Чтение онлайн

Я хотел было подогнать тележку, на которой и привез сюда ульи, но мастер остановил меня:

— Не нужно. С ней мы слишком долго провозимся, да и шуму от колес… — он недовольно поморщился, а потом сделал пальцами замысловатый жест, отчего на короткий миг вспыхнули магические конструкты, а пчелиные дома мягко поднялись в воздух. И правда — так намного легче, быстрее и тише.

В сопровождении свободно парящих конструкций с взволнованно гудящими внутри пчелами, мы вышли за ворота и отправились к темнеющему на фоне звездного неба лесу. Справа виднелись походные палатки вокруг разведенных костров и силуэты воинов в доспехах,

стоящих дозором — лагерь прибывших зверолюдов. Их мы обошли по широкой дуге — незачем беспокоить чуткий звериный слух.

Топать нам пришлось неблизко, чтобы обойти лес и в трех контрольных точках оставить ульи, замаскировав их густым кустарником. С каждым роем я ментально «поговорил», пообещав наутро веселую игру с наблюдением за шумными теплокровными и, возможно, мелкими пакостями.

Вернулся в палатку я уже ближе к полуночи, от усталости и множества пережитых эмоций заснув сразу, как только голова коснулась подушки, с намерением крепко проспать до самой побудки…

…чему не суждено было сбыться. Меня разбудило гудение над самым ухом, кажется, едва ли не сразу, как я закрыл глаза. Сонно проморгавшись, понял, что прямо перед моим носом жужжит пчела — не из тех крох, что жили в роевнике, а из ближайшего улья — из тех, что мы с наставником отнесли к лесу. В полутьме палатки она издавала тревожное жужжание и выделывала в воздухе узоры, которые я, напрягая зрение, разобрал: «Враг! Нападение! Тревога! Семья под угрозой!». Подскочив с лежака, я уже хотел было бежать к командиру с воплями о наступлении, но тут же одернул себя. При масштабном нападении всполошились бы все рои, а сообщение пришло только с одного улья. Может, какая-то живность из леса?

Если это кто-то крупный, мы с пчелами можем и не справиться. Решив перестраховаться, тихо растолкал Ардаля, приложив палец к губам, призывая к молчанию. Жестом попросив его одеться и следовать за мной, на цыпочках вышел на улицу в сопровождении полосатого гонца. Ноктион выскочил следом довольно шустро, так что вскоре мы вместе двинулись к воротам. По пути я шепотом объяснил другу, что случилось, в ответ видя в его глазах разгорающийся пожар азарта.

— На воротах дозорные, нас вряд ли выпустят просто так… — с сомнением проговорил он.

— Да, один я бы роем перемахнул через стену…

— Есть идея!

Он потянул меня в сторону от ворот, туда, где было потемнее и не было жилых палаток поблизости. Конечно, как я мог забыть, что Ардаль — маг земли! Так что он с помощью нехитрых жестов смог создать подкоп под стеной, по которому мы спокойно вышли наружу, хоть и согнувшись в три погибели. Свежий воздух здесь ощущался сильнее, так что я, поежившись, принял полную форму Пчелы — хитин лучше защищал от холода. Ардаль на меня только завистливо покосился и, поежившись, продолжил путь к лесу.

С опушки доносились тревожное и яростное жужжание, а еще тяжелая возня и недовольное порыкивание. Ускорив шаг, в свете луны мы увидели темный массивный силуэт, что неуклюже отмахивался от наседающих на него пчел одной лапой, а другой пытался поддеть улей, то ли пытаясь опрокинуть его, то ли снять крышку.

— Так-так, кто тут у нас?

Ноктион небрежным движением пальцев сплел сверкнувший конструкт магии земли, топнул ногой и по влажной от росы земле пробежала волна, захлестнув нападающего и зафиксировав в неподвижном состоянии.

— Похоже,

у нас тут косолапый лакомка, — усмехнулся я. — Подержи его так, пожалуйста, сейчас проучим, чтобы и близко не подходил.

Пчелам даже командовать не пришлось — насекомые моментально облепили огромную тушу, угрожающе жужжа в поисках уязвимого места, а нарушитель их спокойствия испуганно заревел. Уж кто-кто, а эти малышки умеют отомстить обидчику, да так, чтобы надолго запомнилось.

Неожиданно ревущий силуэт уменьшился прямо на наших глазах и из каменных тисков раздался жалобный мужской голос:

— Пощадитеее… Я больше не будууу…

Мы переглянулись. Не показалось?

Я легонько кивнул, и Ардаль верно понял мой жест: взмахнул рукой, отпуская нити конструкции, отчего каменная ловушка осыпалась мелкими камнями, что быстро скрылись в породившей из почве. Темный силуэт обессиленно осел на землю, а пчелы, повинуясь моей команде, поднялись в воздух и отлетели поближе к улью, виднеющегося среди помятого кустарника. Но остались наготове — мало ли, вдруг нападение возобновится? «Мои бдительные малышки, ” — умилился я и подошел к незваному гостю, оставаясь все так же в форме Пчелы:

— Кто такой? Зачем полез к пчелам? — Я был спокоен, зная, что друг меня прикрывает, да и рой не спускает глаз.

— Боромир я… — обреченно прогудел незнакомец. — Тут так вкусно пахло медом, что не удержался… Дозорные говорили, что в лесу могут быть чудища, но я ж сюда только, на опушку…

Я закрыл лицо ладонью и тяжело вздохнул, раздумывая: смеяться мне в этой ситуации или ругаться на нерадивого косолапого? То, что этот, по всей видимости, медведь, пришел из лагеря зверолюдов, стоило догадаться. Но полезть к неизвестному улью с пчелами! Среди ночи, в незнакомом эльфийском лесу!

— Меня звать Элранд Талонс, — решил я представиться в ответ, и кивнул в сторону напарника по невольной ночной разведке. — Мой друг, Ардаль из рода Ноктион. Этой мои пчелы и мед в ульях — тоже мой. Прежде, чем лезть к чужому имуществу, изволь спросить разрешения у хозяев. Так принято на землях Великого Древа!

Я пожалел, что второпях забыл взять с собой фонарь — глубокой ночью опушку освещал лишь тонкий месяц да яркие летние звезды. А пчелы в темноте видят не очень хорошо. Без источника света Боромир виделся мне лишь темной массивной фигурой, неловко распластавшейся по земле, и источал резко-пряный запах мускуса и медвежьей шерсти. Нарушитель пчелиного спокойствия понурил голову и покаянным голос принялся извиняться:

— Прости меня, Великий пчеловод Элранд Талонс! Обещаю, больше ни шагу не сделаю к пчелам, не испросив позволения! Клянусь, отплачу я тебе за свой промах, добрую службу сослужу!

Похоже, мишка и впрямь искренне раскаивался, хоть и странными обещаниями начал сыпать. Не удержавшись, я широко зевнул и кивнул:

— Извинения приняты, Боромир. Иди-ка ты к своим, да выспись хорошенько. Нечего ночью по эльфийским лесам гулять, если не знаешь, что тебя здесь ждет.

Суетливо поднявшись и пробормотав пожелания хорошей ночи, наш новый знакомый бодро умчался в сторону виднеющегося лагеря. А мы с Ардалем, вовсю зубоскаля над косолапым увальнем и ругаясь за порушенные им кусты и улей, навели порядок. Нельзя все оставлять в разрухе на ночь.