Чтение онлайн

— Да. Когда до нижних коридоров, — я не стал уточнять, что «нижние коридоры» являются крайним уровнем, где идут непрекращающиеся бойни, — останется пара сотен метров, все машины войдут в туннель, и последняя обрушит его за нами.

— Первая продолжит бурить, и мы окажемся около цели? — закончил за меня археолог. — Ясно. И сколько времени займет бурение полутора километров?

— Сутки. Если повезет. — Тонизирующее действие чая кончилось, усталость пешей прогулки под радиацией начала наваливаться на меня плотной пеленой.

— Профессор,

а этот сектор не пострадает? — Какие вы все глупые, археологи! Девочка, решившая в свои шестнадцать лет, сразу после окончания учебы, полезть под землю, как многого ты хочешь! А я и имени твоего не знаю.

— Мы пройдем под энергетическим щитом, которые синтезируют белые башни. Основная защита города — купола с аннигиляционной броней. Вторичная — энергетическая сфера, охватывающая часть города и над землей, и под землей.

— Мм! — кажется, на этом вопросы кончились.

— Вымотался, Карлан?

— Даже не представляете как, док.

— Ладно, спи. Снотворного не надо?

Я покачал головой и пробежался пальцами по клавишам на подлокотнике. Кресло заняло вертикальное положение и окуталось матовыми непрозрачными полями звукоизоляции.

«Доброй ночи, Карлан, — пожелал я себе. — Приятных кошмаров!» — и провалился в сон.

Море кипело. Волны вздымались на недосягаемую высоту и с силой обрушивались обратно, разбиваясь в мелкую водяную пыль. А следом за погибшей волной поднималась новая, взлетала к своей вершине и опять падала, растеряв драгоценную энергию, приняв неизбежную смерть…

…Они смотрели вниз. Там, в пучине океана, опускался на дно величайший город планеты. Город, где жила избранная раса, раса, которой сами Хранители мира дали огромное могущество. А теперь отняли его, небрежно взмахнув рукой.

А может, они и не взмахивали рукой. Зачем театральность и позерство богам, чей возраст насчитывает не годы и столетья, а миллионолетья? Им не надо придумывать что-то новое — они знают все возможное. Им не нужно что-то изменять в мироздании — они уже изменили все, что могли, и теперь эта игра им порядком надоела. Им не надо совершенствовать себя — предел достигнут, выше подняться вне возможностей даже вселенского разума.

Они вечны. Они мудры. Они всезнающи. Они — боги.

Двое учеников-недоучек, отщепенцев Братства возвысились над всем миром. Но о них никто не знает. Конечно, скоро, очень скоро по сравнению с тем, что они уже пережили, наступит нулевая точка. Точка, когда они догонят самих себя в истории.

Промелькнет каких-то пара тысячелетий, и на другом конце галактики два юных и ничего не подозревающих адепта примут предложение сумасшедшего учителя с аристократичным именем Эризан на Гарад. Примут, сами еще не подозревая, чем обернется их необдуманное решение.

…Море кипело. На дно океана уходил целый архипелаг, с тысячами жителей, высокой культурой, знанием магии, почти равным знаниям самих Хранителей. Эти знания их и погубили. Все нужно использовать в меру. Нельзя обращать совершенное оружие

против полудиких, если сравнить с избранное расой, племен этрусков.

Они обратили. Война… Какое красивое слово! Оно пропахло кровью тех невинных, которые пришельцы из-за долгой воды косили, как комбайн желтую, созревшую пшеницу. Они были живым воплощением смерти. Они умело дергали рычаги, направляя машину туда, где колоски росли гуще, туда, где урожай обещал быть солиднее.

Они преуспели. Терпение Хранителей, хоть и превратилось за миллионы лет в нечто нерушимое, закончилось. Остров погибал.

Зря? Может быть. Две великих нации, способные дать достойное потомство, исчезли в пучинах истории. Остались дикие племена, только-только научившиеся обжигать глину и делать неуклюжие, со следами пальцев горшки и статуэтки.

Дикари — тоже люди. Они смогут не только достичь, но и во многом превзойти своих предшественников. Но у них никогда не будет дара управления миром. Если только так, случайность, рудимент, жалкая возможность использовать крупицы оставшейся в планете энергии. Доступа к кажущимся бесконечными резервуарам двух Хранителей они никогда не получат.

Лишь избранные, достойные смогут войти в ворота храма. У них будет дар и проклятие, отличающие их от всех прочих, дар и проклятие одновременно.

…Море кипело. С небес тугими струями лилась вода, разрезали черные тучи зигзаги коротких молний. Боги со светящимися глазами молча взирали на гибель неудавшегося этапа истории. У них впереди была вечность. Вечность — это достойное поле для экспериментов.

И — вспышка. Пламя, застилающее взор. Будто кто-то, баловства ради, приказывает компьютеру постоянно менять каналы телепередач, и перед глазами мелькают осколки разных фильмов. Темно-светло-темно-светло-темно…

Светло!

Свет рассеивается, проступают очертания предметов, уходит сжимающий душу страх. Страх уходит…

Холм. Вдали, в паре километров, лежит город. Достаточно крупный, но явно не столичный. Так, центр провинции, не больше.

На вершине холма горит костер. У костра трое. От двоих света может исходить больше, чем от неверных язычков пламени, но чтобы не выделяться лишний раз, они его притупляют, маскируют. Напротив этих двоих сидит самый обычный человек. Или нет. Не обычный. Он уникум. Его считают пророком. Он исцелял раны и оживлял мертвых, используя ресурсы планеты и даже не притрагиваясь к бесконечным хранилищам древних богов.

Он сам бог. Правда, еще не знает об этом. Единственное его устремление в земном пути — делать добро. Он живет ради людей. Он учит их и наставляет, но его понимают не все. Через сотню другую лет ситуация изменится, если его не забудут, не погребут в пучинах истории и не сделают красивой сказкой, как в действительности существовавшую Атлантиду.

Разговор идет уже не один час. Двое настаивают, третий отпирается. Судьбы мира не его проблема. Ему не нужно всемогущество.

Наконец спор решился. Хранители остались ни с чем.