Чтение онлайн

– Ну так и есть!
– Он покачал ушастой головой и заявил: - Вас нельзя оставить одних ни на минуту!

Настя треснула его чайной ложкой по лбу:

– Не лезь не в своё дело!

– Ах, вот ты как?!
– завопил тот и, схватив наугад первый попавшийся кусок торта, бросился бежать, нещадно соря им по полу. Возле своей двери он остановился и, с видом оскорблённого достоинства, процедил: - Я знал, что этим всё кончится!

И, высоко подняв голову, отчего уши закрыли всю его спину, медленно

удалился, плотно прикрыв за собой дверь.

– Ах-ах-ах! Лори в печали!
– съязвила Настя.
– И ты ещё говоришь, что это не ревность?

– Вижу...
– невпопад ответил я, смотря ей в глаза и зачарованно улыбаясь. В ту минуту мне не было абсолютно никакого дела до Лори.

Она погрозила пальчиком:

– Ты меня совсем съешь!

– Тебе не нравится?
– очнулся я от наваждения.

– Ну почему?..
– Она опять спрятала глаза.
– Нравится. Только...

– Что "только"?
– Я взял её за руку, в которой она держала нож. Она слегка дрожала.

Воцарилась неловкая пауза.

– Только ты не даёшь мне довести торт до ума, вот что!
– нашлась она наконец, мягко высвобождая руку.
– Ты посмотри, что я наделала: всё рассыпалось!

– Ну так и что?
– улыбнулся я и, опять поймав ускользавшую руку, приложился к ней губами.

Она вся затрепетала и оглянулась на комнату Лори:

– Не надо..

– Почему?
– я продолжил "путешествие" вверх по руке.

– Ты... смущаешь меня...
– Она вдруг положила нож и села в кресло, склонившись к коленям и уткнув лицо в ладони.

Я присел на подлокотник и, обняв её, попытался заглянуть в лицо:

– Что с тобой?

Она ничего не отвечала. Густые волосы её, раскинувшиеся по плечам и спине, приятно щекотали моё лицо. Я приблизил его к самому её уху и прошептал:

– Настенька, я тебя люблю...

Она подняла голову и приникла к моей груди:

– Боже! Как хорошо!.. Я не знаю, что со мной... Всё горит!.. Такого ещё не бывало!..

Она ещё крепче прижалась ко мне. Я повернул её лицо к себе и жадно впился в губы...

*****

Чай, конечно, безнадёжно остыл. Пришлось ставить его на плиту заново. Настя сидела на диване, прикрывшись пледом и смотрела в одну точку, в полном оцепенении. На лице её застыло выражение блаженного покоя и она не сразу, и совсем невпопад, отвечала на мои вопросы.

– Настенька, - уже в третий раз позвал я её, стоя с чайником в руке посреди комнаты. Первые два раза я звал из кухни, но ответа так и не дождался.
– Спички-то где?

–

Что?
– рассеянно подняла она глаза и томно улыбнулась.
– Какие спички?..

– Ну, чай поставить, газ зажечь!

– Ах, это...
– Она вяло махнула рукой.
– На стене... Зажигалка...

Короче, пришлось всё делать самому. Пока я возился на кухне, осваивая местную географию, Настя пришла в себя и оделась.

– Мой хороший...
– Она подошла сзади и, положив подбородок мне на плечо, обняла за талию. Голосок её был тих и ласков.
– Ты чего это здесь делаешь?

– Да вот, - развёл я руками, - пытаюсь трапезу возобновить. Аппетит что-то разыгрался.
– Я лукаво скосил на неё глаза.
– Надо же и торт всё-таки попробовать, коли дело дошло до сладкого...

– Ах ты сладкоежка!
– поняла она намёк и, щёлкнув меня легонько по носу, изящно выгнулась и подхватила поднос с чашками.
– Пойдём!

Торт оказался, конечно, выше всяких похвал. Хоть форма его и пострадала, вкус от этого хуже не стал. Я мычал от удовольствия, нахваливая кулинарное искусство хозяйки, и вдруг остановился:

– Слушай! А как же Лори? Позвать бы надо. Обидится парень.

– Переживёт!
– отмахнулась Настя.
– Пусть этот "парень" знает своё место! Стручок!

– Да ладно тебе!
– обнял я её за плечи.
– Ты слишком серьёзно его воспринимаешь. Сама же говорила: "животное", "неразумное". На него и обижаться-то стыдно.

Она пожала плечами:

– Зови, мне-то что?

Я подошёл к двери и прислушался. Там было тихо.

– Лори!
– Я тихонько постучал.

Отозвался он не сразу. Видать, характер выдерживал. Я уж было собирался разворачивать оглобли, когда дверь скрипнула и в приоткрытую щель просунулось вначале ухо, потом пол-головы.

– Лори слушает...
– прошелестел он с независимым видом.

– Мужик, хватит дуться!
– Я протянул ему руку.
– Нам не имеет смысла ссориться: теперь ты всё равно от меня не избавишься.
– Я мельком взглянул на Настю. Она сидела, будто ничего и не слышала, и всё то же выражение безмятежного счастья блуждало по её лицу. Она рассеянно отщипывала кусочки от торта и отправляла в рот.
– Лори, ну же! Это судьба, пойми! И не стоит ей противиться!

Вторая половина "мужика" выдвинулась из-за дверного косяка и оба его глаза, в которых, как мне показалось, стояли слёзы, уставились на меня. Ни дать, ни взять - обиженный ребёнок!

– Судьба, говоришь?
– мрачно осведомился он.

Я кивнул и нагнулся, чтобы его лапка достала мою.

– Ну что мне с вами делать?
– Он со вздохом положил свою прохладную конечность на мою ладонь.
– Ладно, уломали!
– И тут же строго спросил: - Не всё слопали?