Чтение онлайн

Потом серый вернулся на своё место, и распорядитель объявил новый лот. Зерно B-ранга. Такой знакомый Грозовой Цилинь.

Первую ставку сделал кто-то из клановых, и за зерно дрались всерьёз: две нашивки поднимали цену по сотне, пока одна не сдалась на двух тысячах ста. Хорошая, значит. Как раз такие и уходят за пару тысяч.

— Не повезло, — тихо сказал Корн.

Объяснять он не стал, да и не нужно было. После такой B деньги у одного из кланов кончились, и за наше торговаться он не будет.

Нашу распорядитель

поднял над головой в стеклянной коробочке.

— Пятьсот.

Пятьсот дали сразу, тот клан, что не забрал прошлое зерно. Потом еще две ставки, потом шестьсот пятьдесят от клана. Потом долго никто, и распорядитель уже потянулся к колокольчику, когда маг в мантии поднял палец.

— Шестьсот восемьдесят.

— Семьсот, — сказали из клана, без паузы.

Академический пожал плечами и палец больше не поднимал. Колокольчик. Ушла клану. Внутри была легкая обида. Клан с зеленой змеей на нашивке явно мог забрать и дороже, судя по тому, что лот они перебивали мгновенно.

Семьсот. Правда, как потом оказалось, из этой суммы вычиталась комиссия, и наших там было только шестьсот. Скупщик давал четыреста, так что двести Корн выиграл уже тем, что понёс её сюда. А весной, если Корн прав, та же B ушла бы вдвое дороже, и выходило, что ещё шесть сотен мы только что оставили на этом помосте. За то, чтобы деньги были сегодня. Ещё одна комиссия, в этот раз за срочность, хех.

Корн получил деньги у писаря, пересчитал и убрал в кольцо.

— Сойдёт, — сказал он.

На многочисленные вопросы, которые у меня копились на аукционе, где говорить мне было нельзя, Корн отвечал дома.

— Десять золотых, — сказал я. — За технику. И никто даже рта не открыл.

— Десять — это не вся цена, — сказал Корн. — К ним придут с разговором. Сильный клан договорится. Слабый утрётся.

— Зачем тогда выставляли?

— Это не местные, так что, скорее всего, дурость. Или нужда. На городской аукцион такое не носят. Выстави кто A-шку, было бы то же самое.

Сайрус, не поднимая головы от миски, сказал:

— Он собирает.

Кто — уточнять никто не стал.

Техники на Ци, выходит, на аукционе не купишь, хоть все деньги мира выложи. Свои кристаллы, получается, делать надо так, чтобы серые про это не узнали.

— В лавку, пока деньги на руках, — сказал Корн. — Кристаллы ждать не будут.

В лавку пошли вчетвером. Пятым был Тики-тик у меня на плечах, но его никто, кроме меня, не считал.

Лавку Корн выбрал заранее: в двух других молнию держали только под заказ. Внутри было тесно и сухо, вдоль стен тянулись полки с гнёздами, и в каждом гнезде сидел кристалл, как яйцо в подставке. Что удивительно, только заклинания. Никаких ядер, никаких техник Ци.

Хозяин, сухой старик с увеличительным стеклом на шнурке, поднял глаза от книги, увидел Корна, потом Эльму, и глаза у него стали шире.

—

Госпожа Эльма, — сказал он и даже привстал. — Я слышал, вы…

— Всякое говорят, — согласилась Эльма. — Нам молнию.

— Молнию, — повторил хозяин и посмотрел на неё поверх стекла. — Значит, вернулись к делу.

— Вернусь.

Сайрус встал у двери и смотрел на хозяина. Под этим взглядом хозяин быстро перестал вспоминать, что там про неё говорили, и полез за кристаллами.

Корн перечислял, хозяин снимал с полок. Молния. Шаг — тут хозяин спросил круг, и Эльма сказала «шестой» так, что больше он ничего не спрашивал. Купол. Общее исцеление. Корни. Ледяное копьё.

Аренда тут была устроена просто. Кристалл берёшь на имя, максимум на месяц, ставишь при прорыве, а пустой несёшь обратно, и хозяин сажает его на накопитель месяца на три. Не принёс — спрашивать будут владельцы кристаллов, и так, что никому не понравится. Корн кивал так, будто слышал это сто раз. Может, и слышал.

Пока они торговались про цену, которую тут говорят на словах, я разглядывал бытовую полку. Струя воды, очистка, пузырь тишины, свежий воздух, сфера тепла, сфера холода. Струёй можно облить тварь и бить по ней молнией, только молний у нас и так три штуки, от иммуна к молнии вода не спасёт, а поливает нас и так бесплатно, уже почти месяц. Полезно разве что в сухом разломе. Пузырь воздуха пригодился бы Корну с его кислотами, но у Корна и так купол с лечением. А зачарования на оружие или тело на полке не нашлось вовсе, хотя в игре были. Маги не часто лезли в ближний бой, но бывало. Правда, мне все равно бесполезно, потому что мана и Ци в одном сосуде его рвут. Первая задача из бестиария.

Корн сунул мне кристалл корней, подержать. Я зажал кристалл в латной перчатке и потянулся к нему маной, как умел. Внутри что-то было, плотное и упругое, перекрученное и перемешанное. Что именно, я не понял.

Эльма тем временем брала кристаллы по одному и держала на ладони, закрыв глаза. Молнию она держала дольше всех, и лицо у неё при этом было не очень довольное. Потом отдала Корну. Шаг — быстро, купол и лечение тоже. Ледяное копьё она подержала и положила обратно на прилавок.

— Этот не бери, — сказала она. — Узел плывёт.

Хозяин моргнул.

— С накопителя только сняли, госпожа. Дойдёт.

— Дойдёт — принесёшь, — сказал Корн. — А пока у тебя узлы плывут, ты и за остальные скинешь. И этот замени.

— Помилуйте, мастер…

— Помилую, — согласился Корн. — Как скинешь.

Торговались они после этого ещё долго, но уже иначе. Хозяин теперь всё время косился на Эльму, будто она могла взять с полки любой его кристалл и сказать про него что-нибудь вслух. Копьё в итоге принесли другое, из задней комнаты, где, видимо, и стояли накопители. Эльма подержала его и кивнула.