Чтение онлайн

— Что заставило тебя так измениться? Рори?

— Я не изменилась, просто это ты видишь меня по-новому.

— Да, так и есть. Ты думаешь, что я обманываю тебя?

— Обманываешь меня?

— Обманул все твои романтические ожидания, которые ты лелеяла в приюте. — В голосе его прозвучала прежняя добродушная насмешка.

— Мечты заменяли нам то, что мы не могли купить, — уклончиво ответила она. — В приюте у нас не было своих денег, а мечты — они ничего не стоят.

— Это точно, —

согласился Дафф. — Однако речь не об этом. Я позвал тебя сюда, чтобы вручить тебе наедине свой рождественский подарок. Ты же расстроилась из-за чека, так ведь?

— О нет! — воскликнула она, страшась, что он раскроет все ее мысли. — У меня и так хорошее содержание, так что ты был более чем щедр! Не думай, что я неблагодарная!

— Эта благодарность того рода, которая приносится в ответ на благотворительность, разве не так? Мне стоило подумать об этом вовремя, но я хотел вручить тебе свой особый подарок без посторонних.

С этими словами Дафф открыл сейф, который стоял у стены среди шкафов, вытащил оттуда плоскую кожаную коробочку и вручил ее жене.

Она колебалась, и Дафф подбодрил ее:

— Ну же, открывай! — После нескольких неумелых попыток Харриет справилась с тугой защелкой, коробочка открылась, и девушка онемела от восторга. На бархатной подушечке покоилась нитка жемчуга со сверкающей бриллиантами и сапфирами застежкой.

— О! — только и смогла вымолвить она, и глаза ее наполнились слезами.

— Давай помогу надеть. — Голос мужа прозвучал немного грубовато. Он обвил ее шею ожерельем. — Тебе очень идет. Оно, конечно, не новое, но работа великолепная, а твоя кожа будто создана для жемчуга. Чему ты удивляешься? Таковы привилегии и обязанности мужа — дарить жене всякие безделушки, если позволяют финансы конечно. У тебя же нет драгоценностей, правда?

— Ну, глупо было бы думать, что приют будет тратить деньги на такие вещи. — Харриет была настолько серьезна, что Дафф рассмеялся.

— Какая же ты обольстительная и важная. — Слова его растопили неловкость, и Харриет не задумываясь бросилась на шею мужу и принялась целовать его, по щекам ее струились слезы.

— Спасибо, спасибо, милый Дафф! Будь это даже грошовые бусины, я хранила бы их как бесценный дар, потому что личный подарок — самая большая драгоценность!

Он целовал ее в ответ со страстью любовника, покрывая поцелуями скулы и брови, нежно и бережно держа в руках ее лицо.

— Ты счастлива, Харриет?

Харриет улыбнулась ему, а в глазах ее читалось нечто большее, чем просто счастье.

— Да. Ты начал забывать, что я ребенок!

— Правда? Ну что ж, может, твои веснушки напомнят мне об этом, — нежно сказал он.

— Я всегда их терпеть не могла! — Харриет сказала это так, будто только

веснушки и были виноваты во всех ее бедах. Даффу стало смешно.

— Почему? В наших краях верят, что веснушки — волшебный порошок феи. Кроме того, считается, что они приносят удачу!

— Неужели? Удача Лоннеганов… старое название Клуни…

— Так говорили до того, как удача сбежала от нас. Может, ты и твои сказочные веснушки вернут ее. Я рад, что тебе понравился мой подарок. Надо нам подобрать тебе еще каких-нибудь безделушек, но это потом. Думаю, что от глаз наших дам не ускользнет один печальный факт — отсутствие кольца, которое дарят при помолвке.

— Этого не было в договоре, — заметила Харриет. Ей просто хотелось быть честной, но его некрасивое лицо посуровело, и она тут же поняла, что снова ляпнула какую-то глупость.

— Нет нужды напоминать мне, моя дорогая! Уверяю тебя, я не имел ни малейшего намерения давать тебе взятку, чтобы потом нарушить свои обязательства. — Он сел за стол, придвинул к себе стопку деловых бумаг, и Харриет поняла, что разговор окончен.

К концу обеда Харриет уже знала, что все ее планы на Рождество потерпели сокрушительный провал. Все пошло кувырком, начиная с протекшей грелки в постели и заканчивая истерической реакцией Парня на взрывы хлопушек и его изгнанием. Одно накладывалось на другое. Подарки Саманты были нарочитыми и дорогими, ее усилия взять бразды правления праздником — слишком очевидными, и кроме всего этого, ужасной ошибкой было настаивать на проведении торжества в огромной ледяной столовой.

Все с облегчением вздохнули, как только появилась возможность перебраться в уютное теплое гнездышко, чтобы поболтать немного перед началом детского праздника. Но теперь даже мысль об этом событии, которое, по замыслам Харриет, должно было венчать рождественский день, не грела душу. Дафф, как обычно, оказался прав в том, что торжества в замке должны проходить на широкую ногу или вообще никак, так что не стоило и начинать.

Мужчины устроились в креслах в дальнем конце комнаты, курили и вели неспешный разговор о делах поместья, а Саманта присоединилась к Харриет, чтобы посекретничать, как она выразилась.

— Давно мы уже не виделись. — Теплый, с хрипотцой голос Саманты был таким же многообещающим, как и исходящий от нее аромат свежести. — Ты ведь ездила в город перед Рождеством, милая. На тебе жемчужное ожерелье Китти? — Вопрос прозвучал обыденно, но Харриет испытала шок. Дафф, конечно, говорил ей, что оно не новое, но Харриет и подумать не могла, что украшение принадлежало его первой жене.

— Очень может быть. — Харриет удалось изобразить безразличие. — Это рождественский подарок Даффа.