Чтение онлайн

Я кивнула и попыталась выглядеть заинтересованно. Джемма, наша рыже-полосатая кошка, спала в своей корзинке, и я потянулась погладить ее. Она слегка коснулась моей руки когтями и затем убрала их. Я знала, что это означает: Джемма продемонстрировала, кто тут главный и что она может расцарапать меня без малейшего сожаления, если ей вздумается, поскольку была абсолютно бессовестной кошкой. Она открыла красивые влажные глаза, пренебрежительно взглянула на меня и закрыла их снова. Я нервно сглотнула, пытаясь не думать о других зеленых глазах, которые лишали меня последнего мужества.

Мама вернулась из кухни с

пачкой кексов, один она уже насадила на старую вилку для жарки.

Вскоре комнату заполнил запах поджаренного хлеба. Я почувствовала себя немного ближе к ней, но эта близость была отравлена разочарованием. Она намекала, что ее терзают какие-то страхи, сожаления и черные тучи, но не говорила об их причине. В глубине души я всегда боялась, что такое нервное расстройство передается по наследству и в конце концов я увижу мир мамиными глазами.

Однако в одном она была права: мне следует больше доверять Мерлину и проще относиться к Женевьеве. Мерлин подумал, что у нас много общего, и он мог оказаться прав. Пока мы ели, мама болтала без умолку, по подбородкам у нас стекало растаявшее масло, а я сидела и размышляла, что должно было произойти в ее жизни, чтобы фактически заставить ее прекратить жить.

Кошмарный сон по-прежнему мучил меня — иногда знакомый, иногда появлялось что-то новое. В это раз я должна была подняться по бесконечной лестнице, но когда я наконец дошла до верха, Женевьевы там не оказалось, и я яростно озиралась по сторонам, пытаясь угадать, где она скрылась.

Я устремилась к трюмо и увидела ее в зеркале, с расширенными, всевидящими глазами. Она поманила меня к себе, и я не смогла сопротивляться. Зеркало стало оплывать под моими пальцами, и от них пошла рябь, как по воде. Меня затягивало в глубокий черный омут. Я звала Женевьеву на помощь, но она просто наблюдала за мной с пугающим удовольствием. И когда из моего рта вырвался последний пузырек воздуха, она улыбнулась.

Решение номер один: Женевьева заслуживает того, чтобы ей предоставили шанс, а я могу позволить себе побыть великодушной. Решение номер два: нужно убедиться, что я держу свою ревность под контролем. Решение номер три: для меня Мерлин — необыкновенный парень и ничто не способно повлиять на это.

Так я размышляла, направляясь к колледжу в понедельник утром. Ревность — разрушительное чувство, и мне следует быть выше него. Я зашагала быстрее, заметив Нэт и Ханну, ждущих у пешеходного перехода. Дул сильный ветер, и Ханна то и дело сердито одергивала свою пышную юбку, норовившую взлететь. Я засмеялась и улыбнулась Нэт, ожидая очередных шуточек про Мерлина, но она по какой-то причине уставилась на придорожный столб и старательно избегала моего взгляда. Затем она наконец робко посмотрела на меня.

— Я должна кое-что тебе рассказать…

Я ждала, когда она продолжит говорить, предчувствуя неприятности.

— Мы сделали это не нарочно, — запинаясь, произнесла она. — Когда вы с Мерлином ушли, она сама подошла и начала болтать. А потом мы показали ей окрестности.

Ханна перебила ее.

— Неловкая вышла ситуация. Мы не могли избавиться от нее, а она все повторяла, как все ужасно, что она никого здесь не знает и ей даже не с кем пойти на обед.

Мне не нужно было спрашивать,

кого они имеют в виду, все и так было очевидно.

— И Женевьева напросилась с нами на обед?

Они закивали. Мы вошли в здание колледжа и направились в дамскую комнату. Хорошо, что здесь нас никто не сможет подслушивать.

— Было бы слишком грубо сказать «нет», — оправдывалась Ханна. — Мы же знаем, что ты считаешь ее кем-то вроде ведьмы.

Я оперлась о раковину и попыталась взять себя в руки. Я и сама подумывала о том, чтобы проявить великодушие и пригласить Женевьеву в нашу компанию, но собиралась сделать это сама — и никак иначе. А это уже было похоже на коварный умысел. Она дождалась, пока я уйду, и попыталась втереться в доверие к Ханне и Нэт. Теперь сам факт ее существования больно задевал меня — мало того, что она обманом заполучила место в том же колледже, выбрала те же предметы, что и я, и расположила к себе маму Мерлина — она еще и нацелилась на моих лучших подруг.

— Она сама попросила вас? — Меня вдруг осенило. — Она ведь сама подошла к вам и попросила, чтобы вы показали ей колледж и все остальное, так?

Они снова закивали.

— Я могу показаться параноиком, — признала я, — но выглядит так, будто она прямо-таки лезет в мою жизнь.

Голос Ханны был полон укора.

— Кэти, для нас все это очень неприятно. Ведь ты наша подруга, и сейчас мы будто между молотом и наковальней.

Чтобы скрыть волнение, Нэт стала поправлять прическу перед зеркалом. В этом не было нужды — ведь ее волосы, как и всегда, торчали ежиком во все стороны.

— Она знает, что ты недолюбливаешь ее.

— Что? — взорвалась я. — Я ни слова не сказала, чтобы дать ей повод так думать.

Ханна стала яростно ковыряться в косметичке, после чего выудила из нее тушь и еще сильнее подкрасила ресницы. Они обе выглядели такими притихшими, что я почувствовала: дело плохо. Я закусила губу с такой силой, что ощутила привкус крови во рту.

Нэт нервно откашлялась.

— Ей показалось, что ты вела себя враждебно. Она переживает, что сделала что-то не так, и теперь хочет исправить ситуацию.

Я почувствовала резкую боль над переносицей и прижала руку ко лбу. Все же Женевьева была права. Я не сделала ничего, чтобы она могла почувствовать себя непринужденно, напротив, она наверняка заметила мое неприязненное поведение.

— Что ты ей сказала? — мягко спросила Ханна.

Я прошлась взад-вперед по кафельному полу, мои шаги жутковато отдавались в пустом помещении.

— Я была слегка раздражена ее внешним видом, — призналась я в конце концов. — Вы же заметили, как сильно он изменился?

Ханна пожала плечами.

— Ну да. Ну и что? Время от времени все меняют внешность и…

— На ней был мой пиджак! — перебила я. — Я сама его придумывала, делала выкройки и вышивала вручную.

— Но Кэти, — медленно ответила Нэт, — Женевьева приехала только несколько недель назад. Она не смогла бы сшить такой же пиджак за столь короткое время.

Я онемела, потому что Нэт была права. Я тщательно шила этот пиджак все летние каникулы. Никто не смог бы сделать это быстрее. Убитая осознанием этого, я переводила взгляд то на Ханну, то на Нэт. Мне придется сделать вид, что у нас с Женевьевой все в порядке. Я постаралась дышать спокойнее и выглядеть беспечно.