Не оглядывайся, Джин...
Шрифт:
— Выглядит привлекательно. — Он взял кусочек золотистого бисквита «мадера»4. — Много лет ничего подобного не видел. Да, — с мальчишеским задором добавил он, — замечательно!
Джин не могла сдержать ответную улыбку. И в то же время задала себе вопрос: кто же за ним присматривает? Из всех людей на свете много и напряженно работающий врач больше всех нуждается в человеке, который заботился бы о нем.
Наступила тишина. Бессознательно разглядывая его лицо, Джин заметила, что оно выглядит усталым. В последние дни не было ни одной передышки, и она знала, что, подобно другим людям своей профессии — на вершине ее или внизу, он работает слишком много.
Он
Но Блейр только светло улыбнулся — о, эти его улыбки, от которых у нее всегда перехватывает горло.
— Готов биться об заклад, что знаю, где живет ваша подруга, сестра, — сказал он.
— Да. Печенье прислали из Шотландии, — ответила она. — Конечно, оно домашнее.
— Я так и думал. Оно не из мира синтетической дряни, которой нас кормят в эти «просвещенные» технологические дни! Этим следовало бы заняться серьезно, а не оставлять журналистам, которые не устают напоминать нам, что мы медленно отравляем себя. Искусственные красители, запрещенные в других странах; сладости, определенно опасные для здоровья; «съедобные» масла; мороженое, изготовленное бог знает из чего — конечно, не из чистых сливок и яиц, которые использовала старая экономка моей матушки.
— По всем этим вопросам создавались королевские комиссии5, — подхватила Джин. — И ответ был всегда один и тот же: ничего нельзя сделать. Подумать только, на какие мысли может натолкнуть это печенье мадера! Возьмите еще.
— С удовольствием. — Он помолчал. — Не думаю, чтобы больничная пища могла хотя бы приблизиться вот к такому.
Джин покачала головой.
— Но она по крайней мере здоровая. Старшая сестра на кухне придерживается жестких стандартов.
У него на кончике языка вертелось: «Почему бы нам не пообедать вместе и не попробовать что-нибудь поинтересней?» Но вспомнив ее отказ принять его приглашение, он вместо этого спросил:
— Ваша подруга живет в Эдинбурге?
— О нет, гораздо севернее. — И он снова ощутил отчужденность.
Принимая вновь наполненную чашку, небрежно сказал:
— Просто подумал, не могли выполнить какое-нибудь ваше поручение, когда был там — не ожидая приглашения на чашку чая!
Она рассмеялась.
— Я уверена, что эта женщина — в общем-то, она мне вроде тети — с радостью испекла бы для вас печенье или приготовила что-нибудь. Но она далеко, очень далеко.
— Понятно. Что ж, это настоящий ужин — как говорит мой юный племянник. — Интуиция подсказала Блейру, что Джин больше не хочет отвечать на вопросы о своей тете или кто она там, и он решил не настаивать. Он часто думал о ее прошлом: есть ли у нее родственники; в каком окружении она выросла; чем занимается, помимо работы в больнице. Если бы она могла догадаться, как часто он о ней думает, Джин еще больше укрепилась бы в своем решении не поощрять его интерес.
— Маленький Тим прекрасно себя чувствует, — сказал Блейр, заполняя паузу. — Я не мог надеяться на лучшие результаты. Еще неделя, и отец сможет отвезти его в деревню.
— О! — Джин не смогла сдержать возглас отчаяния.
Он быстро взглянул на нее.
— Вам будет его не хватать?
— Да, — призналась она. — Он такой славный мальчик. — Улыбка
— Человеческий элемент берет верх!
— Ну... Тим — это исключение. Бедняга так истосковался по вниманию. Конечно, — быстро продолжила она, — я знаю, что отец обожает его. Но мистер Баррингтон часто отсутствует и не может возить мальчика с собой за тысячи миль. Тим говорил мне, что много времени проводит у тети в Гемпшире, но между строк чувствуется, что ему одиноко. Конечно, скоро он пойдет в школу.
Блейр нахмурился.
— Не очень скоро. У миссис Четвинд трое собственных мальчиков, здоровых и полных жизни. Когда мистер Баррингтон обратился ко мне, Тим как раз был у них, и я сразу понял, что этим мальчикам нет никакого дела до их хрупкого кузена, а он не может участвовать в их играх. Он снова туда поедет — выздоравливать, но на этот раз с ним будет отец — не меньше месяца. — Блейр помолчал. — Откровенно говоря, лучше бы у Баррингтона был свой дом, где бы он пожил с сыном. Но у него нет дома в Англии. У него есть вилла вблизи Монте-Карло, но это слишком далеко — я же должен осматривать Тима после выписки. К тому же я говорил вам, что у миссис Четвинд есть няня. Это лицензированная медсестра, прошедшая весь курс подготовки. Она работала в детской палате до того, как занялась своей нынешней работой. Вполне квалифицированная и очень толковая женщина.
По его тону Джин чувствовала, что он не очень всем этим удовлетворен.
— Кажется ужасным, что мать не хочет о нем заботиться, — сказала она. — Я не могу понять, как женщина может так себя вести — не подумать о нем, даже когда он болен.
Блейр, казалось, колебался, отвечать ли на эти слова... Но вот он принял решение.
— Судачить о частной жизни пациентов нехорошо, — сказал он, — но между прочим мистер Баррингтон говорил мне, что если вы спросите о его бывшей жене, я могу вам рассказать. Похоже, что вначале он не соглашался на развод из-за обычая судов отдавать детей матери — даже если она виновна и не в состоянии хорошо выполнять свои родительские обязанности. Не было сомнений, что Дезире Фалькон, таково ее сценическое имя, не согласится заботиться о Тиме. Поэтому она с готовностью дала обязательство отказаться от мальчика и никогда не пытаться с ним встретиться — подождите! — воскликнул он, услышав негодующее восклицание Джин. — Она никогда не хотела ребенка и не чувствовала никакой ответственности за него.
— Мне это кажется все более и более невероятным, — сказала Джин.
— Конечно, — согласился он. — Но — Боже! Я едва не забыл, зачем пришел. У меня есть пациент из сельской местности, которого нужно принять как можно быстрее. У нас есть вакансии?
— Да, — ответила она. — В понедельник выписывается ребенок Денверсов. До этого времени можно подождать?
— Отлично. — Следующие несколько минут он рассказывал ей о новом пациенте. Затем, уже собираясь открыть дверь, оглянулся. — Вы собираетесь в отпуск на следующей неделе?
— В субботу. После пятницы меня на работе уже не будет. Я так рада, что Тим выпишется в пятницу. Мне не хотелось бы отсутствовать, когда его заберут. Боюсь, бедняжка расстроится.
— И вы будете отсутствовать?..
— Месяц.
— Так долго?
— Видите ли, — объяснила она, — у меня в этом году не было отпуска. Обычно мы делим отпуск на две части, но весной было так много работы, что я сказала матроне, что подожду; а теперь она настаивает на том, чтобы я использовала все время.