Лебедь
Шрифт:
– Приходи сегодня в мой клуб. Платить ни за что не надо.
– Нет-нет, приходи ко мне. Там будет Микки Рурк. Кстати, Мэл Гибсон, когда бывает в Милане, всегда ходит именно к нам. Тебя довезут бесплатно. Вход свободный. Выпивка за наш счет. Вот, возьми билеты, бесплатно.
В лифте Тесс спросила у девушки, что, собственно говоря, все это значит?
– А, это ребята из клубных агентств по связям с общественностью. Владельцы посылают их ловить симпатичных девушек. У них конкуренция – кто затащит в свой клуб больше моделей. Понимаешь, это приманка
Тесс вспомнила о целом стаде «феррари» у входа в гостиницу.
– Но ты запомни, – сказала ей девушка на прощанье, – что бы они там ни обещали, бесплатных ужинов на свете не бывает.
Не успела Тесс как следует разобрать чемодан, как в номер вошла высоченная блондинка, которая, сбросив одежду прямо на пол, направилась в ванную. На Тесс она даже и не взглянула.
Через пару минут дверь в номер снова открылась, и кто-то прямо с порога заявил:
– Не гостиница, а настоящий гадюшник.
– Это точно, – согласилась Тесс. – Я просила, чтобы меня поселили в одноместный номер.
– Да и я просила. Так удобней приводить мальчиков. А ты кто?
– Тесс Такер. Из Лондона.
– А я Джиджи Гарсиа. Ты первый раз в Милане?
Тесс кивнула:
– Я здесь со своим другом.
Джиджи оглядела гостиную:
– Это шутка? Что-то его не видать.
– Он сейчас за городом на съемках.
– Вот как. А как он вообще? Трахается здорово?
– Он – ангел, – мечтательно проговорила Тесс.
– Может, это и хорошо там, на небе, но здесь, на земле, какая тебе от этого польза?
Но Тесс не слушала ее.
– Он выглядит, как настоящий ангел. Длинные светлые волосы, мягкие, шелковистые, и лицо – такое нежное, такое красивое.
– Вообще, по описанию, он похож на пидора, дорогуша. Ну да ладно. Мы здесь что, вдвоем будем жить?
– Не знаю, но… – Тесс указала глазами через плечо Джиджи. Блондинка стояла абсолютно голая и вытирала волосы полотенцем. Стриженная коротко, «под перья», с холодными голубыми глазами и вздернутым носиком, она не могла похвастать бюстом, но зато ноги у нее были никак не короче сорока дюймов.
– Привет. Меня зовут Грета. Я из Швеции.
– Господи, этот скандинавский выговор когда-нибудь сведет меня с ума, – пробурчала Джиджи. – Я Джиджи из Майами. – Не обращая внимания на наготу шведки, Джиджи протянула ей руку. – А ты давно здесь? Можно взглянуть на твой портфолио?
– Конечно. – Грета протянула Джиджи довольно пухлый альбом. – Я в Милане уже около восьми месяцев. Кошмарный город. Сделала серии для «Донны» и «Грации», а в основном – каталоги, каталоги, каталоги, целыми днями одни каталоги. Да еще делала туфли для «Риначенте». Сегодня у меня было одиннадцать встреч. Представляете, «Мондадори» и «Риццоли»– это в районе аэропорта, – приезжаешь, и выясняется, что следующий по расписанию у тебя «Вог», а это в центре, потом опять в аэропорт и в «Риццоли», потом опять в центр в «Амику». Такое расписание – убила бы эту свою агентку! Я уж думала, что хуже Симонетты –
– По-моему, меня как раз и отдали Симонетте, – сказала Джиджи.
– Это кошмар, это…
– Ведьма, а не агент? – вставила Джиджи.
– Точно! – воскликнула Грета, и они обе расхохотались. На Тесс они вообще не обращали внимания, словно ее там и не было.
Зазвонил телефон, и Тесс поспешила снять трубку: а вдруг это Бобби?
– Чао, могу я поговорить с Сюзанной? – Голос мужской, гортанный, с итальянским акцентом.
Тесс посмотрела на Грету:
– Тут Сюзанну спрашивают.
– Вчера улетела.
– Сюзанна уже уехала, – сказала в трубку Тесс.
– Простите, а вы? Что вы делаете сегодня вечером? – мгновенно сориентировался собеседник. Тесс швырнула трубку. Мужчины, мужчины, всюду мужчины. Мужские взгляды, мужские голоса. Почему они всегда преследуют ее?
Снова зазвонил телефон. На этот раз трубку взяла Джиджи.
– Кого? Марию? Грета, что отвечать? Ага. Мария уехала неделю назад. Что-что? Конечно, мне тоже нравится. Когда? О, не волнуйтесь, я найду. Эй, погоди-ка, а почему бы тебе не заехать за мной? А то мне надо немножко вздремнуть, я только что прилетела из Нью-Йорка. Отлично. Договорились. Пока.
Джиджи повесила трубку.
– Грета, ты знаешь, где клуб «Ящерица»?
– Конечно. Может, сегодня вечером мы с тобой там встретимся.
– А ты, Тесс, что делаешь сегодня вечером?
– Мне надо дождаться звонка Бобби. И я хочу лечь пораньше, у меня завтра много просмотров.
Джиджи и Грета картинно закатили глаза.
– Если позвонит мой приятель из Осло, будь добра, передай, что я его очень люблю, – попросила Грета.
– А сама небось в это время будешь трахаться с другим? – подмигнула ей Джиджи. И обе они расхохотались.
Тесс снова почувствовала себя потерянной и одинокой. Ее опять охватило тоскливое настроение, а заклинание «полезно для портфолио» перестало помогать. Шум за окнами и не думал стихать, и, похоже, все ее добродетельные планы насчет «лечь пораньше» – чистой воды утопия. Когда Джиджи и Грета ушли, она села на кровать и принялась было писать письмо родителям, но скоро убедилась, что выходит очень уж жалостливо, и они только лишний раз расстроятся. Она подняла с пола одного из огромных медведей, присланных Грете поклонниками, посадила рядом с собой и крепко обняла.
Зазвонил телефон. Тесс с опаской посмотрела на него. Очередной плейбой? После седьмого звонка она наконец сняла трубку.
– Тесс, это ты?
– Бобби! Господи, как я рада тебя слышать!
– Что случилась, малышка? Ты расстроена?
Тесс выложила ему все сразу: про самолет, про таксиста, про мужчин на улицах, про «Дарсену», про Джиджи Гарсиа… Как обычно, впав в истерику, она забывала все хорошее и потому не сказала ни слова ни о синьоре Марчелло, ни о благоприятных отзывах из «Донны».