Херонейский Лев
Шрифт:
— Пошли, сын мой, к навесу, а то боюсь, наши стратеги ещё съедят Демада и остальных афинян. Их терпение ведь порой бывает слабовато! — хохотнул он, зашагав обратно к мерцающим кострам. — Не хочешь ли выпить со мной? Хотя бы пару кубков в честь своего назначения и за упокой павших ребят?
Александр быстро догнал отца и поравнялся с ним, подстроив свой шаг под его хромую поступь. Семёрка соматофилаков, повинуясь движению басилевса, развернулась: яркие пятна фонарей теперь плыли впереди, прогоняя тьму и освещая царю и его наследнику путь посреди уснувшего поля.
— Ну-у… — протянул Александр, которому не хотелось больше прикасаться к вину, но
Филипп тут же расплылся в довольной ухмылке, так как уломать Александра удавалось ему нечасто, и каждая такая маленькая победа доставляла старику удовольствие. Прибавив ходу, басилевс весело и с лукавым задором спросил:
— А угадай-ка, кто сегодня тоже был на этом поле?
— Даже не догадываюсь, — пожал плечами Александр. — Сегодня здесь была почти вся Эллада и Фракия, а твоих врагов среди них не перечесть. Ты ведь говоришь о ком-то из них?
— Верно-верно! — со смехом закивал басилевс. — Демосфен! Афиняне за столом проговорились, что их великий оратор честно стоял в строю фаланги. Правда, как только запахло чёрной похлёбкой, наш софист бросил щит и дал такого дёру, что только пятки сверкали! Эх, а я ведь так хотел с ним потолковать…
— Потолковать? — удивился Александр. — О чём?
— Да просто мы с ним враждуем уже лет так двадцать. Он защищает Афины, и за это я его даже уважаю, но он… — Филипп выпятил губу, пытаясь подобающе выразить мысль, как вдруг оступился и едва не рухнул через притаившуюся в траве глыбу. Александр вовремя подхватил отца за локоть, не дав ему позорно растянуться в грязи. Басилевс благодарно крякнул, выпрямился и как ни в чём не бывало продолжил: — Так вот! Он слишком уж любит переходить на личности. Я, конечно, тот ещё засранец, тут не поспоришь, но он из меня в своих речах вылепил прямо Тифона! Я ужасно хочу спросить его: откуда он берёт всю эту чушь?
— Неужели он выдал что-то новое в своих «Филиппиках»? — с искренним любопытством поинтересовался Александр. — Я что-то пропустил?
— Конечно пропустил! — широко взмахнул Филипп руками, чуть не заехав сыну по лбу. — В последней своей речи перед Народным собранием он на полном серьёзе заявил на всю Агору, будто у меня сто жён. Сто! Александр, понимаешь?! И ведь половина Эллады, клянусь богами, поверила в эту басню! Откуда он вообще вырыл эту цифру? У меня и с твоей-то матерью головной боли на десять цариц вперёд, а он мне приписал целую сотню!
Слушая возмущённые выкрики отца о новых выдумках Демосфена, Александр не сдержался и громко расхохотался. Они шли посреди усеянного трупами поля недавнего побоища, но для него это были минуты редкого счастья. В этот вечер Александр дал себе обещание…
Он запомнит на всю жизнь Херонею, её Львов и смех Филиппа Македонского у берегов Кефиса.
– -----------
Глоссарий:
Братская могила фиванцев у Херонеи (фиванский полиандрион) — это массовое захоронение воинов Священного отряда из Фив, которые полностью погибли 2 августа 338 года до н. э., сдерживая удар конницы Александра. В то время как союзники бежали, 300 фиванских гоплитов отказались отступать и пали в ближнем бою. Похоронили их неподалёку от места схватки, а над могилой воздвигли Херонейского Льва — каменную статую высотой 3,8 метра на высоком постаменте. В XIX веке разрушенный турками монумент нашли заново, а в 1902–1904 годах полностью восстановили на историческом месте. Раскопки археолога Панайотиса
Дипломатическая миссия Александра в Афины осенью 338 года до н. э. — важный дебют молодого Александра, прибывшего в город вместе с Антипатром вскоре после битвы при Херонее. Этот визит стал образцовой акцией македонской «мягкой силы». Во время него македоняне передали афинянам прах их павших воинов, кремированных за свой счёт. Главным же дипломатическим жестом стало безвозмездное возвращение более двух тысяч афинских пленных без требования выкупа и с сохранением их личного имущества. Пребывавший в городе Александр сумел произвести приятное впечатление на напуганных афинян: воспитанный Аристотелем, он демонстрировал глубокое уважение к местной культуре, совершил жертвоприношения на Акрополе и засел в Академии Платона. В результате этой миссии Афины предоставили Филиппу и Александру звание почётных граждан, а сам полис признал гегемонию Македонии и одним из первых вошёл в Коринфский союз.
Курган македонян в Херонее (македонский полиандрион) — это погребальный холм в Беотии, возведенный над братской могилой македонских воинов, павших в знаменитой битве при Херонее в 338 году до н. э. В отличие от греков, македоняне предали павших воинов торжественной кремации прямо на поле боя. На месте погребения был устроен гигантский костер. Археологи обнаружили в центре кургана слой золы и запекшегося праха толщиной до 0,75 метра, а также обугленные бревна. Этот курган высотой 7 метров был детально исследован греческим археологом Георгиосом Сотериадисом на рубеже XIX–XX веков. Под землей были найдены обгоревшие доспехи, детали одежды, мечи и, что самое важное, длинные железные наконечники македонских сарисс, а также монеты эпохи Филиппа II.
«Да погибнут те, кто смеет подозревать этих мужей в том, что они совершили или претерпели что-либо постыдное» — слова царя Филиппа II, произнесенные им на поле боя после битвы. Согласно Плутарху, он осматривал груды тел погибших врагов и остановился на том участке, где в полном вооружении, грудью встретив удары македонян, лежали воины Священного отряда. По преданию, глядя на них царь пустил скупую слезу и промолвил эту фразу, которой выразил уважение доблестью врага и жестко пресек любые насмешливые суждения о характере взаимоотношений внутри отряда.
Совет Филиппа II Александру — наставление македонского царя своему сыну, зафиксированное Плутархом. Отдавая Александра в руки Аристотеля, Филипп призвал его усердно заниматься философией со словами: «Надеюсь ты не сделаешь многого из того, что сделал я и в чем теперь раскаиваюсь». Этим советом царь стремился уберечь сына от политических ошибок, семейных усобиц и импульсивных поступков, которые совершал сам в ходе борьбы за власть.
Коринфский союз — это военно-политическая федерация греческих городов-государств под эгидой Македонии, созданная царем Филиппом II на конгрессе в Коринфе в 338–337 гг. до н. Союз был учреждён после битвы при Херонее, где Филипп разгромил греческую коалицию, и фактически зафиксировал потерю полисами политической независимости в обмен на внутреннюю стабильность.
Острова
5. Бронебойщик
Фантастика:
боевая фантастика
рейтинг книги
Чёрная магия (Сборник)
Шедевры фантастики
Фантастика:
фэнтези
рейтинг книги
