Чтение онлайн

– Как интересно...
– промурлыкала она тихонько, чуть-чуть вздрагивая от каждого прикосновения моих рук.

Покончив с этим увлекательным занятием, я выпрямился и, как ни в чём не бывало, спросил:

– На кой ты его держишь, если так ненавидишь?

Она похлопала ресницами, вникая в смысл сказанного, и махнула:

– Так это дед в нём души не чаял. А мне он как-то... Игрушка. Но с твоим появлением его будто черти стали жучить: обнаглел до неузнаваемости!
– У неё опять стали гневно сходиться брови на

переносице.

– Ну-ну, успокойся.
– Я притянул её к себе.
– Давай-ка лучше посмотрим, чего нам Бог послал?

Я открыл одну из коробок и Настя ахнула: на мягкой подушечке лежало изумительной работы бриллиантовое колье. Она бережно взяла его в руки и, подойдя к зеркалу, примерила.

– Ну и как?
– повернулась она ко мне.

Я молча показал большой палец: отлично, мол. Сказать по правде, к побрякушкам подобного рода я равнодушен, воспринимая их чисто как эквивалент большой суммы, но тут я был вынужден признать, что "побрякушка" оказалась ей очень даже к лицу.

Меня вдруг осенило:

– А давай я твой портрет нарисую?

Она просияла:

– Прям вот с этим?

– Не только.

Я стал вскрывать другие коробки. Чего-чего там только не было! Прав был наш вислоухий квартирант: и золото, и бриллианты. Многим "игрушкам" я и названия-то не знал. Зато женское чутьё без колебаний подсказало Насте, что и куда надо нацепить. В её глазах появился какой-то загадочный блеск, значения которого я сразу не уразумел. Только потом, когда она, завершив свой импровизированный туалет, предстала передо мной во всём великолепии, ничуть не переступив ту грань, что зовётся чувством меры, я понял, что означало выражение её глаз: это было желание блистать! Желание, не чуждое, наверное, ни одной женщине. Она прохаживалась передо мной с важной миной на лице, позвякивая дорогими безделушками. Ну ни дать, ни взять - царица Савская!

– Не, - покачал я головой.
– Это не моя Настя.

– Как это?
– высокомерно подбоченилась она, приподняв одну бровь.

– Да у тебя даже выражение лица изменилось - стало надменным и холодным, - сказал я, отводя глаза, и нарочно повторил: - Не, не моя...

– Да ну тебя!
– В голосе её появилась тревога и, быстро поскидав с себя все украшения, она присела у моих ног и заглянула в лицо: - А теперь твоя?

Передо мной опять была ласковая кошечка. Я улыбнулся и поцеловал её в полуоткрытые губы.

– Вот теперь тебя опять хочется любить.

– Ну так люби...
– Глаза её повлажнели и томно прикрылись в ожидании ласки.

Я молча подхватил её на руки и понёс на диван...

*****

Чтобы хоть как-то привести свои растрёпанные чувства и мысли в некое подобие порядка, я поставил на плиту чайник и подошёл к проигрывателю.

– Послушаем чего-нибудь?

Настя молча кивнула, всё ещё лежа на постели в изящно-расслабленной позе. Меня она уже ничуть не стеснялась, предоставив ненасытным

глазам моим лицезреть своё прекрасное тело, прикрыв лишь бёдра уголком пледа.

– А чего бы ты хотела?

В ответ она томно улыбнулась и слегка пошевелила пальцами рук: мол, сам думай, мне всё равно.

Я решил продолжить знакомство с классической музыкой. Да и настроение было соответственным: хотелось чего-то умиротворяющего. Я наугад вытащил пластинку и прочитал на конверте: "Римский-Корсаков. Шехерезада". Я улыбнулся: как нарочно! Рядом - Шехрезада, на пластинке - она же.

Музыка вновь увлекла меня, унося на своих накатывающихся волнах в туманную страну грёз. Я тихо подсел к Насте. Она закрыла глаза и молча предавалась двойному наслаждению. Было так тихо и покойно после пережитых страстей...

Очарование момента разрушил настойчиво зазвучавший из кухни свист чайника. К слову сказать, я о нём совсем позабыл.

Когда я вернулся с подносом, Настя, уже одетая, была на ногах и приводила себя перед зеркалом в порядок.

– Ну что, котик мой, - глянула она на меня из зеркала, - продолжим наше супер-ограбление?

Я пожал плечами: какой вопрос?

– Давай только "обмоем" энто дело, - сказал я, разливая заварку по бокалам.
– Только вот... чем бы нам подсластить?

– Ах ты мой сладкоежка!
– рассмеялась она и, чмокнув меня в щёку, направилась на кухню.
– Сейчас найдём!

Но спустя некоторое время она вышла оттуда обескураженная:

– Лори слопал все припасы...

– Вот и я ничего не нашёл. Ладно, - сказал я и позвал Сезама.
– Сейчас чего-нибудь придумаем.

На экране высветилась кухня моего логова. Я ступил через порог и достал из холодильника кулёк с конфетами, тот самый, что ночью спёр из магазина.

– Ишь, как удобно!
– довольно сказал я, садясь за стол, когда экран едва слышно фукнул и исчез.

Настя, молча наблюдавшая за моими действиями, только улыбнулась: я начинал свыкаться с браслетом и входить во вкус.

Лори к чаепитию так и не появился, видимо, помня о Настиной угрозе. Из его берлоги приглушённо доносились звуки стрельбы, да смачные удары по чьим-то резиновым физиономиям, сопровождаемые воинственными выкриками и гнусавым голосом переводчика.

– Каратист!
– усмехнулась Настя.
– Усиленно готовится.

– К чему?

– К должности императора!
– И, увидев, что я в ответ вылупил глаза, пояснила: - На престол готовится парень взойти. Ничуть не меньше. Лично я так поняла его россказни о своих, как он выражается, великих планах. Ты думаешь, зачем ему золото понадобилось?

– Зачем?

– Смущать своих подданных!

– Мне помнится, ты говорила, что на их планете нет цивилизации. А для того, чтобы кого-то смутить видом золота, надо для начала хотя бы объяснить, что оно - ценность. А если его гипотетические подданные не знают цену золоту, так откуда же возьмется уважение к нему, как к эквиваленту богатства?