Чтение онлайн

Она слегка опешила:

– Что? Прямо сейчас?..

– А чего тянуть? Сегодня же и подадим заявление.
– Я сильно прижал её к себе и прошептал в самое ухо: - Хочу, чтоб ты вся принадлежала только мне!

Она удивлённо отстранилась:

– Я и так вся твоя...
– В глазах её стояли счастливые слёзы.

*****

Заглянув ко мне за паспортом, мы отправились в ЗАГС. Вся процедура заняла у нас где-то с полчаса. Нас поставили в известность, что бракосочетание состоится перед самым

Новым годом.

– Итак, - подвёл я черту, - чем мы сегодня займёмся?

Она пожала плечами:

– Думай сам. Я - твой хвостик.

Я улыбнулся:

– Есть небольшой планчик-конспектик. Не знаю, как ты к нему отнесёшься.

– Ну-ну?

– Первую половину дня мы купаемся в море.
– Глаза её удивлённо распахнулись, но, видимо, что-то сообразив, она только молча кивнула.
– А потом, - продолжил я, - мы посвятим время основной нашей задаче, которую перед нами поставил дед, - благотворительности.

– И в какой же это форме?

– В какой форме, спрашиваешь?
– Мы медленно шли по аллее парка.
– А вот в какой. Стыдно быть счастливым и богатым, когда друзья твои продолжают влачить жалкое существование. Они ведь живут ничем не лучше, а то и хуже, чем жил я до встречи с тобой. До благословенной встречи с тобой!
– подчеркнул я и чмокнул её в щёку.

– Мур-мур!
– счастливо зажмурилась она.

– Так вот, киска моя, мы с тобою будем наносить визиты вежливости с определённой целью: поддержать их материальное положение.

– Ну-ну?

– Подарим каждому... ну, хотя бы по миллиону!
– Я с интересом наблюдал за её реакцией, но она лишь деловито заметила:

– Но ведь их у тебя нет!

– А вот об этом я уже позаботился!
– победно приосанился я.

– Ага!
– произнесла она так, будто поймала меня с поличным.
– Значит, вчера утром ты времени даром не терял?

– Ну дык!.. А что?
– притух я.
– Ты меня осуждаешь?

– Упаси Боже! Только один вопрос: где ты их взял?

– Во Владивостоке. В банке...

Она остановилась и легонько постучала кулачком по моей голове:

– Балда!

– Почему?

– Потому что ты своих друзей под монастырь подведёшь! У них из-за тебя будут крупные неприятности с властями.

– Это ещё почему?
– спросил я чисто по инерции, хотя и так было ясно, что свалял дурака.

– Ну как ты не понимаешь? Ведь в банке всё на учёте! Небось, пачки новенькие, ещё и муха не сидела?

Я невесело кивнул.

– Вот видишь! Когда это было? Вчера утром?
– Я опять молча кивнул.
– Небось, уже хай подняли на весь Союз! А взял-то много?

– Десять...

– Да, немало... Будут искать.
– Она озабоченно покрутила пуговицу на моей куртке. Потом решительно заявила: - Значит так! Деньги придётся вернуть!

– Как это?
– растерялся я.

– Да-да, миленький, с государством в азартные игры играть опасно. Тебе-то теперь всё нипочём, а вот им, - она качнула головой в сторону, - друзьям твоим, ты доставишь массу хлопот свими "подарками".

–

Так я прикинул, что вроде далеко отсюда...

– Нет-нет, миленький, это всё несерьёзно! У органов руки ого-го какие! Длинные! Никакое "далеко" не спасёт. Упекут, куда Макар телят не гонял!

– Ну а... как же тогда?

– Элементарно, Ватсон!
– ободряюще улыбнулась она.
– Деньги надо изымать у тех, кто им счёта не знает! У мафии!

– В Италии, что ли?

– Зачем нам Италия? У нашей мафии, у советской!

Я был поражён:

– Ты хочешь сказать, что и у нас?..

– Ты меня удивляешь!
– воскликнула она.
– Мафия - она же бессмертна и вездесуща! Это же не кто-то конкретный и материальный, кого можно убить, или посадить. Она сидит вот здесь и вот здесь, - она постучала по моей голове и груди.
– Человек в основной своей массе - хищное и жадное животное. Не будем говорить об исключениях, вроде тебя, которые миллионы даром раздают... Только не обижайся!
– предупредила она.
– Ты - действительно, редкое исключение, даром раздающее не только миллионы, но и собственные, выстраданные многолетним трудом, работы, которые тоже, кстати, стоят немалые деньги!.. А система, она на том и строится: на алчности. За деньги можно купить всё и всех. В крайнем случае - запугать. Существовала система всегда, меняла только названия, и умрёт тоже - с последним человеком.

– А как же... светлое будущее?
– вроде как и не к месту брякнул я.

– Извини, котик мой, но светлое будущее отменяется... Уже лет через пятнадцать нашу страну ждут тяжёлые времена. И позаботится о том всё та же мафия. Война, голод, безденежье - вот что за "светлое будущее" ожидает нас.

Я вытаращил глаза:

– А ты-то откуда знаешь?!

– Откуда знаю?
– печально посмотрела она и указала на браслет: - Он тебе всё покажет...

Я стоял, как громом поражённый.

– Что с тобой?
– тряхнула Настя меня за рукав.
– Чего ты так разволновался? Ведь лично тебе это ничем не грозит!

– Ну а как же... как же все эти разговоры о коммунизме?
– выдавил-таки я это корявое слово, которое хорошо смотрится на бумаге, а в обычном разговоре звучит довольно глупо.

– Сказки всё это, миленький, сказки! Задурили головы всем. И ты - не исключение.
– Мы опять шли по аллее медленным шагом.
– Ну ты сам логически рассуди, непредвзято, безо всяких там идеологических вывертов, можно ли перевоспитать хищника так, чтобы он перестал думать о собственной шкуре и стал радеть за счастье других? Да ни за что на свете! Как грёб под себя, так и будет грести до скончания веку, какие бы сказки ему не пели о любви к ближнему. Будет всячески прикидываться, подводить под свои мерзости идеологическую базу: надо, мол, Федя, время такое, лучшую жизнь строим! И выдумывать красивые сказки, чтоб выглядело всё, что он делает, убедительно. Нет, милый мой котик, люди в массе своей счастливо жить никогда не будут. Сейчас вон в очередях волнуются, что жить, видите ли, трудно стало, но они даже в дурном сне представить не могут, что здесь будет в конце века, буквально через каких-то пару десятков лет. И облегчить их страдания должен ты!
– Она упёрлась мне в грудь указательным пальцем.
– По мере сил и возможностей, разумеется. И только самым достойным. Помнишь, что тебе дед завещал?
– Я задумчиво кивнул, смотря в землю перед собой.
– Вот это и есть твоя основная задача: изымать деньги у преступников и распределять их среди людей высокого духа. А в какой форме - это уж тебе решать.