Чтение онлайн

После паузы продолжаю.

— Это я пригласила Захара. Мне нужно было с ним кое-что обсудить.

— Вот оно как, — его рука на столе сжимается в кулак, костяшки пальцев белеют от напряжения.

— Но… Захар сказал, что говорить о том, что меня беспокоит, я должна не с ним. А с тобой.

Поднимает брови.

— Надо же, — откидывается на спинку стула. — Ну, говори. Вот он — я, — разводит руки в стороны.

— Дело касается… моего отца.

В его взгляде что-то неуловимо меняется.

—

Не уверен, что нам стоит продолжать этот разговор.

— А я уверена! — голос дрожит. — Мы спим вместе. Ты общаешься с моим сыном. И как бы между делом, копаешь под моего отца. Я уверена на сто процентов, что нам стоит об этом поговорить.

— Я предпочитаю не смешивать личную жизнь и работу.

— О-о-о, — тяну язвительно. — Я заметила. Ты предельно ясно дал это понять десять лет назад, когда устраивался в прокуратуру. Только вот в жизни всё не так просто. Нет чёрного, и нет белого. И, ты, Лёша — один и тот же человек. И дома, и на работе.

— Этого я и боялся…

Начиная терять терпение, ударяю раскрытой ладонью по поверхности кухонного стола.

— Успокойся, — произносит механически. Моя эмоциональная выходка ни на грамм не лишила его хладнокровия.

Чувствую, как подкатывает истерика. Вскакиваю с места. Литвинов медленно поднимает на меня глаза, по-прежнему не двигаясь.

— Прежде чем сказать что-то, хорошенько подумай.

— Я уже месяц только и делаю, что думаю, думаю, думаю. Это мой отец. Мой отец! Какого хрена?

Начинаю ходить туда-сюда по кухне, не в силах сдержать эмоции.

Останавливаюсь резко. Смотрю на него вновь. Холод во взгляде обжигает меня. Ему… ему просто плевать.

— Ты забыл? Так я тебе напомню. Именно мой отец взял тебя на работу. Учил тебя. Продвигал по службе. Именно место моего отца ты занимаешь сейчас. Ты сидишь в его кабинете. Работаешь с его секретарём. Спишь с его дочерью, в конце концов. Просто скажи. За что?

Медленно поднимается, упираясь в стол кулаками.

— Ты что-то путаешь, Алёна. Не припомню, чтобы я позволял тебе разговаривать со мной в таком тоне. А тем более — требовать отчёт.

Весь этот разговор начинает напоминать мне какую-то индийскую мелодраму. Но затормозить не получается. Напряжение последних недель, скопившееся во мне, лавиной обрушивается на мои нервы.

— В каком таком тоне? — практически кричу в голос. — Я что, не имею права знать? Ты хочешь посадить моего отца. Я просто хочу понять, за что? Почему, Лёша?

Литвинов резко отталкивает от себя стоящий перед ним стол. Чашка с чаем, который я приготовила, опрокидывается. Белая скатерть намокает некрасивым бурым пятном.

Практически орёт мне в лицо.

— Да потому, что я люблю тебя, дура!

Отшвыривает стул за спинку и идёт на

выход. Слышу, как хлопает дверь в прихожей.

20-е числа декабря, месяц спустя

Медленно переставляю ноги по тротуару. Такое чувство, что к каждой из них привязали по гире. Уныло летящий в разные стороны снег налипает мокрыми хлопьями на мои меховые угги.

Кажется, звонит телефон. Ощущаю вибрацию в кармане куртки.

— Да, мам?

— Всё хорошо! Макса из бассейна забрала. Волосы высушил. Научился плавать на спине. Больше занятий до нового года не будет, — бодро отчитывается.

— Мам! Ма-ам! — слышу голос Макса издали, какую-то возню. Бабушка передает ему трубку.

— Мам! Я сегодня выиграл!

— Ого! Что ты выиграл?

— У нас был этот… ну этот… — видимо, забыл слово. — Бабушка, как это называется?

Слышу мамин голос:

— Заплыв.

— Заплыв! — возвращается к разговору со мной. У тренера были часы, а на них секунды шли быстро-быстро. Я видел! Он стоял с часами, пока я плыл. И считал. Я был первый, мам!

— О, я так рада, милый. Как прошёл твой день?

Поговорив с Максом ещё пару минут, прошу его передать трубку бабушке.

— Погоди, Максима только пристегну, — слышу, как возится. — Да привезла я твой планшет, привезла. На, держи, — это Максу. Радостные вопли сына на заднем фоне.

— Ну, как дела, доч? — тихо спрашивает мама.

— Терпимо. Думаю, завтра, нет… послезавтра оклемаюсь окончательно.

— Если ты насчёт Макса, то даже не переживай. Мы прекрасно справляемся с ним. Правда, Ма-акс?

— Мне неудобно, мам.

— Ты это брось, поняла меня? Давай, лечись. День рождения скоро! Новый год. А ты расклеилась.

— Хорошо мам. Люблю тебя, — расчувствовавшись, смаргиваю выступившие на глазах слёзы. — Что бы я без вас делала… Как там папа?

— О-о, папа — прекрасно. Планирует с Виталь Сергеичем на рыбалку в воскресенье.

Эпопея с проверкой папиной работы завершилась неделю назад. Мама позвонила мне и шёпотом сообщила: «Алёнушка, папа закрылся у себя. Кажется… кажется, он пьёт…»

Я примчалась к родителям через час.

Стучусь в дверь папиного кабинета. Не отвечает. Стучу громче, и одновременно нажимаю на ручку, не в состоянии терпеть.

Отец сидит в своем неизменном кресле, перед ним стакан и початая бутылка виски, которую ему подарили на юбилей в прошлом году.

— Есть повод? — спрашиваю, только усевшись.

Папа задумчиво трясёт стаканом, кубики льда звонко бьются о его стенки.

— Пап, я всё знаю, — говорю уверенно.

— Откуда? — если он и удивлён, то не подаёт виду.