Чтение онлайн

— Неважно, — не хочу сдавать маму, но думаю, это и так очевидно. — Скажи мне только, если я могу чем-то помочь…

— Зачем? — папа выпрямляет спину и, как будто передумав, отставляет виски в сторону. — Всё уже решено.

— В смысле? — искренне недоумеваю. — Как это? Я видела рапорт, — иду до конца в намерении быть, наконец, откровенной.

— Видела, говоришь? — скептически.

— Да! Видела и даже читала. Литвинов подал на тебя рапорт о ненадлежащем исполнении.

Папа придвигается ближе, кладёт руки на стол и смотрит внимательно.

— Эх,

Алёнка. Что бы ты там не видела, похоже — поняла неправильно.

Вопросительно вздёргиваю бровь.

— Что там можно неправильно понять, па? Он хочет тебя посадить.

— Милая… Если бы он хотел меня посадить, я бы уже сидел, — усмехается. — Дело в том, что он всегда хотел только одного — помочь мне.

— Ты не мог бы изъясняться немного понятнее? — невольно раздражаюсь.

— Ты плохо ориентируешься в этих вопросах, доча. Я в «разработке» с момента, как пришёл на эту должность. Работа такая — отвечать. На каждого сотрудника есть «личное дело», и я — не исключение. Каждый день за последние сорок лет я сталкивался с плохими людьми. В таком положении остаться незапятнанным просто невозможно.

— Я уверена, что всё, что ты делал, па, было всегда лишь во благо…

— Дослушай. Когда я ушёл в отставку в прошлом году, настал момент сводить счёты. Личное дело достали. Механизм был запущен, — молчит несколько секунд. — Время разбрасывать камни, и время собирать камни.

— Если ты таким образом его оправдываешь…

Останавливает меня раскрытой ладонью.

— Алексей решил взять всё в свои руки. Знаешь, как говорят? Если не можешь предотвратить драку, надо её возглавить.

— Философ из тебя никакой, па. Прокурор — лучше. Я ничего не понимаю.

— Я хочу сказать, что проверки было не избежать. Это было как бы… предопределено. Алексей сделал единственно возможное в этой ситуации — взял на себя управление, подав рапорт и опередив других.

— Ты хочешь сказать… он подал этот рапорт, чтобы помочь тебе? Звучит, как бред, — мотаю головой неверяще.

— Именно. Причём с большим риском для своей карьеры. Уж не знаю, что заставило его на это пойти, — отпивает виски. — Хотя есть у меня догадки.

«Потому что я люблю тебя, дура»…

Папа по-доброму улыбается.

— Хороший он мужик. И вообще — человек.

В оцепенении выхожу из отцовского кабинета. Внутри зреет решение поговорить с Лёшей как можно скорее. Месяц этого вымораживающего молчания между нами меня практически уничтожил. Я должна ему всё сказать. Даже если между нами всё кончено. Он… он поймёт.

На пороге меня настигают запахи с кухни. Мама готовит рыбу. Живот неожиданно скручивает, к горлу подкатывает желчь. Бегу со всех ног в ванную, расположенную на первом этаже. Тошнит. Опорожнив содержимое желудка, смотрю на себя в зеркало. Подмечаю тёмные круги под глазами, осунувшееся лицо. Новый приступ заставляет броситься к унитазу.

Пять минут спустя сижу прямо на полу, привалившись спиной к стене. Произвожу мучительные расчёты у себя в голове. Шесть недель!? Именно тогда пришли последние месячные. Со всей этой кутерьмой я просто не обратила

внимание на сбой в цикле. Прикрываю рот рукой, чтобы не завыть в голос.

На следующее утро я делаю тест. И он оказывается положительным.

Неделю назад

Смотрю на две розовые полоски, проступившие на тесте. Медленно и осторожно кладу его на край раковины. Гипнотизирую взглядом в надежде, что это галлюцинация.

Нет. Не может быть. Резко развернувшись, иду на выход. Накидываю пуховик прямо поверх плюшевой пижамы, которую ношу дома в холодное время года. Шарф в несколько слоёв, шапка, варежки. Уже собираюсь выйти, как понимаю, что обувь-то я не надела. Без сапог в декабре далёко не уйдешь. Впрыгиваю в свои любимые угги прямо на босу ногу. Мой путь лежит в близлежащую аптеку. На кассе прошу несколько тестов разных марок и принципа действия.

В итоге через полчаса я сижу на тёплых полах в своей ванной комнате. Отупело разглядываю разложенные вокруг полоски. Тут две, тут плюс. Тут две. Вот тут, кажется, одна! Присматриваюсь внимательнее. Две…

Пальцами зарываюсь в волосы, массируя виски. Обнимаю себя руками.

Надо сходить к врачу. Тогда будет точно всё понятно.

Записываюсь на приём в платную клинику, расположенную через три квартала от меня. Девушка-администратор предлагает мне ближайшее время — на одиннадцать утра сегодня.

Смотрю на часы. Сейчас только восемь сорок пять.

— А раньше нет? — я столько не выдержу.

— К сожалению, у доктора всё уже расписано. Это окошко освободилось буквально только что. Пациентка позвонила и отменила визит.

— Ну, хорошо, записывайте. Алёхина Алена.

— Прекрасно. Подскажите, цель Вашего посещения? Чтобы врач подготовился.

— Э-э-э… исключить… то есть подтвердить возможную беременность.

— Хорошо. Ждём Вас сегодня в одиннадцать. Комсомольский проспект, 54. Ваш врач — Николаева. Оплата возможна наличными или картой.

— Благодарю.

Кладу трубку. Чем занять ещё два часа? Я же с ума сойду. Неожиданный рвотный позыв гонит меня к унитазу. Я ещё ничего не ела сегодня. Чёрт. Судорожно вспоминаю свой опыт беременности с Максом. Будет ли врач назначать какие-то анализы сегодня? Вряд ли. Просто УЗИ, скорее всего.

Собираю разбросанные вокруг тесты в охапку и безжалостно выбрасываю в мусорное ведро. Это ошибка ведь. Да?

Перекусить решаю в кафе по дороге в клинику. Субботним декабрьским утром улицы ещё пусты и безлюдны. Витрины магазинов и ели на главном проспекте уже украшены к новому году. Выбираю кофейню-кондитерскую, на двери которой мелом написано: «Сегодня будет хороший день».

Хороший день. Мне это надо, боже. Как мне это надо.

Заказываю кофе. Потом вспоминаю про тест. Меняю заказ на травяной чай. Тут же понимаю, что не хочу. В итоге беру облепиховый морс и блинчики с абрикосовым джемом. Нет, лучше с клюквенным. Никак не могу принять решение. Внезапно я ощущаю дикий голод: мне хочется съесть абсолютно всё.