Чтение онлайн

Я знал, что такое счастье! Там! Давно...

– Мы лишь привыкаем к обстоятельствам! Если бы ты знал, кем я был там, и за что я здесь!!!

У меня зудит дыра в ноге. Проклятый след от пули заживает, и я забываю, о братьях. Мне хочется чесать ногу. Разодрать ее к черту, до последней капли крови, и начать все сначала. Мать вашу, но время здесь стоит на месте, и часы совсем не хотят тикать. Как же повернуть назад время, если его здесь и нет.

– У нас отбирают память, но нам оставляют знания, за что мы здесь. Жирный ублюдок Твигг, испортил мне лицо, я был так красив когда-то. Меня любили все, я был всем!

Такое бывает со всеми, говорю я. Музыка усиливается, и невидимый для нас ди-джей меняет пластинку. Войди в релакс, углубись в свое подсознание,

булькающая музыка похожая на сверло что дырявит голову. Братья Гримм молчат, они ждут от меня ответов. А там на танцполе танцуют.

Чего вы хотите, вместо всего спрашиваю я.

– Ты можешь пожить в моем клубе, пока тебе не надоест! Скольди зря доставал пропуск для тебя - я скажу своим ребятам, чтобы пускали тебя в любые места в моем притоне. А еще он говорил, что ты почти не покидал нору, и все время таскался за своими дружкам. Пора менять все вокруг себя. Они больше не могут быть твоими сиделками. Они сплавили меня тебе, чтобы я научил тебя всему, чтобы выжить в "Ноксе"!

Я надоел Катрин и Скольду, спрашиваю я.

– Нет, малыш, ты им не надоел, но им надо побыть одним. Ты же понимаешь о чем я? Они возятся с тобой как с ребенком, а Скольди, знаешь, мало походит на роль отца.

Но я люблю их, что же пошло не так? В меня стреляли копы, я чуть не загнулся по дороге в морг, но со мной и раньше случалось дерьмо! Они никогда не бросали меня. Они полезли за мной в пустые дома...

– Они тоже любят тебя! И Катрин плакала, когда выходила! Черт, они сегодня не вернутся за тобой! Тебе пора немного привыкнуть к одиночеству.

Я хочу рыдать! Где же старый Сэм, который с аппетитом съест мои слезы? Мне стыдно перед братьями Гримм. Я смотрю на зеленую лужу на полу, и не знаю, что мне делать дальше. Пожалуй, я возьму у вас пистолет, говорю я.

– Вот и хорошо, - говорит оно и бросает серебристого палача в мою рвоту.
– Теперь клуб в твоем распоряжении. Найди себе дешевку, и забудь, что у тебя были Скольд и Катрин.

Нет, никогда!

Я знаю старика, который тоже покидал "Нокс", говорю я ему.

– Если ты про седовласку Сэмми, то он большой выдумщик! Поменьше доверяй этому старику! Он любитель навешать длинной вермишели на уши. Но он отличное существо, иногда на него можно положиться.

Но он знал меня! Меня это пугает.

– Старый Сэм знает многих в "Ноксе", и иногда мне кажется, что он пришел в город вместе с ним, - я подбираю пистолет после слов сиамских близнецов и вижу, как за коляской хозяев клуба появляется маленький китаец, который едва выглядывает из-за спины братьев. Тонкие прорези глаз смотрят на близнецов, а желтые руки держатся за поручни. Он отвозит коляску в сторону. Он похож на слугу, и я уверен, что это так и есть.

Братья Гримм смеются и смотрят друг на друга. Мне пора уйти.

– Как твое имя?
– спрашивают головы и смотрят на меня боком.

Прости, но я оставил мое имя там...

*

Натали плачет и смотрит на мертвого клиента. Толстый и вонючий ублюдок, что заплатил кучей кредитов, лежит на полу и мажет все кровью. Ее слезы капают в инфицированную кровь. Натали, вавилонская шлюха, убила своего клиента - всего лишь провела ножом от уха и до уха, пока тот отходил от бурной ночи на кровати. Он пытался кричать и схватить ее за ноги, но лишь неудачно повалился на пол, и там навеки сдох. Если конечно всемилостивый "Нокс" не даст вонючему ублюдку еще один шанс начать все сначала!

Девочка устала от этой работы, а толстый ублюдок замазал номер кровью! Она боится, что он придет за ней. Но у нее больше не было выбора. Это был замечательный поступок.

В душевой прохладно и из тонкого изогнутого шланга она поливает себя водой. Отмывает опечатки пальцев этой сволочи, что касались ее, раздевали и рвали на ней одежду...

Да, ты знаешь, что с этим делать! Толстая гнида расстегивает ширинку и его огромные штаны падают на ковер. Он пялится на прелести молодого тела Натали и пускает слюни. Отморозок Чарли, этот долбаный сутенер привел богатого Нокс-наркомана. Как же она их ненавидит!

– Он прилично

платит! Натали подруга сделай все в лучшем виде, и не мне тебя учить, - говорит Чарли за час до того, как Натали впервые узнает, что такое убийство.

Толстяк в обтягивающих плавках маячит перед Натали, и вкалывает себе зеленой дряни из шприца, а потом силой бросает девушку на кровать. Его отвратительные груди свисают как спущенные мячи, живот выпирает, и кажется, что сейчас лопнет. Его спина покрыта волосами, а эти свиные глаза так и превращают его в борова. Она ненавидит его с первой секунды. Она может убежать из номера, но тогда Чарли проткнет ей глаз, или проведет ножом по лицу, и Натали перестанет быть элитной вавилонской шлюхой. Толстяк вошел в раж: он срывает с Натали лифчик, кусает ее за грудь, ведет слизким языком по ее коже, хрюкает и стаскивает трусики. Она понимает, что вырываться бесполезно, но ее тошнит от того, что эта отвратительная мразь с отвисшей грудью сейчас ею завладеет. Натали закрывает глаза и крепко сжимает зубы, чтобы не выронить проклятье. Но жирному борову нет дела до ее страданий, он заплатил сутенеру, и не хочет видеть этих сцен. Он зависает над ней, и медленно получает удовольствие, а Натали рвет ногтями свежую простынь. Кажется эти минуты, пока толстый ублюдок раскачивается над ней длятся целую вечность. Когда все заканчивается, потный кусок сала слезает с нее, заваливается на бок и просит свою шлюху принести воды. Натали послушно плетется в коридор, собирая свое белье, что разорванными лоскутами лежит на полу. Швейцар оставил на столике шампанское, фрукты и сок. Натали наливает яблочного сока и плюет в стакан, жаль что ее слюна не может быть ядом. А еще она плачет. Она ненавидит этого клиента, ненавидит с той самой минуты, как он зашел. Толстый ублюдок под кайфом, самое страшное, что ей доводилось обслуживать. Он не похож на человека. Он где-то там за пределами "Нокса", мертвая плоть, что только что ее трахнула.

Натали приносит сок, но клиент уже спит. Она почему-то сразу понимает, что необходимо сделать, чтобы жить дальше. Тонкий стилет выпал из куртки клиента. Еще в самом начале. Здесь ведь не запрещено таскать заточки. Натали лишь боялась, что под кайфом толстый ублюдок проткнет ей живот. Очень острый, наточен с двух сторон. Она осторожно поднимает его, и прислушивается к храпу толстяка. Его ягодицы похожи на свиные окорока покрытые прыщами, спина шевелится в такт дыханию, и каждый волосок дергается, вызывая в Натали чувство полного омерзения. Она закрывает рот рукой и подходит к нему сзади. У него дергается кадык, за кроватью валяется пустая ампула, и ему не до шлюхи. Натали слегка поднимает голову, лишь бы стилет прошел и вонзает его под левое ухо в самое горло. Тело богатого нокс-наркомана напрягается, и его глаза на миг видят страшный взгляд Натали. Боров дергается, хрипит и выплевывает из отверстия кровь. Он махает беспомощно руками, но ничего не может сделать. Отступать больше не куда. Натали крепко сжимает орудие убийства и уверенно ведет лезвие, ко второму уху проходя расстояние всего горла. Жирный ублюдок пытается ее схватить и падает на пол. Кровь льет рекой заливая простыни, матрас кровати и ковер. Целый водопад крови из толстого ублюдка. Шея разворочена, как резиновая покрышка. Много крови и бесполезная груда жира.

В душевой прохладно и из тонкого изогнутого шланга она поливает себя водой. Отмывает опечатки пальцев этой сволочи, что касались ее, раздевали и рвали на ней одежду. Она плачет, и ждет возмездия "Нокса". Он может вернуть этого борова, туда, откуда он начал, может так и оставить сдохнуть. Но Натали, что он сделает с ней? Нашлет легавых? Или лично сам займется нерадивой стервой.

– Если Чарли узнает...
– говорит Натали смывая с себя липкий пот этого мерзавца, что пропитал ее тело. Она плачет, и слезы смешиваются с мыльной пеной. Труп в номере, убийца в душевой. Чарли разрежет ей лицо, это точно. Матерь божья, этого клиента просто стоило вытерпеть! Но у нее никогда не было такого отвратительного подонка. Ей просто надоело этим заниматься! Она больше не может быть вавилонской шлюхой. Это все должно закончиться прямо сейчас!