме.

Мы попивали зеленый чай в моей солнечной, мирной кухне одним апрельским утром, разглядывая мой садик, где вот-вот должны были зацвести дикий чеснок, водосбор и сальвия и пробиться сквозь землю травы, латук и шпинат.

— В доме одни острые углы, пустые поверхности, нержавеющая сталь, каменные полы. На стенах нет картин, чтобы смягчить атмосферу. Все это слишком ускоряет ци. Кристалл — только начало, но тебе нужно двигаться дальше. Тебе необходимо место с мягкой мебелью, деревянными полами, коврами и ковриками, желательно там, где есть дети и домашнее животное, музыкальные инструменты, скорее кремовые, чем белые, стены. На кухне твои шкафы находятся слишком близко к раковине, плита должна быть восточней, чтобы схватить потоки энергии, сходящиеся в том месте, — продолжала она.