Чтение онлайн

Отцу было смешно слышать последнее обвинение. Потому что, никсы далеко не бедные существа, очень далеко не бедные. Их труд оплачивается, примерно как работа ведущих агентов самых дорогих спецслужб. И старший Ник разразился громким смехом.

Но тут вмешалась бабушка, которая угрожающе размахивая зонтиком, двинулась на бывшего зятя и стала приближаться к ребенку, которых отскочил от нее, как напуганный зверек.

– Из-за тебя моя дочь умерла. Ты не достоин растить моего мальчика, мою бедную сиротинку. Ты – убийца! – агрессивно выкрикивала старушка.

–

Вы сами виноваты! – парировал отец, отняв у пожилой дамы зонтик, – Вы сами убили свою дочь – убили своей ленью, своим невниманием и бессердечностью. Может быть, один единственный телефонный звонок, одно доброе слово матери удержали бы ее на краю пропасти. Но Вам, матушка, было некогда! Конечно, развлекаться с молодыми поклонниками гораздо интереснее, чем вытирать слезы дочери-истерички.

Вы никогда ее не любили по-настоящему! Вы даже ни разу не были на ее могиле!

Просвистели Вы свою дочь!

Вы из нормального ребенка, из милой девочки, которые была первой в очереди, когда раздавали внешность и интеллект, сделали морального урода. Красивые женщины от природы глупыми не бывают, дурами и стервами их делают такие воспитатели, как Вы и Ваш дорогой муженек.

При этих словах бабушка побледнела, выронила очередной зонтик, и схватилась за сердце.

– А ты умеешь быть жестоким, мальчик! – тихо сказала старушка своему бывшему зятю.

– Я не более жесток, чем Вы! Не я глумился над своей умершей дочерью, не я радовался ее смерти, не я сжигал ее бумаги и фотографии, не я лицемерил на похоронах, изображая невыносимые душевные муки, а сам забыл ее быстрее, чем завяли цветы на могильном холмике, не я утром весело хохотал с подружками на Багамах.

Никс предъявил пожилой дамочке видеозапись, сделанную одним парнем из Роузвела.

На ней то тут, то там возникала веселая и нарядная бабушка, госпожа Д…са. По ее виду не скажешь, что она только что похоронила любимую дочь.

Старушка попыталась заключить внука в объятия, но у нее ничего не вышло.

– Иди ко мне, моя кровиночка! Я тебя заберу от этого чудовища! Я никому тебя не дам в обиду, а тем более этому мужлану! – мило улыбаясь, бабушка опять приблизилась к маленькому Нику, грозя уже другим зонтиком его папе.

"Сколько же у нее этих зонтиков? – промелькнуло в мыслях старшего Ника – еще пару минут и можно открывать галантерейную лавочку". Мальчишка недоуменно смотрел на непонятную старушку. И не знал, что делать: убегать или применить огненное заклятие, которое они с папой совсем недавно разучили. Ребенок чувствовал, что эта старая женщина ему не друг, но и нападать на нее было не совсем удобно – бабушка все-таки. Положение было глупее некуда.

Ник толкнул сына к приемной матери. Хильда схватила мальчишку за руку, и их тут же окружили друзья и папины сослуживцы.

Ник схватил за грудки бывшего тестя, приподнял над полом, пару раз тряхнул:

– Что тебе надо от ребенка, гад, скотина! – страшным шепотом сказал отец мальчика, – говори или умрешь на месте. Вы ведь очень

хотите жить, папа, не правда ли? Говори, ошибка магии, жертва пьяного клонодела! Иначе в твоем доме будет играть музыка, но ты ее не услышишь. И на твоих похоронах порвут два баяна, это я тебе обещаю.

– Глупец! У мальчика в Штатах будет все, что только он пожелает.

– Все что ему надо для жизни, у него есть дома. Малышу не зачем мотаться за океан ради этого. А ты, тварь ползучая, душа баксовая – вместо совести ценник!

Кому ты продал моего сына?

Пожилой мужчина отчаянно звал охрану, но та спала, погруженная в гипнотический сон. И чем громче он кричал, тем крепче спали бравые парни. Пришлось говорить господину Д…су.

Оказывается, что сотрудники ЦРУ предложили ему и его жене кругленькую сумму за их внука. Они очень хотели изучить этого необычного ребенка.

– Да за такие деньги, – скулил господин Д…с, – да за такие деньги я бы продал всю Прибалтику оптом, и жену с любовницей в придачу. Миллиард долларов за сопливого мальчишку! Если бы не обмишурились эти Соомареа – хиппи-перестарки, я был бы самым богатым человеком в Европе.

Вот, оказывается к чему все эти слезы и причитания, эти громкие слова. Эрик с трудом сдержал свое желание вышвырнуть эту парочку пинками. Старшего Ника, который рвался задушить старичков, удерживали друзья. Сотрудник посольства попросил супругов Д…сов покинуть помещение:

– Господа, ваше дальнейшее присутствие здесь не желательно.

– Встретимся в суде, – воскликнула бабушка, и супруги удалились, гордо неся свою седую голову.

Но в суде им повезло мало. Маленький Ник громко плакал, умолял не разлучать его с папой, с друзьями. И папину жену малыш называл не иначе, как мама. Назвать ее мачехой у него язык не поворачивался. А Госпожа Эмма Д…са не смогла доходчиво объяснить, почему она непременно хочет увезти внука к себе – в чужую для мальчика страну, почему не хочет навещать ребенка там, где ему хорошо. Решенье суда было не в пользу бабушки с дедом.

Старички-разбойники не угомонились и после суда. Слишком большая сумма была на кону. Они решили обратиться за помощью к известному мастеру интриги и аферы князю Имрику, правителю княжества Эльфхольм. Об этом княжестве известно, что, являясь частью Великобритании, оно за всю свою историю не заплатило ни единого пенса (самая мелкая монета) налогов. Наоборот, регулярно получает дотации от правительства.

Д…сы выяснили через агентуру местонахождение таинственного князя Имрика. Они подкараулили его в маленьком уютном ресторанчике в пригороде Парижа. Князь обедал там, как частное лицо. Увидев родственника, старички удивились: выглядел он на сорок лет, но в глазах боль и тоска тысячелетий. Ресторан, как известно, место общественное. Старики подсели к нему, и стали плакаться в жилетку, просить помощи. За соседним столиком зашевелились очень высокие парни, но Имрик едва заметным жестом остановил их. Он иногда помогал людям, так, от скуки. А потом!