Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Кукла

Прус Болеслав

Шрифт:

– Никаких. Меня только удивило столь внезапное решение... Когда я был тут в последний раз, он обещал мне уладить одно дело... Но...

– И прежний Вокульский, несомненно, уладил бы. А новый забыл не только о ваших делах... но в первую очередь о своих собственных...

– Что он уедет, можно было ожидать, - как бы сам с собой говорил Охоцкий, - но мне не нравится эта внезапность. Он писал вам?..

– Никому ни строчки, - ответил старый приказчик.

Охоцкий покачал головой.

– Это было неизбежно, - пробормотал он.

– Почему неизбежно?
– вскинулся

Жецкий.
– Что он, банкрот или заняться ему было нечем?.. Такой магазин и торговое общество - это, по-вашему, пустяки? А не мог он жениться на прелестной и благородной женщине?..

– Не одна бы с радостью за него пошла, - согласился Охоцкий.
– Все это прекрасно, - продолжал он, оживляясь, - но не для человека его склада.

– Что вы под этим понимаете?
– подхватил Жецкий, которому разговор о Вокульском доставлял такое же наслаждение, как влюбленному разговор о предмете его страсти.
– Что вы под этим понимаете?.. Вы его близко знали? настойчиво спрашивал он, и глаза его блестели.

– Узнать его нетрудно. Это был, коротко выражаясь, человек широкой души.

– Вот именно!
– подтвердил Жецкий, постукивая пальцем по столу и глядя на Охоцкого, как на икону.
– Однако что вы понимаете под широтой? Прекрасно сказано! Объясните мне только яснее.

Охоцкий усмехнулся.

– Видите ли, - начал он, - люди с маленькой душонкой заботятся только о своих делах, способны охватить мыслью только сегодняшний день и питают отвращение ко всему неизведанному... Им лишь бы прожить в спокойствии и достатке... А человек такого типа, как он, думает о тысячах, глядит иногда на десятки лет вперед, все неведомое и неразрешенное влечет его неодолимо. Это даже не заслуга, а попросту необходимость. Как железо непроизвольно тянется к магниту или пчела лепит свои соты, так и эта порода людей рвется к великим идеям и грандиозному труду...

Жецкий крепко пожал ему обе руки, дрожа от волнения.

– Шуман, умный доктор Шуман говорит, что Стах безумец, польский романтик!
– заметил он.

– Шуман глуп со своим еврейским реализмом!
– возразил Охоцкий.
– Ему даже невдомек, что цивилизацию создавали не дельцы, не обыватели, а вот именно такие безумцы... Если б ум заключался в умении наживаться, люди поныне оставались бы обезьянами...

– Святые ваши слова... прекраснейшие слова!
– повторял старый приказчик.
– Но объясните мне все-таки, каким образом такой человек, как Вокульский, мог... так вот... запутаться?..

– Помилуйте, я удивляюсь, что это случилось так поздно!
– пожал плечами Охоцкий.
– Ведь я знаю его жизнь, знаю, как он задыхался тут с детских лет. Было у него стремление к науке, но не было возможности его осуществить, была сильно развита общественная жилка, но к чему бы он ни прикоснулся, все проваливалось... Даже это ничтожное торговое общество, которое он основал, принесло ему только нарекания и ненависть...

– Вы правы... вы правы!..
– повторял Жецкий.
– А тут еще эта панна Изабелла...

– Да, она могла вернуть ему покой. Удовлетворив потребность личного счастья, он легче примирился бы с окружающей средой и употребил бы свою энергию в тех направлениях,

какие у нас возможны. Но... его постигла неудача.

– Что же дальше?

– Кто знает...
– тихо произнес Охоцкий.
– Сейчас он похож на дерево, вырванное с корнем. Если он найдет подходящую почву, а в Европе это возможно, и если у него еще не иссякла энергия, то он с головой окунется в какую-нибудь работу и, пожалуй, начнет по-настоящему жить... Но если он исчерпал себя, что в его возрасте тоже не исключено...

Жецкий приложил палец к губам.

– Ш-ш-ш-ш... у Стаха есть энергия... есть. Он еще выкарабкается... выка...

Старик отошел к окну и, прислонившись к косяку, разрыдался.

– Я совсем болен... нервы не в порядке...
– говорил он.
– У меня, кажется, порок сердца... Но это пройдет... пройдет... Только зачем он так убегает... прячется... не пишет?..

– Ах, как мне понятно это отвращение измученного человека ко всему, что напоминает ему прошлое!
– воскликнул Охоцкий.
– Мне знакомо это по опыту, хотя и скромному... Представьте себе, когда я сдавал экзамен на аттестат зрелости, мне пришлось в пять недель пройти курс латыни и греческого за семь классов, потому что я всегда от этого отлынивал. Ну, на экзамене я кое-как выкрутился, но перед тем столько работал, что переутомился.

С тех пор я смотреть не мог на латинские или греческие книжки, даже вспоминать о них было противно. Я не выносил вида гимназического здания, избегал товарищей, готовившихся вместе со мной к экзамену, даже съехал со старой квартиры. Это продолжалось несколько месяцев, и я не успокоился, пока... знаете, что я сделал? Бросил в печку и сжег эти проклятые греческие и латинские учебники. Добрый час вся эта дрянь тлела и дымила, но зато потом, когда я велел высыпать пепел в мусорный ящик, болезнь мою как рукой сняло! Но и сейчас меня еще пробирает дрожь при виде греческих букв или латинских исключений: panis, piscis, crinis*... Бррр... Гадость!

_____________

* Хлеб, рыба, волосы (лат.)

Итак, не удивляйтесь, что Вокульский сбежал отсюда в Китай... Долгая мука может довести человека до бешенства... Но и это проходит...

– А сорок шесть лет, милый мой?
– напомнил Жецкий.

– А сильный организм?.. А крепкий мозг?.. Ну, и заболтался я с вами... Всего хорошего, поправляйтесь...

– Вы уезжаете?

– Да, в Петербург. Я должен присмотреть за исполнением последней воли покойной Заславской, а то благородные родственники собираются оспаривать ее завещание. Просижу там, пожалуй, до конца октября.

– Как только я получу известие от Стаха, тотчас же сообщу вам. Только пришлите мне свой адрес.

– И я вам дам знать, если что-нибудь случайно услышу... Хотя сомневаюсь... До свиданья.

– Желаю вам поскорее вернуться!

Беседа с Охоцким чрезвычайно ободрила пана Игнация. Старый приказчик словно набрался сил, наговорившись с человеком, который не только понимал дорогого Стаха, но даже напоминал его многими чертами характера.

"И он был такой же, - думал Жецкий.
– Энергичный, здравомыслящий и в то же время всегда исполненный возвышенных порывов..."

Поделиться:
Популярные книги

Первый среди равных. Книга VIII

Бор Жорж
8. Первый среди Равных
Фантастика:
аниме
фантастика: прочее
эпическая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Первый среди равных. Книга VIII

Дни и ночи

Горовая Ольга Вадимовна
Любовные романы:
современные любовные романы
9.34
рейтинг книги
Дни и ночи

Покровитель

Кунц Дин Рей
Фантастика:
ужасы и мистика
6.67
рейтинг книги
Покровитель

Нора Робертс

6.25
рейтинг книги
Нора Робертс

Замуж за принца

Блэквелл Элизабет
Любовные романы:
исторические любовные романы
8.53
рейтинг книги
Замуж за принца

Кино

Делёз Жиль
Документальная литература:
публицистика
4.00
рейтинг книги
Кино

Печать мастера

Лисина Александра
6. Гибрид
Фантастика:
попаданцы
технофэнтези
аниме
фэнтези
6.00
рейтинг книги
Печать мастера

Дружба - Этико-психологический очерк

Кон Игорь Семенович
Научно-образовательная:
психология
5.00
рейтинг книги
Дружба - Этико-психологический очерк

Тот, кто знает. Книга вторая. Перекресток

Маринина Александра
5.00
рейтинг книги
Тот, кто знает. Книга вторая. Перекресток

Поместье Кларенс

Девни Перри
Любовные романы:
современные любовные романы
эро литература
5.00
рейтинг книги
Поместье Кларенс

Похорони Меня Ложью

Сото С. М
2. Двойная Ложь
Детективы:
триллеры
5.00
рейтинг книги
Похорони Меня Ложью

Светорада Янтарная

Вилар Симона
3. Светорада
Любовные романы:
исторические любовные романы
8.74
рейтинг книги
Светорада Янтарная

"Дальние горизонты. Дух". Компиляция. Книги 1-25

Усманов Хайдарали
Собрание сочинений
Фантастика:
фэнтези
боевая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Дальние горизонты. Дух. Компиляция. Книги 1-25

Место под солнцем

Марклунд Лиза
Анника Бенгтзон
Детективы:
криминальные детективы
6.00
рейтинг книги
Место под солнцем