Девичьи грезы
Шрифт:
Ее обуяла жажда сделать Даффу больно.
— Да, у меня было много мужчин, так что же? — взвилась она. — Поэтому я недостаточно хороша, чтобы взять меня в жены? Поэтому я не гожусь даже в любовницы? Берегись, Дафф! Может статься, что ты сам придешь ко мне за утешением!
— То есть?
— Сегодня Рождество, а истории имеют привычку повторяться. Не боишься?
Саманта со злорадным удовлетворением отметила, что ее ядовитые стрелы достигли цели. Кровь отхлынула от его лица.
— Я не боюсь ничего, кроме твоего стремления все испортить. — Голос Даффа звучал резко. — Сегодня
— А как же быть с банковскими гарантиями, милый? Я готова забыть о них, если ты будешь сотрудничать.
— Я уже вчера сказал тебе, что выплачу деньги, как только наберу нужную сумму.
— Я могу потребовать долг немедленно и не напрягаясь поставить тебя в затруднительное положение.
— Ты пытаешься подстегнуть мертвую лошадь, Саманта, — ответил Дафф устало. — Я нисколько не жалею о том, что было между нами. Но уж если говорить начистоту, то не собираюсь менять ни свои земли, ни независимость на услуги, которые мне больше ни к чему.
Саманта немного побледнела, черты лица исказились от злости. Она автоматически подняла бокал, чтобы Дафф налил ей еще шампанского, но тот был уже на ногах и наполнял два пустых бокала, и если он и заметил этот жест, то не подал виду.
— Пойду отнесу вина этим двоим. Они делают всё работу в одиночку. Им, должно быть, просто необходимо выпить. Может, поможешь, у меня обе руки заняты, — сказал он так, как будто ничего не произошло.
Саманта встала с легким чувством неудовлетворенности и распахнула дверь.
Свечи на елке погасли, и гостиная была погружена в полумрак. Отсветы неяркой лестничной лампы падали тут и там на блестящие украшения. Дафф задержался на пороге, в каждой руке по стакану, и не замечал, что Саманта стояла позади, заглядывая в комнату ему через плечо. Как только глаза его привыкли к сумраку, он отчетливо все увидел. Харриет свернулась на той самой кушетке, на которую он положил ее в тот далекий вечер, когда принес ее в дом из тумана, Рори обнимал девушку, а она тянулась к нему как для поцелуя. Она изогнулась и прижалась к нему всем телом, и ее жемчужное ожерелье поймало еще один отблеск света.
— Так, так, так… цыганка предупреждала тебя, — промурлыкала Саманта на ухо Даффу. — История повторяется… Только вот Китти, как я понимаю, застали в более компрометирующей позе. Но в конце концов, одно другого стоит.
— Заткнись! — огрызнулся Дафф, и при звуках его голоса Харриет и Рори отпрянули друг от друга.
— Мы вам нужны? — жизнерадостно осведомился Рори. — Боюсь, мы маловато сделали, но Харриет была немного расстроена.
— Я заметил. — В голосе Даффа сквозила такая ирония, что Рори, который, встав, уже небрежно направлялся к нему навстречу, застыл на месте.
— Эй, старина! — недоверчиво воскликнул Рори. — Ты ведь не вбил ничего такого себе в голову?
— А что я должен был вбить себе в голову? — Дафф кипел от злости. — Если я и прервал вас в самый неподходящий момент, то только потому, что хотел принести немного шампанского, чтобы поддержать вас в вашем нелегком труде по дому, но вижу, вы не особо преуспели на этом поприще!
Харриет
— Извини, — она все еще не понимала, чем вызван этот взгляд, — боюсь, мы не очень-то продвинулись с уборкой. Я… я немного устала.
— Думаю, извинения могут подождать. Пусть сначала наша гостья уедет, — прорычал Дафф. Саманту никогда не подводило ее чутье, и, поскольку из этой и без того неловкой ситуации больше нечего было извлечь, она, небрежно махнув рукой, удалилась, бросив напоследок:
— От перемены мест слагаемых сумма не меняется… милый, а история действительно имеет тенденцию к повторению, не так ли? Всем спокойной ночи и спасибо за вечер.
Никто из мужчин не предложил проводить ее до машины.
— Саманта намекала, что мы не должны забывать то Рождество, я правильно понял? — поинтересовался Рори.
Дафф сжал кулаки, и на какое-то мгновение Харриет показалось, что он сейчас ударит кузена.
— Это вульгарное и неуместное замечание, — еле сдерживал себя Дафф. — Пытаешься оправдаться, намекая, что я что-то не так понял, или лезешь на рожон?
— Лезу на рожон — можно и так сказать. Мне нет необходимости извиняться.
— Неужели? Значит, это простительно — воспользоваться нашими отношениями, моим гостеприимством, а потом красть у меня же?
— Неужели можно назвать воровством, когда принимаешь то, чем не пользуется другой? — парировал Рори, и Дафф неожиданно резко повернулся на пятках и пошел в свой кабинет.
— Зачем ты сказал это? — Голос Харриет прозвучал тихо и потерянно. — Зачем заставил его думать, что…
— Затем, что твой Король-замка-Клуни должен так думать, чтобы начать хоть какие-то действия! Разве ты не этого хотела? Чтобы в тебе видели женщину, а не ребенка? — с горечью спросил он. Харриет устало вздохнула.
— Да, но не так… не хочу быть просто напоминанием его поражения… это так ранит его, что он вряд ли сможет относиться ко мне по-доброму.
Рори протянул руку и приподнял ее лицо. В глазах его светилась нежность.
— Ну, Принцесса, ты все-таки влюбилась в него. — Он вытер последнюю слезинку с ее глаз.
— Я думала, ты знаешь, — тихо сказала она. — Я думала, именно поэтому ты был со мной так мил.
— О, Харриет! Мой милый невинный малыш! Неудивительно, что Дафф иногда не замечает того, что происходит у него под носом. Ты думаешь, мои порывы были настолько альтруистичными? Признаю, я подумывал, что мои ухаживания спровоцируют дух соревнования и это наконец-то вытряхнет Даффа из его скорлупы, но не воображай себе, что я не наслаждался этими маленькими уроками флирта! Будь все иначе, я мог бы влюбиться в тебя!