Чтение онлайн

Они подошли к высоким воротам, и Владимир, взявшись за ручку, служившую молотком, постучал. Подождали несколько минут, но никто не вышел.

— Не слышат? — устало решила Кейт, не находя сил тащиться к следующему.

Владимир снова постучал, пока Кейт прислонилась к забору.

— Кто такие будете? — справа, со стороны хутора, к ним приближался упитанный невысокий старик, держащий в дрожащих руках берданку. Одет был в старые джинсы, висевшие на нем мешком, и красную рубашку в черную клетку. Волос

стрижен, как и борода, глаза его были серьезными, но взгляд не сердитый. На вид лет восемьдесят.

— Мы потерпели крушение, — ответил Владимир. — Есть телефон?

Мужик оглядел их с ног до головы. Кейт устало опустилась на корточки, а затем и вовсе присела прямо на землю.

— Крушение? Какое? Ниче не было по телевизору.

— Самолет упал, в километрах в шестидесяти отсюда, — кажется, Владимир разозлился.

— О как! — Мужик проникся, опуская ствол и пристальнее разглядывая их.

— Отец, телефон в деревне есть?

— Нету. Отродясь у нас не было телефонов. Товарка проходит раз в месяц и все. Молодежь-то в город поуезжала. Тут тока мы, старики, и остались. А когда-то такая деревня была…

За воротами послышался неспешный шорох, удар засова, и дверь, скрипя, отворилась.

— Здравствуй, Петровна, — сказал мужик. — Пришлые тут явились. Опять. Говорят, в авиакатастрофе выжили. О как!

В воротах стояла восьмидесятилетняя старуха с необыкновенно молодыми синими глазами. В старом платье в синий цветок, вязаная кофта и пуховый платок на шее, на ногах калоши. Владимир кивнул ей, пока та смотрела на Кейт, прислонившуюся к забору и закрывшую глаза.

— Здравствуйте! У вас телефона не найдется?

— Проходите, — сказала старуха, оглядев их. — Семен, помоги баню затопить.

Кейт с облегчением открыла глаза, чувствуя, как сильные уже родные руки подхватили, подняв с земли, и, крепко держа, несут ее. Оставалось добраться до телефона, Кейт расслабилась настолько, что не могла даже идти. Болело абсолютно все.

— До города далеко? — переспросил он, идя вслед за женщиной и попутно оглядывая двор.

— Тридцать километров, — ответил Семен, идя следом за ними. — Что, долго шли?

— Четыре дня, — ответил Владимир, разглядывая широкий двор, с амбаром и хлевом для скотины. — Какой город, говоришь?

— Первоуральск. А если большой нужен, то так пятьдесят километров до Екатеринбурга. А вы эт? Че? Летели-то хоть куды?

— Куда-то… — Владимир бросил недоверчивый и раздраженный взгляд на допытывающегося старика, Кейт блаженно закрыла глаза. — В небеса мы летели. На встречу с богом.

— Так вы чего, паломники что ли? И не долетели?

— Дела земные не отпустили, — ответил тот, бросив взгляд дрогнувшие уголки рта девушку.

— Повезло та вам с пилотом.

Старуха открыла дверь в тамбур избы,

пахнуло старческими запахами, спертым воздухом, пылью. Миновали тамбур с крутой лестницей на второй этаж и вышли в общую комнату, совмещающую в себе зал и кухню с печью, кухонным столом, табуретами, заставленными барахлом. В углу обшарпанный диван и маленький телевизор «Рубин»..

— Садитесь, — показала старуха, глядя, как бережно мужчина опустил девушку на диван, доставая и ставя на печь небольшую кастрюлю.

— Сами-то откуда? — допытывался Семен.

— Из Омска, — Владимир сел рядом с Кейт.

— Семен, иди баню истопи, — послала старуха, мужик послушно встал, крякнул и вышел из комнаты.

— Борщ будете?

Владимир кивнул.

— Меня Прасковья Петровна зовите или бабушка. Как удобно. Как звать?

— Владимир. Кейт. У вас есть антибиотики? Срочно нужны, — сообщил он, снимая рубашку с плеча Кейт.

Он показал старухе воспаленный порез. Та кивнула и пошаркала в дальнюю комнату, порылась там, пока они глотая слюни, наслаждались покоем и ароматами закипающей еды.

— Так есть хочется, — тихо прошептала Кейт, не открывая глаз и не выпуская ладонь Владимира из своей.

— Потерпи, сейчас поешь, — пообещал тот, тоже мечтающий поесть и помыться.

Старуха вернулась минут через десять с металлической коробкой в руках и пакетом с одноразовыми шприцами.

— Ты ее муж? — спросила она, положив вещи на стол и набирая воду из ведра в ковш. Владимир посмотрел на Кейт, та открыла глаза, глядя на лекарства. Их глаза встретились.

— Да, — ответил он, улыбнулся ей.

— Тогда и будешь лечить, — сказала старуха, садясь на табурет, ее руки дрожали. — Я укол не сумею поставить. Руки не те. Кто это вас так? — спросила она, глядя на перебинтованную мужскую руку, пока они ждали воду.

— Медведь.

Старуха полила ему водой на руки, пока Владимир с мылом вымывал грязь из-под ногтей. Затем обработал спиртом и разбудил задремавшую Кейт.

— Нужно обработать рану, — пытаясь растормошить, он поднял ее со спинки дивана, удерживая запрокинутую голову. Кейт разлепила глаза, понуро кивая головой.

Сняли повязку и осмотрели на рану. Он аккуратно, под слезные всхлипывания, вытащил из раны траву, смешанную с сукровицей и небольшим количеством гноя. Старуха протянула бинт. Очистив рану, он обработал спиртом, затем взял коробочку с лекарствами, там лежали ампулы с антибиотиками. Он вскрыл одну из них, разводя лекарство водой, и, посмотрев на Кейт, поставил укол.

— Теперь все будет хорошо.

Судьба словно издевалась над ними. Ворвался звук выстрела. Владимир и Кейт вопросительно посмотрели на старуху. Та промолчала, но на морщинистом напряженном лице отразился испуг.