Чтение онлайн

Рысь вернулся уже после полудня, живой и невредимый, но такой грязный, что Эгирон, разбуженный его возвращением, даже глаза потер, проверяя, не привиделось ли?

— Яур, где тебя носило?!

— В тоннеле. — Рысь содрал с себя безнадежно убитую рубаху — Честно, там не было ничего интересного.

— А что было не интересного?

— Сырость, плесень, пещера, затопленная водой. Может, хранилище какое-то было, а может, святилище. Теперь уже не разобрать.

— А что в пещере? — продолжал выпытывать Эри.

— Ничего, там было пусто,

за исключением одной старой шкатулки. — ответил он и покосился на Докину — Она была вся в плесени и слизи. Я вынес ее на свет и понял, что она деревянная и обита старым серебром.

— Что было в шкатулке? — вздрогнула мертвая леди.

— Если в шкатулке что-то и было, то давно превратилось в ржавчину и труху. — закончил Яур рассказ — Я бросил ее там же, где открыл.

— Ты целую ночь и все утро лазил по тоннелям и пещерам, чтобы найти старую прогнившую шкатулку? — поразился Эгирон.

— Что поделать? Если там и было что-то интересное, то это растащили еще до меня. — ответил Яур и ушел в ванную комнату.

Вслед за ним прямо сквозь дверь просочилась Докина. Она выглядела беспокойно и дрожала всем эфемерным телом:

— Я вспомнила… кое-что… Я тогда, когда Ноэль отдала эту шкатулку, спрятала ее там, в той пещере. Это была я. Я не знала, что внутри, Ноэль запретила смотреть. Знаешь, она была самой близкой моей подругой. — из ее глаз градом полились призрачные слезы, падая с аккуратного круглого подбородка и исчезая в пространстве — Я взяла у нее радолу. Тот, другой ты, не должен был найти эту шкатулку. И когда ты, то есть, он, пришел, я сама отравилась, чтобы эта тайна умерла вместе со мной.

Она постояла немного, тихонько всхлипывая и горестно подвывая в пустоту, потом посмотрела на Рысь несчастными глазами:

— Я сама спрятала, сама и показала. А еще я сама себя убила.

Яур стоял и не мог даже пошевелиться. Он не вышел из этого оцепенения, даже когда леди Кирентар ушла. Казалось, блестящий знак водоворота печет ему кожу даже через ткань кармана.

Кто был этот человек с его лицом? И как много у него двойников?

«Ты был одарен, как никто другой, и твоя сила испортила тебя»

«Я разделила тебя надвое, чтобы ты не смог больше желать смерти, и не разрушал наши творения»

«Кирен»

Неужели, это все… он сам?

***

Дверь с позолоченной короной плыла перед глазами, словно обладательница этих глаз вот-вот упадет в обморок. Неуверенный стук костяшек по двери, потом уже уверенный, а после она замолотила кулаком с такой силой, словно надеялась выбить эту дверь. И, о чудо, ей открыли. Русоволосый юноша, Кей, окинул ее удивленным взглядом:

— Чем могу помочь, леди?

— Прошу вас, помогите! — этот жалкий стон был единственным, на что ее хватило.

Очнувшись, она обнаружила себя на кушетке, в нее с тревогой вглядывались сразу три лица: худенькое и бледное Кея, мужественное Эгирона и будто точеное усталое Яура.

— Леди…

— Виона, лорды, просто Виона. — представилась она, приподнимаясь

и пытаясь изобразить книксен — Ваше Высочество…

— Бросьте, мы не на церемонии. — перебил ее Эгирон — Что с вами случилось?

— О, это ужасно…

Рыси срочно пришлось искать носовой платок, поскольку девушка зарыдала так отчаянно, что даже Эгирон, давно привыкший к женским истерикам, растерялся.

— Вы же помните меня, я фрейлина принцессы Торхада.

— Вас двое одинаковых. Близняшки? — подержал беседу Яур. Эгирон был не в состоянии из-за ее обильного слезоразлива, а Кею видимо было все равно.

— Да. Моя сестра, Риота, и Ее Высочество… пропали! — и новая волна бурных рыданий.

— Виона, прошу вас, перестаньте. — мягко заговорил Рысь, будто обволакивая ее голосом — Успокойтесь и расскажите все по порядку.

— Да, я скажу. Я все скажу. — она вытерла лицо, несколько раз глубоко вздохнула, успокаиваясь, и начала рассказ. Ее голос дрожал. Пальцы нервно мяли ткань платка — Эилин всегда была жестокой, ради своих целей готовой на все. Мы привыкли во всем с ней соглашаться, иначе… она могла превратить жизнь в настоящий кошмар. Тогда, в вашей спальне, — она посмотрела на Яура, — это была я. Эилин заставила меня прийти к вам.

— Зачем? — не понял Рысь.

— Видите ли… Мне неловко об этом говорить…

— Говорите, как есть. — Эгирон мягко коснулся ее колена в попытке поддержать — Обещаю, за пределы этой комнаты ваши переживания не распространятся.

— Хорошо. — Виона стыдливо уперла глаза в пол — Еще там, в Торхаде, у нас ходил слух, что Вы, Ваше Высочество… Что у Вас есть фаворит, и даже имя его было известно…

— Фа… Кто?! — глаза у Эгирона стали похожи на блюдца, Яур чуть не рассмеялся, глядя на его лицо.

— По этим слухам Ваш фаворит носил прозвище Рысь.

Вот теперь глаза пучил Яур, переглядываясь с принцем таким интересным способом. Кей прикусил губу до крови, сдерживая смех.

— Но когда мы прибыли сюда, она ошибочно приняла за Рысь Вашего телохранителя. Вы назвали его «мой Кей», этого было достаточно, чтобы Эилин сделала выводы.

Кей решил не отставать в соревновании по художественному выпучиванию глаз. Виона подняла глаза, пытаясь определить их реакцию на ее слова, и не удержалась. Стресс выплескивался из нее диким хохотом, она извинялась, зажимала рот руками, но никак не могла остановиться. Все трое выглядели так, будто проглотили собственные мечи.

— Смею заверить, я абсолютно нормален. — выдавил Эгирон.

— Да, как сказать? — ухмыльнулся Рысь и мурлыкнул — Мой Эри-и-и…

— Я тебя прибью сейчас! — взвился Эгирон, но Рысь быстро выставил перед собой Кея, как щит:

— Не двигайся! У меня твой Кей! А вообще, нечего было двусмысленные шутки отпускать! Не все же с таким чувством юмора, как у тебя.

— Когда это я такие шутки отпускал?!

— Да при всем дворе заявил, что любишь меня больше всех!

— Но я же не то имел в виду!