Чтение онлайн

Владимир не сводил с девушки серьезного задумчивого взгляда.

— Я поступил, как считал правильным. У тебя не было шансов выстоять против медведя. Я так подумал.

Его взгляд смягчился, и он слегка улыбнулся.

— А оказалось все наоборот. Это у меня не было шансов. Спасибо.

— Знаешь, мы квиты. После всего случившегося у меня не хватает сил злиться на тебя. Даже наоборот, — Кейт посмотрела на Владимира и дружелюбно улыбнулась.

Дождь начал редеть. Холодная свежесть воздуха потихоньку наполнялась таежными запахами.

Тучи на небе побелели, пропуская все больше ровного белого света.

— Что ты чувствуешь ко мне, — спросил он, не сводя с нее взгляда.

Скажет ли она то, что он уже замечал последние сутки. Признается ли, что ее тянет к нему, как она смотрит на него, не отрываясь, боясь потерять в чужом, враждебном месте. И при этом час назад Кейт даже глазом не моргнула кинулась на медведя, защищая, спасая жизнь ценой своей.

— Я не знаю, — Кейт отвернулась. — Все, что было до, кажется таким незначительным, несущественным. Я так сердилась на Лейлу, на тебя, переживала за Макса, все кончилось. Теперь не важно. Здесь все иначе.

— Это тайга, — ответил Владимир, глядя на растрепанные волосы из косы, что-то она недоговаривала. Поцелуй у муравейника явно говорил, что это что-то — влюбленность. Но она молчала. Он намочил тряпку, намереваясь обработать царапину Кейт.

— Он лишь слегка задел тебя, даже шрама не останется, — пообещал он, видя как она морщится от пощипывания, но сидит спокойно и даже не плачет. — Ты смелая, Кейт. Если у тебя когда-нибудь будет дочь, я бы хотел, чтобы она была похожей на тебя.

Кейт почувствовала, как смущена и польщена.

— А почему не «у меня»?

Он промолчал.

— Кажется, дождь закончился, — произнесла Кейт, проверяя рукой летящие с неба капли.

Владимир встал и пошел разводить костер. Затем принес один из толстых ремней из багажного отделения и соорудил между деревьями сушилку, пока Кейт бродила рядом, боясь отходить далеко, насобирала грибов и заячьей капусты.

Все время, пока собирала думала вовсе не о бродящем по округе медведе, а о поцелуе. Целоваться было невероятно приятно. Их первый раз оказался таким скомканным, страстным, что будь у них шанс на отношения, она захотела бы повторить, только медленнее. Она плавилась, таяла в его руках, не в силах отказать, чего прежде с ней никогда не случалось. Более того, наоборот хотелось быть как можно ближе, плотнее, хотелось как можно больше чувствовать на себе его руки, объятия, поцелуи.

— Снимай одежду, красавица, нужно просушить, — сказал он, когда она вернулась, завернутый в одеяло, и уже повесивший свои вещи на веревку. Его одеяло было перетянуто на поясе, позволяя Кейт разглядеть загорелый мускулистый торс, начиная от кубиков пресса и заканчивая бицепсами.

Зайдя в пилотскую кабину, она сняла с себя мокрую, льнущую к телу ткань и, заворачиваясь в одеяло, остро ощутила собственную наготу. Дело шло к обеду, и нужно высохнуть, вылезла из кабины, Владимир подошел к ней, полуобнаженный,

небритый. Улыбнулся.

— Подними руки, я завяжу потуже, — сказал он, помогая Кейт перетянуть одеяло веревкой над грудью.

— Как первобытные люди, — пошутила она, краснея, чувствуя неловкость, отчетливо наблюдая очередной стояк.

Кейт повесила свою одежду на ремень, натянутый между деревьями.

— На кого учишься?

— На финансиста.

Тот удивленно вскинул брови.

— А ты на кого думал?

— На историческом, филологическом факультете.

Кейт пожала плечами.

— Да, знаю, чтобы выйти замуж и наслаждаться жизнью. А ты по образованию инженер?

Владимир кивнул, сев у костра на бревно и нанизывая грибы на толстые прутья.

— Тоже странное образования для ребенка из богатой семьи, — Кейт вспомнила, что читала в журнале, что он сын от первого брака Алишера Ковальда.

Владимир усмехнулся. Да уж, из богатой.

— Из простой семьи, — поправил он. — Меня с братьями забрали в детский дом, когда мне было пять. Родители пили. Так что…

От изумления Кейт некоторое время молчала.

— А где они сейчас?

— Умерли от церроза наверное.

— Все? — Кейт замолчала, глядя на него — А ГОКи? О слиянии много писали.

— Через несколько лет после смерти матери умер Алишер. Вот мне и досталось два ГОКа. Продал квартиру.

— Я читала, твое состояние оценивается в большую сумму денег, — изумилась Кейт. — Думала, ты их унаследовал.

Владимир улыбнулся и помрачнел.

— Нет. У меня было хорошее образование и верные друзья. И еще желание выбраться из бедности.

Кейт восхищенно кивнула, называется, сделал себя сам.

— Твой приемный отец, гордился бы тобой, — заметила она.

— Это вряд ли. Ему было плевать, живой я или умер. Странно, что он вообще что-то оставил мне в качестве наследства.

— А братья?

— Я их не искал, — спокойно сообщил Владимир, слишком внимательно раскладывая прутья нанизанными с грибами над огнем.

— Почему?

— Почему? Потому что все не так просто, Кейт. Мы с ними чужие. И хватит уже. Жизнь научила меня, что не стоит доверять даже самым близким, раз уж предают и бросают те, кто не должен.

Владимир вздохнул на секунду замолчал думая о ней. Предают, но не все. Спасают тем более. Кейт не стала больше спрашивать, думая о своей семье. У всех в шкафу есть свои скелеты.

— Кажется, грибы готовы, — спустя некоторое время сообщил он.

Кейт кивнула. Она понимала, что особо рассчитывать не на что. Но в этом богом забытом уголке тайги по какой-то нелепой случайности рядом с ней оказался человек, которого она точно ощутила своим. Подходящим ей одной.

Владимир думал о крушении, мысленно перебирая в голове все возможные варианты. Кому понадобилось таким варварским способом убивать его? Или ИХ троих?