Чтение онлайн

Так это же... Как он... Мысли вихрем неслись в голове, Ари чувствовала, как кровь приливает к щекам, — отчего-то было ужасно стыдно. И горячо, так что трудно становилось дышать. Отчего-то вспомнилось, как монашки в обители беспрестанно повторяли, что взгляд благовоспитанной девицы не должен упасть на ложе мужчины. Но ведь Ари больше не была девицей, то есть была, но... Она на секунду зажмурилась: глупости, ерунда, нет никакого греха в том, что она случайно оказалась в спальне лорда Лингрэма. Раз священник объявил их мужем и женой, где еще она могла оказаться? Ну да, жена, брошенная мужем у алтаря... Этот красавчик даже не прикоснулся к ней, даже... даже руку не поцеловал!

Отчего-то

в тот миг она столь явственно представила себе его лицо, словно он вновь стоял перед ней, выговаривал те ужасные слова про родителей и Бастьена, насмехался, сердился, кривил тонкие губы, щурил серые пасмурные глаза. О, она не сомневалась, что эта комната принадлежит именно ему — здесь царил какой-то бездушный порядок. Она бросила взгляд на стену, ожидая увидеть там карту с флажками, изображающими выстроенные для боя полки. Такие она видела в кабинете отца. Или ту, в которую лорд Тэним тыкал ее вчера вечером, наверное, решил, что она совсем глупая и не ведает, где Тарн и где герцогство Норгинг.

Нет, разумеется, она не прикоснется к ящикам его стола, не станет рыться и выведывать — скорее всего, лорд-маршал легко обнаружит, что в его вещах кто-то похозяйничал. Ари себя знала — еще в монастыре ей никогда не удавалось скрыть следы своих проделок. Поймают и отругают. Но Тэним Лингрэм — не ворчливая монашка, принесшая обет Святой Симоне. Вряд ли обыск, учиненный молодой супругой в спальне в его отсутствие сойдет ей с рук.

Но... Ари замерла, так и не решившись приблизиться ни к аккуратно застеленной кровати, ни к стоящему у стены секретеру. Ей почему-то хотелось увидеть в этой комнате хоть что-то личное: забытые второпях бумаги, портрет матери или хоть той же Элизы Мерсье — раз он так ее любил. Но здесь ничего не было, разве что кресло возле окна да мягкий ковер, устилающий пол. Быть может, Тэним Лингрэм и не являлся аскетом, но если Ари желала узнать хоть что-то о своем муже, проникнув сюда, она просчиталась.

Отчего-то хотелось побыстрее уйти отсюда: сейчас, в темноте, ей чудилось, что манящая красота замка — всего лишь обманка, ловушка. Вот-вот отворится ведущая в коридор дверь, и на пороге появится ее супруг: язвительный, разгневанный ее вторжением. Или наоборот, ухмыльнется, словно пират из ее кошмаров, протянет руку к завязкам ночной сорочки и скажет: "Что, решили почтить меня своим присутствием, леди Лингрэм? Рад, что вам не понадобилось мое приглашение". О том, что случается потом, Ари старалась не думать.

Она проворно скользнула в приоткрытую дверь, выбежала в коридор, соединяющий обе спальни, и ускорила шаг. И выдохнула только тогда, когда ключик с едва слышным щелчком повернулся в замочной скважине. Здесь, у себя, она была в безопасности. Не станет же вернувшийся с войны лорд-маршал высаживать дверь.

Ари казалось, что ей никогда не наскучит гулять по саду или бродить по галереям замка, разглядывая картины и вазы, резные ларчики, безделушки, привезенные Тэнимом и его предками из разных городов и стран. Розалинда сопровождала ее повсюду и готова была болтать без умолку: о прославленных прадедах лорда Тэнима, об его отце, завоевавшем немало земель для короля Диармейда, о том, какие изысканные наряды были у дам на старинных портретах. По мнению Ари, все эти "прадеды" были ничуть не лучше обычных разбойников, только на их мундирах сияли тщательно прорисованные ордена. Но она помалкивала: пусть Розалинда придет к выводу, что супруга лорда Лигрэма — недалекая пустышка, охающая при виде новых платьев и украшений.

Вот вчера ей доставили шкатулку от ювелира, внутри оказался

золотой браслет, украшенный маленькими камешками, напоминавшими ягодки рябины. Как раз к тому колье, которое лорд Тэним прислал ей накануне свадьбы. "Я ж говорила, — повторяла ее компаньонка, любуясь, как Ари примеряет браслет, — заботится о тебе станет! Где же ты еще такого найдешь? Сам на марше при войске, а тебе вот подарки шлет!" Ага, вот и Элизу Мерсье он любил, тоже небось на колечки и браслеты не скупился. И где она теперь?

Но все же было что-то такое в этом даре... Ари и сама не понимала, отчего она так разулыбалась, едва открыв шкатулку. Как будто он сожалел о тех словах, что бросил ей тогда в особняке. Будто извинялся. Но отчего же не приложил письмо? Вам нечего сказать, лорд-маршал? Вы не мастак объясняться?

За завтраком, обедом и ужином стол ломился от яств, повара старались угодить молодой леди Лингрэм, но вот беда — она так и не смогла почувствовать себя здесь хозяйкой. Словно ее привезли погостить в имение богатой родни на несколько дней или недель. А потом ее вновь ждет монастырь, убогая келья, серые одежки, посты, уроки и упреки сестер... За три года, которые она провела в обители, монахиням удалось внушить ей, что она едва ли не преступница. Не наследница, не княжна, а дочь изменника. И терпят ее лишь из милости.

В один из дней — они с Розалиндой как раз собирались на прогулку — Ари стояла у окна в галерее с портретами и внезапно услышала какой-то шорох возле лестницы, ведущей в западное крыло. Хлопнула дверь, две горничные поклонились, пробормотав "доброе утро, вашмилость". Странно, Ари прежде и не замечала, что здесь есть какое-то помещение.

— Что там, Розалинда? — требовательно спросила она, едва завидев спешащую к ней компаньонку.

— Где? — недоумевающе переспросила та, но Ари готова была поклясться, что толстуха прекрасно поняла, о чем именно шла речь.

— Вон там, за той дверью.

Розалинда насупилась, явно не желая отвечать, и Ари тут же подобралась, как рысь на охоте.

— Я хочу посмотреть, — произнесла она тоном капризного ребенка.

— Да что смотреть-то? Там и не живет никто.

— Разве я не могу ходить везде, где пожелаю? Мой супруг не запрещал мне осматривать замок. Покажи мне, что там! Или мое слово здесь ничего не значит?

— Извольте, — недовольно буркнула Розалинда, мгновенно переходя на "вы".

Компаньонка пыхтела у нее за спиной, а Ари уже неслась к потайной дверце, словно гордый корабль, рассекающий волны. Комната, вернее, комнаты, оказались не заперты, Ари ворвалась внутрь и замерла, враз устыдившись своего любопытства. Здесь и вправду никто не жил, но все выглядело так, словно их обитательница отправилась на прогулку и вот-вот возвратится.

— Старой леди Лингрэм покои, — пояснила Розалинда, нагнав свою подопечную. — Мирандой ее звали. Матушку лорда Тэнима.

— Да, я знаю, — чуть слышно откликнулась Ари.

Быть может, ей и не стоило вторгаться сюда, но раз уж это случилось, отчего бы не осмотреться? Несколько помещений соединялись друг с другом — спальня, будуар, кабинет, гардеробная. Стол с писчим прибором, аккуратная стопка книг, бронзовый подсвечник, выполненный в виде фигурки олененка... И три портрета на стене: молодой рыжеволосый мужчина, вовсе не такой свирепый и отталкивающий, как на картине возле парадной лестницы — такому и вправду не зазорно писать трогательные письма и признаваться в вечной любви; женщина с пышными каштановыми волосами, забранными в высокую прическу — совсем еще юная, почти девушка. И мальчик — маленький ангел с вихрами цвета начищенной меди: голубоглазый, улыбчивый, сжимающий в руке игрушечную пушку.