Чтение онлайн

Я устроился на квартиру для проживания недалеко от школы. Дом находился на окраине села возле леса и рядом с речушкой. Моими хозяевами были пожилые уже люди. Они предоставили мне отдельную комнату, в которой была печка-плита. Этой печкою можно было не только отапливать комнату, но и готовить себе пищу. Отапливать комнату приходилось дровами и хворостом, которые раздобывалось прямо в лесу. На первых порах пищу мне готовила хозяйка, но та пища не шла почему-то на аппетит. Наверное, это потому, что местные кушанья значительно отличались от наших на Винничине. Поэтому в дальнейшем от столованья я отказался и готовил пищу себе сам.

Таким образом, я прожил до весны пятьдесят седьмого года. Весной мне работы

добавилось, так как пришлось работать еще в одной школе в другую смену за учительницу, которая пошла в декрет. Эта школа находилась за два километра от села Лозино на безымянном хуторе. Детей в двух классах той школы было мало. Проработать там пришлось только месяц, так как эта декретная учительница, наверное, испугавшись, что я займу ее место вышла на работу.

Весной ко мне приехала с сыном жена. Валерий уже был во втором классе и до конца учебного года ходил в школу села Лозино. А вот по окончанию учебного года мы решили возвратиться назад в Колюхов. Там на это время уже сменился директор школы. Владимира Фомича освободили, а на его место заступила приятная женщина – Софья Дмитриевна.

Я снова начал работать в школе родного села. Как и раньше вел разные предметы в пятом, шестом и седьмом классе. В свободное время ходил рыбачить на речку Буг. Любил я посидеть над прозрачной водой с удочкой в руках. Эта страсть, рассказывали мне родные, перешла мне в наследство от деда Павла. Тот тоже был упорным рыбаком. Деда я не помню, он умер, когда я еще был маленькой, однако страсть рыбачить осталась на все жизнь.

Была у меня своя деревянная лодка, которую я привязывал возле паромной переправы через Буг. К тому времени важность этой переправы для крестьян Колюхова уменьшилась, так как и в районный центр и на рынок они ходили за двенадцать километров в городок Тивров. Однако с нашей стороны Буга имел часть земли колхоз села Никифоровцы. Там они посадили лесную посадку и завели пастбища для колхозного скота. Поэтому паромная переправа поддерживалась в хорошем состоянии.

Часто мы со старым сельским фельдшером Приймаком (он к тому времени уже был на пенсии) рано утром шли к речке, садились на лодки, да и плыли себе рыбачить. Иногда выходили на ночную рыбалку, а зимой на подводный лов. Ловились нам кленичи, лещи, лини, окуни, плотва, караси. Иногда попадалась щука, а на глубоких местах и сомы.

Однажды зимой, были значительные морозы, и речка Буг полностью перемерзла. Кто-то из рыбаков сделал проруби для подводного лова напротив речушки, которая впадала в Буг возле парома. Со временем в тех прорубях стали появляться усатые головы сомов. Они выскакивали из воды, чтобы ухватить немного воздуха и затем исчезали. Все, кто увидел это явление, побежали по домам за вершами, побежал и я. Так за день на том месте мне удалось поймать вершою до ста килограммов сомов, каждый весом от одного килограмма до десяти. Пришлось потом нанять в селе конную упряжь, чтобы довезти тот улов домой. Конечно, это было определенного рода браконьерство, но удержаться от того процесса ловли было очень тяжело. Сомов весом больше килограмма поймать на удочку почти невозможно. Они, поймавшись, не разрешают себя вытянуть и обычно освобождаются, порвав снасти.

В середине шестидесятого года произошло у нас неприятное приключение – в нескольких наших родственников попала молния. Был в этом обществе и Валерий. А произошло это следующим образом.

Из России в гости к моей сестре Вере, которая в это время жила в городке Гнивань, приехал со своей женой Екатериной ее сын Денис. Денис закончил ветеринарный институт в городе Одессе и был направлен работать в Алтайский край. Там он работал ветеринаром в одном з немецких поселений Славгородского района. Женился на девушке на имя Екатерина, которая работала учительницей,

и остался на постоянное проживание.

Спустя некоторое время они решили посетить нас в Колюхове и сестру Ларису, которая жила в Никифоровцах. В то время к нам также приехала внучка Ларисы – Людмила. Как всегда в таких случаях приезд родственников отметили хорошим застольем. А на следующий день они – сестра Вера, ее сын Денис, невестка Екатерина, в сопровождении Людмилы и Валерия решили идти в Никифоровцы. Нужно было идти пешком около пяти километров и переправлятся паромом через Буг.

Вышли они, позавтракав около десятого часа, и пошли по тропе через наш огород в направлении Никифоровцев. В конце нашего огорода тоже была тропа, которая разделяла огороды нашей улицы от огородов противоположной улицы, носившей такое себе народное название «Усадьбы». Только что эта группа людей вышла в конец нашего огорода, как появилась темная грозовая туча. Им бы возвратиться назад к дому. Но, думая, что это ненастье ненадолго они решили идти дальше. Грозовая туча двигалась быстро с громом и молниями и была надежда где-то под деревом ее переждать.

Однако не так, то было как ожидалось. Буквально через сотню метров от нашего огорода, в эту группу из пяти людей ударила молния. За рассказами Валерия разряда грома он не услышал, но от удара молнии потерял сознание. Перед глазами что-то сверкнуло, ноги задрожали, подкосились, и он упал на землю. Через некоторое время пришел в себя и увидел, что все остальные лежат тоже на земле без движения. Потом с земли поднялся Денис. Однако все другие – Вера, Екатерина и Людмила, продолжали лежать без движения.

Видно увидав, куда упал этот грозовой разряд, на то место прибежали люди с соседней улицы. Кто-то из них дал команду прикрыть пораженных молнией людей землей, чтобы охладить. Валерия послали за сельским фельдшером. Фельдшером к тому времени работала Лидия, жена председателя сельсовета Петра Ткачука. Когда Лидия прибежала на место приключения, то сразу же распорядилась пострадавших откопать и начала делать им массажные и дыхательные процедуры.

Екатерина отошла от того шока за какой-то час, но Вера с Людмилой пролежали в больницы около месяца. В них на голове были места, в которых волосы прямо выжгло грозовым разрядом. К счастью все участники этого приключения остались живы, а с течением времени стабилизировалось и здоровье.

В одна тысяча шестьдесят первом году мы решили изменить место жительства. Валерий уже подрастал, и нужно было думать за его будущее. Мария все порывалась возвратиться в городок Гнивань, да и я был не против этого, так как у меня там проживала сестра Вера. Вот в одну из поездок в Гнивань Мария с Верой пошли в гости до одной знакомой по фамилии Вербовая, которая проживала в селе Витава. Это село в то время граничило, а с течением времени и вошло в состав города Гнивань. В разговорах Вербовая розказала, что недалеко от нее недорого продается старенькая избушка. В том доме, говорила она, еще можно некоторое время жить и одновременно строиться. На участке даже был вывезен для этого угольный шлам, из которого в то время выбивали стены на известковом растворе.

Мария договорилась с хозяевами дома о его покупке за семьсот рублей, а Вербовая даже одолжила семьдесят рублей на задаток. К тому времени более дорогого дома мы не смогли бы купить, да и таких свободных денег у нас не было. Однако мы их одолжили, и дом таки купили. Уже с осени шестьдесят первого года я перевелся на работу в Витавскую восьмилетнюю школу. Через два месяца нашелся покупатель на наш дом в Колюхове, и мы перебрались в село Витава на постоянное местожительство.