Чтение онлайн

Через час ему пришлось признать свое поражение. Джун Мастерсон ничего не прятала. У нее не было ни драгоценностей, спрятанных там, где их вряд ли бы нашел муж, ни любовных писем, тщательно спрятанных в укромном месте, ни компрометирующих записок, спрятанных под матрасом.

Полиция забрала записку, в которой Джун признавалась в романе с Хьюго, но мусорное ведро все еще было почти полным, и Алекс решил его проверить. Он нашел старый список покупок и записку от соседки о неправильно адресованной почте, но больше ничего написанного от руки. Там были две красные обложки

от пустых рунных книг "Счастливый Джек", что объясняло отсутствие корзины для рукоделия, но больше ничего существенного.

Четверть часа Алекс сидел за кухонным столом и размышлял над тем, что ему было известно. Его беспокоило отсутствие черновиков признания Джун. Если бы она действительно хотела оставить мужу письмо, то хотя бы раз переписала бы его. Мысль о том, что она просто написала то, что хотела сказать, с первого раза, казалась неправдоподобной.

Это наводило на мысль, что записку заставили написать ее. Возможно, ее написал кто-то другой. Но кто? И зачем? И как?

У Алекса не было ответов ни на один из этих вопросов. У него даже не было никаких предположений. Скорее всего, целью был Хьюго, а Джун была лишь орудием в руках убийцы, но, насколько мог судить Алекс, у убийцы не было причин убивать Хьюго. Он не работал с информацией, которая могла бы скомпрометировать его клиентов, и у него не было клиентов, связанных с мафией.

Казалось, что предвыборная гонка за пост мэра могла стать мотивом для убийства. Если бы Хьюго узнал, что кампания что-то замышляет, это могло бы подвергнуть его опасности. Но кампания должна была отчитываться о каждом своем шаге перед штатом, который, несомненно, отправил бы к ним аудиторов. Если бы они делали что-то не по правилам, Хьюго бы об этом не узнал. Кроме того, эта теория могла бы сработать только в том случае, если бы кто-то из ближайшего окружения Эшфорда был связан с Джун и у него были серьезные компрометирующие материалы.

Это было маловероятно.

Слишком много совпадений.

Алекс понимал, что в квартире Мастерсона больше нечего искать, но все же взял свою сумку с инструментами, достал мультилампу и окулус и еще полчаса осматривал квартиру, но ничего не нашел.

Признав свое поражение, он собрал инструменты и посмотрел на часы. Было уже почти три. Лесли должна была быть в архиве, заниматься исследованиями, поэтому он не мог ей позвонить. Вместо этого он вышел на улицу, поймал такси и попросил водителя высадить его у Центрального управления полиции.

Когда полчаса спустя Алекс подошел к его столу, Дэнни Пак выглядел уставшим. Под глазами у него были темные круги, он сидел, ссутулившись. Очевидно, ночная смена далась ему нелегко.

— Ты выглядишь ужасно, — сказал Алекс, когда Дэнни наконец обратил на него внимание.

— Вчера засиделся допоздна, — ответил Дэнни, и на его лице появилась усталая улыбка.

Алекс присел на край стола Дэнни, достал сигарету и предложил ему.

— Что случилось? — спросил Алекс, прикуривая от медной зажигалки, пока Дэнни чиркал спичкой. — Узнал что-нибудь интересное после разговора с Уэстлейками?

Дэнни приподнял

бровь, и к нему, кажется, вернулся румянец.

— Ты хочешь сказать, что твои клиенты тебе не рассказали? — спросил он. — Владелец клуба запер свою дочь в подсобке. Нам пришлось выломать дверь, чтобы её вытащить.

Это звучало неправдоподобно. Когда Алекс встретился с Джорджем Шериданом, владелец клуба без утайки признался, что Вивиан Уэстлейк была у него. Зачем ему было это делать, если на самом деле он держал её в заложниках? И почему, зная, что Алекс сразу обратится к семье, Шеридан оставил её в клубе, когда приехали Дэнни и копы?

— Мы отвезли её к родителям, — продолжил Дэнни. — Она была очень рада их видеть.

— Что сказал Шеридан, когда вы пришли? — спросил Алекс.

— Его не было на месте, — ответил Дэнни. — Но после того, как он попытался вышвырнуть тебя, лейтенант дал нам ордер на обыск. Когда мы осмотрели помещение, то нашли мисс Уэстлейк запертой в кладовой за эстрадой.

Всё это не вязалось с рассказом Алекса. Шеридан явно считал себя крутым парнем, но глупцом его назвать было нельзя.

— Что тебе рассказала Вивиан? — спросил он.

Дэнни пожал плечами.

— Только то, что считала Шеридана хорошим человеком. Наверное, он сказал ей, что её родители наняли тебя, и она испугалась, захотела домой. Тогда Шеридан и запер её.

Алекс кивнул. Всё это по-прежнему не укладывалось в голове, но, возможно, Шеридан вышел из клуба, чтобы найти место, где можно спрятать Вивиан. Все это по-прежнему не давало ему покоя, но теперь, когда Вивиан вернулась домой, его работа была сделана. — Тебе удалось схватить Шеридана?

Дэнни улыбнулся и кивнул.

— Он заявился как раз в тот момент, когда мы уходили, и потребовал объяснить, что мы там делаем. Пока мы с тобой разговариваем, он прохлаждается внизу, в изоляторе.

— Что он говорит?

— Он быстро замкнулся, — ответил Дэнни. — Заявил, что хочет видеть своего адвоката. Но Каллахан его знает. Этот мелкий пройдоха раньше работал на преступный клан Росоно, но был мелкой сошкой.

— У него все еще есть связи с мафией? — спросил Алекс. Он с недоверием относился к клану Росоно с тех пор, как помог Дэнни вывести из строя их информатора в полицейском управлении, бывшего окружного прокурора Ачесона Смита. Насколько ему было известно, Лаки Тони Касетти, глава клана, не проявлял никакого интереса ни к нему, ни к Дэнни, но всякий раз, когда упоминалось имя Росоно, он навострял уши.

Дэнни пожал плечами.

— Кто знает? Пусть этим занимается прокурор штата.

— Что ж, молодец. Продолжай в том же духе, и к тридцати годам ты станешь лейтенантом.

— Продолжай выставлять меня в выгодном свете, — усмехнулся Дэнни.

— Да, — сказал Алекс, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто их не подслушивает. — Кстати, об этом. Мне нужно взглянуть на полицейское досье по делу об убийстве Айерса.

Дэнни на мгновение нахмурился, а потом вспомнил.

— Ты сказал, что это дело ведет детектив Лоу? Ты же знаешь, что я не должен лезть в дела других детективов.