Чужая
Шрифт:
Она с минуту смотрела него. Потом прошла в прихожую и быстро натянула сапожки и дубленку. И уже схватилась за ручку двери, чтобы неслышно выскочить из квартиры, но тут серые глаза Татьяны уставились на нее. Она похолодела. Лишь через мгновение Нина поняла, что на стене висит большая фотография. Она даже помнила, когда делали этот снимок. Татьяна, в окружении Людмилы и Яны. Они стояли около ажурной решетки школы и задорно улыбались. Их фотографировал Ник. Нина видела это с крылечка школы. Кажется, тогда был какой-то концерт у ребят, и девчонки вышли покурить.
«Какие же они веселые,
Она вспомнила все случаи, когда девчонки игнорировали ее или отказывали в деньгах. И выражение радостного облегчения на их лицах, когда она не соглашалась пойти с ними пить кофе по каким-то причинам. И инцидент около школы с Ксюхой. Как она смела так орать на ее дочь! Мерзавка. Улыбаешься, парниковая московская девочка? Так я жизнь тебе подпорчу и сотру с твоего мерзкого липа эту широкую улыбку!
Нина скинула дубленку, распахнула платье, быстрым движением сдернула с себя бюстгальтер и, нырнув в ванную, запихнула его на дно бака для грязного белья. Потом вдруг вспомнила, что за вчерашний визит к клиенту они с Элькой не получили никаких денег, а в кошельке болталась лишь десятка. Осторожно выглянув из прихожей, через стекло в кухонной двери она убедилась, что Ник все так же крепко спит, прошмыгнула в комнату. Неслышно распахнула стеклянные дверцы стенки и проворно вычистила все вазочки.
Где Татьяна держала свои заначки, Нина знала. Еще тогда, когда она впервые пришла к ней в дом, Татьяна попросила ее взять бокалы из стенки. Девчонки все были на кухне, а мальчишки и Ксюха вертелись у компьютера. Нина взяла бокалы и приметила краешек зеленого доллара, торчащий из сине-белой вазочки. Заглянув во все остальные, Нина увидела и русские ассигнации. Тогда она не взяла ни рубля, хотя соблазн был велик.
Но сейчас она без тени сомнения быстрым движением выдернула деньги и засунула их в карман дубленки. Тихо прикрыв дверцы, она подошла к столу Сашки, схватила ручку и тетрадный лист и, черкнув пару строк, выскочила из квартиры.
Она осторожно прикрыла дверь, развернулась и тут же столкнулась с выходящим из двери напротив соседом, тем самым стариком, который ей сказал об отъезде Татьяны и Сашки. Она кивнула ему головой и быстро сбежала по ступенькам вниз.
Придя домой, она ничего не рассказала Эле, грубо сказав, что это только ее дело. Элька почему-то усмехнулась и вернулась в свою комнату. Нина же разделась и завалилась в постель. Слезы злости и разочарования сжимали горло и щипали глаза. Ничего не получилось. Ничего!! Но Нина приказала себе успокоиться. Голодное детство и лишенная тепла и стабильности юность приучила ее не сдаваться. Она утерла слезы. Еще не все потеряно! Мама когда-то говорила, что вода камень точит. Вот так и сделаем!
2
Ник проснулся от звонка будильника на его мобильном телефоне. Очень удивился, почему спит за столом на кухне. Потом в памяти всплыла картинка вчерашнего вечера. Глубоко вздохнув, он прошел в комнату. Но никого не было.
Ник быстро собрался на работу и уехал.
Но он жестоко ошибся, думая, что на вежливом отказе от предлагаемых Ниной прелестей и предоставлении ей Сашкиного дивана эта история закончится. Ник думал, что после такого фиаско Нине будет стыдно смотреть ему в глаза, и в ближайшее время он ее не увидит. И слава Богу. Поскольку все-таки какой-то мерзкий осадок остался в его душе. Но прошли сутки…
— Привет, Ник. Это Нина Фионова, — как ни в чем не бывало, раздался бодрый голос в трубке его сотового телефона.
— Привет, — осторожно ответил Ник.
— Извини за беспокойство, но моя подруга покупает компьютер. Не подскажешь, где купить подешевле.
Ник послал подругу Нины на буденовский компьютерный рынок, и в круговерти дел забыл об этом звонке. Но на следующий день Нина позвонила узнать задание по сольфеджио на каникулы. Ник назвал номера страниц и задач. Потом ей понадобилась консультация по эксплуатации микроволновой печи. И так далее и тому подобное. Татьяна уже давно приехала из дома отдыха, Сашка пошел в школу, а звонки продолжались. Причем звонила она только на сотовый и только на работу. Наконец Нику надоело.
— Послушай, Нин, — раздраженно сказал он. — У меня очень сложная работа. А ты меня все время отвлекаешь. Позвони Таньке, она все тебе расскажет.
— Прости, пожалуйста, — заторопилась Нина. — Просто мне больше некому позвонить. А Таня… Ты же знаешь, как они ко мне относятся.
Нику стало немного стыдно. Действительно, сложно что ли ответить, как включить микроволновку. И телефонное общение продолжалось.
Но когда однажды он вышел из своего офиса и увидел ее около машины, он решительно сказал.
— Нин, что тебе от меня надо?
— Да ничего, что ты. Я просто мимо шла, вижу твоя машина стоит. А у меня сумки тяжелые, — она пнула ногой огромный пакет. — Смотрю, шесть часов. Ну и решила подождать. Но если ты торопишься и едешь не домой, то ладно, я пошла.
И опять Ника захлестнула какая-то непонятная волна вины, несмотря на то, что было несколько странно, как она могла проходить мимо его офиса, который находится на другом конце Москвы от дома. Он взял ее пакеты, закинул в багажник и раскрыл перед ней дверцу машины. Но когда он подкатил к ее подъезду, твердо сказал: