Чтение онлайн

– Какое это вообще имеет значение? – Он опасно проскочил перед автобусом на повороте, и я нахмурилась. – Ника моя подруга, и точка.

– Она позавидовала тебе – разве это не наводит ни на какие мысли?

– Что за чушь! Нике незачем кому-то завидовать: у нее есть все, чтобы быть абсолютно счастливой.

Слишком смешно было даже предполагать, что она могла пожелать что-то, что имелось только у меня. Мозги, которые умели только складировать параграфы из учебников? Или крохотную комнатку, называемую громким словом «отдельная квартира»?

А может, ей вдруг не хватило стеснительности и косноязычия при виде понравившегося парня? Ника была богата, изысканна и выбирала только лучшее. А это лучшее неизменно отвечало ей взаимностью.

– Ага, – заявил Стас. – Притащить тебя в стрип-бар и бросить среди толпы, умыкнув сумку – теперь я знаю, что делать, когда буду абсолютно счастлив. Пойдешь со мной в бар?

– Ты ничего не понимаешь, – упрямо возразила я. – Судишь только по самой верхушке.

– Спорю, ты гораздо красивее ее, вот она и бесится.

– А-а-а, – я запустила пальцы в волосы, чтобы отгородиться от его насмешки. Каждым новым виражом подвергая нас опасности, он умудрялся находить время, чтобы ловить мой взгляд в зеркале и впрыскивать под кожу свербящее беспокойство. Словно не в силах усидеть на месте, он заставлял двигаться не только машину, но еще и меня – и я ерзала, пытаясь найти остроумный ответ, но в голову не лезло ничего, кроме «сам дурак».

– Да вы покраснели, Александра.

– Ты сильно ошибаешься, если думаешь, что меня так легко смутить. – Неправда, но ему незачем об этом знать.

– Конечно, двенадцать часов назад ты танцевала стриптиз.

Благодарность, которую я испытывала последние полчаса, потонула в раздражении гораздо быстрее. Стас не умел удерживать положительное впечатление. Еще мгновение назад я готова была признать за ним правоту и даже согласилась бы, что в профиле, повернутом к дороге, больше красоты, чем ехидства, как он снова вернул меня к реальности. Он помогал мне не из благородных побуждений, ему просто было скучно. Конечно, я бы тоже умаялась, если бы целыми днями делала только то, что хотела.

– Подумай, – тем временем сказал он. – Неужели ни разу эта твоя Ника не поступала по отношению к тебе сомнительно?

– Нет, – соврала я, не моргнув.

Поступала, но это не имело никакого значения. Будучи с самого детства избалованной, она думала о себе чаще, чем о других, но это вписывалось в рамки нашей дружбы, потому что я ценила ее за живой характер и умение поднять мне настроение, а не за сочувственное похлопывание по спине. Ника была так воспитана – яркая, легкомысленная бабочка, но мне хватало вокруг погруженных в свои заботы людей, чтобы нуждаться в них еще больше.

– Почему я никогда ее раньше не видел? Если так подумать, я ни разу не видел, как к тебе вообще бы кто-нибудь приходил. Даже родители.

– Это… не твое дело, – опять он выбил из меня дыхание одним своим неудобным вопросом. – Сам-то ты тот еще гостеприимный хозяин.

– Я приглашал тебя, но ты же вечно занята.

– Пф.

– Что – пф?

– Мы живем в двух шагах друг от друга

и могли бы петь дуэтом даже через стенку – какой смысл ходить друг к другу в гости?

– Может, потому что этого мало, если хочешь узнать человека поближе.

– Зачем?

– Ты нарываешься, Саша. Не задавай таких вопросов, если не готова услышать правду.

Опять он говорил непонятно. В конце концов, это начинало утомлять, особенно в свете того, что он уже успел обо мне узнать: у зубрилы оказалось чуть меньше принципов, чем виделось со стороны – бар, пьянство, потерянные трусы, еще и в подружках богатенькая эгоистка. Конечно, нужно обязательно пригласить ее на кофе.

– Притормози здесь, ладно? – попросила я, когда показалась подъездная дорожка к нужному гаражу. Ника жила с родителями не больше пары месяцев в году. Будучи постоянно в разъездах, они, в основном, общались в интернете, предпочитая посылать воздушные поцелуи через экран, а для подарков оформляли курьерскую доставку. Она частенько говорила: «Чувствую себя, словно на необитаемом острове», хотя вряд ли в доме, где умещались собственный гараж и крытый бассейн, могла быть по-настоящему одинокой.

– Не ходи, пожалуйста, – сказала я, когда уже закрывала дверь. – Меня не нужно защищать от Ники – ты ее совсем не знаешь, а значит, не имеешь никакого права считать плохой.

– Хорошо. Но если ты не выйдешь из этого дома через десять минут, мне придется нарушить свое обещание.

– Не веди себя, как папочка.

Стас улыбнулся слишком двусмысленно, но у меня оставалось все меньше времени, чтобы именно сейчас размышлять над тем или иным движением его губ. Часы тикали, вынуждая торопиться, чтобы получить, наконец, свои сумку, флэшку, кошелек и нормальную, размеренную жизнь обратно.

Ника долго не отвечала на звонок, и я даже успела впасть в легкую панику. Но когда спустя пять минут по ту сторону двери все же раздался стук каблуков, я едва не повернулась с торжеством в направлении машины. Стас должен был увидеть, что у меня есть, на кого положиться, кроме случайно подвернувшегося под руку соседа.

– О, привет! – Ника была при параде, хотя она всегда так одевалась. – Что-то случилось?

– Да, моя…

– Прости, что так долго открывала – у домработницы выходной.

– Я звонила тебе все утро, почему не отвечала?

– Разве? – Она слегка нахмурила идеально прорисованные брови. – Должно быть, телефон стоял на беззвучном. Ты не против? Я спешу.

Не сразу я поняла, что она имеет в виду – сделать шаг назад, чтобы пропустить ее на крыльцо. На локте у Ники висела огромная сумка, в которую поместились бы пять таких, как моя.

– Представляешь, я совсем забыла, что записалась на массаж, – сообщила она, нажимая на кнопку, чтобы дверь гаража поползла вверх. – Если бы не автонапоминание, так бы и торчала в ванной. А ты почему такая взъерошенная? Саша, я же говорила: ты можешь не краситься, но волосы всегда должны быть в порядке. Что, если бы тебя увидел тот самый, о ком ты столько грезила? Ты как будто проснулась и сразу свесила голову из окна.