Чтение онлайн

— Т-ты меня поцеловать хочешь? — Женька шепнула, заикаясь.

— Нет, что ты. Как можно… — шепнул в ответ и, наконец, коснулся горячих губ.

У вас когда-нибудь сносило напрочь крышу? У меня да, даже дважды. Вчера и сегодня, прямо здесь на кухне. Сердце заухало где-то в горле, уши заложило, а пальцы словно онемели. Я боялся сорваться и выпустить наружу лаву вмиг сформировавшего внутри грудины вулкана. Женька было для меня нектаром, который хотелось пить не переставая.

Но остановиться пришлось. Она чуть отстранилась, а я настаивать не мог. Выдохнул громко

и прижался лбом о ее лоб, чтоб перевести дыхание.

— Извини. Не нужно было, — поднялся и, забросив руки за голову, взлохматил затылок.

— Не понравилось?

— А? — сперва даже не понял, что она имела ввиду. Нахмурился и посмотрел на Женьку.

— Ну, я плохо целуюсь, вот и не нужно было, да?

Она меня когда-нибудь убьет.

— Я надеюсь, это, наконец, оживает твоя внутренняя дерзость, Кроха. Потому что более нелепого бреда, сказанного всерьез, я давно не слышал.

Женька пожала плечами и устало откинулась на спинку стула. Вот чертовка! Я усмехнулся и снова вернулся к ее ногам. Опустился, сжал пальцами колени и нашел взгляд.

— Извини, что извинился. Выразился не правильно, но задеть тебя не хотел. Чего я действительно хочу — это, во-первых, спать, а во-вторых, испытать удачу и украсть у тебя еще парочку поцелуев.

— С-спать? — она аж икнула. — А где ты спать будешь?

— Ммм, имея собственную квартиру, в которой стоит довольно мягкий диван, планировал на нем.

— А я?

Я нахмурился.

— Судя по твоим вопросам, ты спать намереваешься на том самом коврике в коридоре? — не выдержав, чуть слышно рассмеялся. Женька ударила меня в грудь и прищурилась.

— Вот уж нет. Вы ведь джентльмен, Евгений. А джентльмены уступают даме. Как например сейчас, — ее глаза загорелись азартом. — Кто первый добежит до дивана, тот на нем и спит.

И Женька рванула со стула. Рассмеялась, когда я поднялся следом и ойкнула, споткнувшись. В полете на пол развернулась в моих подставленных руках и, падая, потянула за собой. Совсем не ожидая этого, я рухнул словно мешок с картошкой на хрупкое тело, а мой лоб врезался в ее. В темноте квартиры показалось, что между нашими телами даже звездочки закружились.

Женька тихонько дернулась и откуда-то из-под меня шепнула.

— Я согласна на коврик, Жень.

Женька лежала рядом на диване и не шевелилась.

Пришлось постараться и потратить пятнадцать минут долгой ночи, чтобы уговорить Кроху ночевать на мягком диване, а не на вездесущем коврике у двери. Нет, конечно, такого развития событий я бы не допустил, но и спать на полу не хотелось. Женька сопротивлялась, упиралась своими худыми руками и вздернутым вверх носом. Я мог уступить и без особых проблем разместиться на неудобном ламинате, но отчего-то глубоко спрятанный внутри меня чертенок показал свой характер.

— Женька, ты там хотя бы дышишь?

Тело рядом, упакованное в объемное одеяло, не шелохнулось. В тишине глубокой ночи послышался лишь негромкий вздох.

— Слушай, если бы я был маньяком или задумал что-то, ты уже давно бы поняла, так? — из

вороха послышалось неуверенное: «мг». Я кивнул, препарируя взглядом потолок. — Ты завернута в кокон из одеяла. Мне кажется, внутрь даже комар не просочится, так? — очередное: «мг» и мой кивок. — Между нами стена из четырех подушек, а на тебе мой спортивный костюм с завязанной под грудью шнуровкой, так? — я повернул голову и взглянул на застывшую Женьку. — Я даю слово, что даже не коснусь тебя. Но без шуток тревожусь, что ты можешь задохнуться или вспотеть.

— Ты храпишь? — из-под одеяла показался нос.

— Интересный поворот разговора, — несдержанный смешок разбавил молчаливое ожидание. — Не слышал такого о себе.

— Ясно, — Женька стянула одеяло чуть ниже, открыв подбородок, и глубоко вздохнула. Ей реально было мало воздуха. Вот дуреха. — Но ты учти, у меня очень чуткий сон. Будешь храпеть, я тебя ударю.

— Господи, женщина. Ты в моей квартире, в моей постели и даже в моих штанах! И после всего добра, что я для тебя сделал, ты еще и биться будешь? — театрально гиперболизированное возмущение совсем не смутило Кроху. Она метнула взгляд из-под пышных ресниц и кивнула. Я вздохнул и зажал пальцами переносицу. — Давай тогда поменяемся местами. Не хочу сломать нос о стену. Уж лучше на пол свалиться.

— Нет. Определенно нет.

Женька схватилась за одеяло, словно за спасительную соломинку, и снова натянула его выше носа.

— Что спала в детстве у стенки и с тех пор не любишь?

— Нет. В угол часто ставили. И нужно было обязательно развернуться спиной к комнате, — она на мгновение замолчала. — Ты прав, с тех пор и не люблю.

Женька говорила очень спокойно, но я заметил, как потускнел взгляд и чуть нахмурились брови. Чем больше ее узнавал, тем острее хотелось прижать худое тело к груди и напитать своей силой, теплом и нежностью. Не спрашивая у мозга, рука сама поднялась, и я почти успел коснуться нежной кожи щек, как Женька вдруг прищурилась, подтянула одеяло к носу и… понюхала ткань!

Она понюхала одеяло! Боже, дай мне сил.

— Я… даже боюсь спросить, что ты делаешь…

— Пытаюсь по запаху угадать, сколько девушек спали под этим одеялом.

Я хмыкнул.

— И как успехи?

Кончик забавного носа снова подергался из стороны в сторону, и она вздохнула.

— Пока не поняла, кто ты.

С каждой минутой становилось все интереснее. Я лег на бок, рукой, удерживающей голову, уперся в подушку.

— А варианты какие?

Эта мелкая вредина пожала плечами.

— Там свежесть, — указана на одеяло. — Так пахнет чистота. И из-за этого мне еще больше страшно. Потому что, либо ты все-таки маньяк и очень тщательно скрываешь следы. Правда, в ванной я не заметила огромного количества чистящих средств и отбеливателей, — она на мгновение замолчала и прищурилась, видимо вспоминая, что точно видела в ванной. — Либо в этой постели ночевало слишком много девушек. Яркие запахи их духов мешают тебе спать, ну и приходится следить за свежим бельем. И если правдой окажется вариант номер два, то у меня для тебя плохие новости.